Семья моего мужа против развода (СИ) - Хэйли Джейкобс

словно кот, зарывается мне в волосы и ключицу. Подбородком с отросшей за ночь щетиной царапает мое выглядывающее через край домашнего платья плечо.

Наглая морда. Нащупываю рукой подушку и бросаю в Рейнарда, сама же высвобождаюсь из захвата и отпрыгиваю с кровати подальше.

— Ай!

Мужчина садится. Одеяло сползает с его тела, обнажая голый торс.

Глаза сами так и приклеиваются. Плечи широкие, хорошо развита мускулатура, но меня больше настораживает глубокий рубец на груди.

— Нравлюсь? — играет бровями бесстыжий мужчина.

— Откуда у вас этот шрам?

— Да так, в путешествии одна неприятность произошла. Среди моей команды была парочка предателей. Им досталось сильнее.

Снова улыбка. Не устал еще сиять как новенький золотой червонец? Хм, эта деталь со шрамом в книге не упоминалась. Хотя многое уже давно идет совсем не так, как должно было.

— А у тебя откуда?

Герцог кивает на мою ключицу. Тонкая белесая полоса едва ли различима.

— Когда Фелисию похитили, пришлось отбиваться.

Тогда чуть в обморок не грохнулась, рана кровила прилично, но ни о чем не жалею.

Озабоченность мелькает в золотых глазах.

— Прости.

— За что? — удивляюсь я.

За что он просит прощения?

— Меня не было рядом, когда это было нужно.

Куда-то испарилась злость за его самовольное перемещение моего спящего тела ночью. Поглядите только на эти щенячьи глазки. В который раз не знаю, как лучше реагировать.

— Ммм. Юнис. Мне нужно с тобой поговорить сегодня.

Киваю, все еще размышляя. Извинения были совсем уж неожиданными.

— И соседняя комната…можешь жить там. Вещи твои уже перенесли. Я погорячился.

Рейнард чешет макушку. Его отросшие ниже плеч волосы забавно торчат в разные стороны спросонья. Мои, наверное, выглядят еще хуже,

— …Благодарю.

Спальня герцогини через смежную дверь от спальни герцога такая же, как я запомнила ее в прошлый раз. Все мои вещи уже разложены по местам. В шкафу достаю смену платья, вспомнив о наглом соседе защелкиваю замок, как бы не взбрело этому бесстыднику вдруг ввалиться внутрь, и удаляюсь в ванную комнату.

То, о чем хотел поговорить герцог, случается после завтрака.

— Куда мы идем? — спрашиваю я, разглядывая темный подвал.

Рейнард берет меня за руку и ведет дальше, через арочный проем, где оказывается, есть еще один коридор. О существовании этой части дома я даже не подозревала.

В освещенной магическим светом темнице сидит женщина. Девушка. Мы приближаемся. Это Шарлотта.

— Так вот, в общем, нам с Эдом показалось, что лучше бы ей побыть здесь, но… — Рей продолжает начатый по пути рассказ.

Променад под луной с Шарлоттой я сама придумала, и сама же обманулась. Но кто бы смог догадаться, что двое братцев Эккарт в разгар приема закрывали в старом подземелье строптивую девицу? Ночь и впрямь лучшее время для всяких нечистых делишек.

— Герцог! Рейнард! Ты пришел! — слышится восклицание с нотками фальши, когда мы останавливаемся по другую сторону решетки.

За широкой спиной его светлости меня почти не видно. Осторожно его огибаю и становлюсь рядом.

Просто. Нет. Слов.

Мне все еще не верится, что сюжет пошел по такому пути. Герцог, который души не чаял в своей избраннице, своими же руками отправил ее куковать в темнице. И, судя по его лицу, ему совсем не жаль.

Голубые глаза Шарлотты горят каким-то лихорадочным, безумным блеском.

— Кто же это наконец-то пришел? Долго еще вы будете меня держать в этой клетке?

Главная героиня скрещивает руки на груди и меряет нас с герцогом взглядом. Выглядит она не как заключенная, это точно. Да и камеру со всеми удобствами обставили. Здесь и кровать, и чистая постель, на подносе на кофейном столике замечаю остатки завтрака. Все то же самое, что было подано и нам.

— Ваши светлости в курсе, что это преступление?

— Кто ты такая? — отвечаю я вопросом на вопрос.

Сомнения Рейнарда вполне обоснованы. Жила в доме моих родителей? Эти люди бы просто так не стали бродяжку у себя принимать. Они даже к собственной дочери относились как к чужой, к позорному пятну на их репутации. С чего такие перемены?

— А ты? Герцогиня-самозванка?

Я вздрагиваю.

Шарлотта смотрит с презрительной улыбкой. Ее невинное личико с таким хищным выражением лица вызывает диссонанс. Она знает?

— Юнис — моя супруга, — предупреждает герцог.

— Ну да, — тянет героиня и закатывает глаза. — Такая же, как и я.

Рейнард хмурится. Ему эти слова не говорят ни о чем. В отличии от меня.

Она точно знает. Вопрос только откуда? Неужто такая же попаданка, как и я?

Его светлость продолжает допрос:

— Эти снимки в вестнике твоих рук дело? Официантке было легче провести прессу в дом, сами они точно внутрь бы не попали.

Шарлотта пожимает плечами.

— Возможно. Я просто воспользовалась тем же методом, что ее светлость. Люди верят в то, во что им говорят верить.

— Зачем? — недоумевает Рейнард.

— У меня тот же вопрос. Юнис, зачем? Если тебе было все известно, к чему этот спектакль?

Девушка цокает языком:

— Как оно — умирать? Больно было? Казнь — не лучшая смерть.

Я хмурюсь и беру Рея за руку:

— Оставь нас.

— Нет, Юнис…

— Она за решеткой и ничего мне не сделает. Подождешь меня, хорошо?

Его светлость нехотя удаляется.

— Разумно, — комментирует его уход Шарлотта и поправляет свои светлые волосы.

Ангельская внешность и совсем не соответствующий ей характер. С нее словно слетает какая-то маска, которую она держала на лице все то время, что был рядом герцог. Взгляд приобретает четкость и самоуверенность. Смотрит она на меня теперь не с пренебрежением, а изучающе.

— Кто ты?

— Я — Шарлотта. А вот кто ты? И не надо врать, что Юнис. Ты точно не такая, какой я ее помню.

— Помнишь? Мы разве встречались прежде?

Пробегаюсь по памяти моей предшественницы. Нет. Мы точно раньше знакомы не были. Впервые ее встретила уже я, на прошедшем приеме.

Девушка смеется.

— Все идет совсем иначе. Так не должно было быть! С самого начала, почему герцог не потерял память? Я искала его. Но что? Магия перемещения?

А она неплохо осведомлена.

— Значит, спасительницу из себя решила строить, Юнис. Но та Юнис, которую я знала, не была на это способна.

Я прищуриваюсь и решаюсь все же спросить:

— Ты знаешь о книге?

Шарлотта смеется и качает головой:

— О чем ты? Какая еще книга?

Странно. Реакция вроде искренняя. Получается, она настоящая Шарлотта? Не попаданка? Но тогда откуда ей известен сюжет?

— Тебе не быть с ним вместе.

В голосе девушки абсолютная уверенность.

— Мне не удалось, значит, и тебе подавно. Поверь. Сколько бы раз не рождалась заново, конец