Укрощенная страсть - Джил Грегори

Бандит не двигался. Его расслабленный рот был открыт. Трава вокруг того места, где Эмили сидела всего несколько минут назад, была обрызгана кровью.

Она в страхе прильнула к лошади Ратлина, остановив взгляд на мужчине, лежащем в луже собственной крови. Эмили видела, как Баркли присел возле похожего на медведя человека и что-то сказал Питу. Ее брат удовлетворенно посмотрел на дядю Джейка и зачехлил ружье. Затем оба отвернулись от бандита и подошли к ней. Она продолжала сжимать онемевшими руками поводья.

— Эмили, с вами все в порядке?

Это был голос Клинта. Мягкий. Тихий. В нем появилось что-то новое, незнакомое ей. Что это было — страх?

— Сестренка, все кончилось, — сказал Пит, глядя на нее.

— Дженкс… — еле пробормотала она, с трудом вспоминая, что нужно предупредить их. Ведь Дженкс должен был вернуться обратно…

— Дженкс под стражей, — сказал Клинт. Он подошел и бережно снял ее с лошади. — Все кончилось, Эмили. Все кончилось.

Ее тело бессильно поникло, а ноги стали ватными. Усталость и шок не прошли бесследно. И сознание было еще слишком затуманенным, чтобы понимать, что случилось. Она только знала, что раз Клинт рядом, значит, она в безопасности. Когда его руки сомкнулись вокруг нее, Эмили почувствовала себя сильной. Такой сильной, как никогда.

— Дилижанс… пассажиры, — прошептала она. — Вы не знаете…

— Я знаю, — сказал Клинт. — Я все знаю. Все люди спасены. Благодаря вашему брату и дяде. И Лестеру.

Эти слова стали для Эмили новым шоком. Ничего не понимая, она поочередно переводила взгляд с Клинта на Пита и дядю Джейка. Последний, чье лицо было таким же серым, как и его волосы, все еще оставался в седле.

— Но… как? Я не…

Руки Клинта еще крепче обняли ее. Он притянул ее к себе и нежным поцелуем коснулся макушки.

— Эмили, мы работали вместе. Ваши родственники помогли поймать Ратлина с Дженксом. Ваш дядя связался с Хутом Маклейном, начальником полиции Денвера, и сообщил о готовящемся налете. Помните конкурс ленчей? В тот день, после того как вы с Джо ушли, ваш дядя мне все рассказал. С Ратлином и Дженксом покончено, и теперь мы должны ехать обратно в Денвер брать Слича и Мэнгли. Но это может немного подождать…

— Вы работали вместе? Джейк кашлянул.

— Мы подрядились к Ратлину на работу и должны были ему подыгрывать, — сказал он мрачно. — Только таким образом можно было узнать весь план целиком и кто за ним стоит.

— А ты подумала, что мы заодно с этими убийцами? — Пит покачал головой. — Мы не могли сказать тебе правду, потому что не хотели втягивать тебя в это дело.

— Не хотели втягивать? — Может, это ей только послышалось? Эмили была готова разрыдаться или, как безумная, истерически расхохотаться. Но, не сделав ни того ни другого, она только медленно покачивала головой, в то время как грудь ее стягивал узел новой, незнакомой боли.

— Эмили, мы хотели оградить вас. — Клинт приподнял ладонью ее подбородок так, чтобы она могла видеть его глаза. В них было беспокойство, забота и нежность. — Нам казалось, что чем меньше вы будете знать, тем лучше… безопаснее…

— О, так это сделали вы? — прошептала она сквозь спазм в горле. В глазах у нее вспыхнули опасные искры. — Как вы могли?!

Она вырвалась из его объятий и посмотрела в упор сначала на него, потом на своего брата и дядю. Джейк стоял неподвижно, застыв как статуя. У Эмили так сильно тряслись колени, что она боялась упасть, однако захлестывающая ее ярость помогла ей удержаться на ногах.

— Я чувствовала — что-то происходит. И думала, что вы вернулись к прежнему, — сказала она Питу с Джейком. Затем повернулась к Клинту: — И я считала, что вы хотите их арестовать.

— Эмили… — начал Клинт, но она перебила его.

— Я оказалась у них в плену, пока вы занимались вашей операцией! — сказала она, гневно сверкая глазами. — Вы хоть представляете, через что я прошла?

— Мы никак не предполагали, что подобное может случиться. — Лицо Клинта сделалось пепельным. — Послушайте меня, Эмили. Когда вы немного успокоитесь, вы поймете…

Она снова не дала ему договорить.

— В ту ночь, когда дядя Джейк уехал из дома, вам было все известно. Но вы утаили это от меня и позволили мне думать худшее, хотя знали, что это разорвет мое сердце…

— Я пытался защитить вас. Таково было наше общее решение. Мы знали, что все быстро закончится, и не хотели вмешивать вас в эту операцию. Ратлин убийца. И Дженкс…

— Я знаю все и о Ратлине, и о Дженксе. Вам это известно?

Эмили протянула вперед свои руки с синяками на запястьях и увидела, как Клинт взглянул на них. Затем его взгляд переместился на ее лицо, где кулак Ратлина оставил свою отметину на ее щеке.

Клинт с шумом вобрал в легкие воздух.

Гнев и страдание в ее глазах брали за сердце. Не так пугали даже сами раны, как мысль о том, сколько ей пришлось вытерпеть. Клинт буквально физически ощущал это. Нежность, неприкрытая безудержная нежность переполняла его.

— Эмили, мне очень жаль.

«Ничего более подходящего сказать не мог», — с горечью подумал он, протянув руку и очень мягко притрагиваясь к ее лицу.

— Клянусь, я просто не ожидал, что такое случится. И уж конечно, меньше всего этого хотел. — Клинт быстро взглянул на Пита, стоявшего рядом с ним, несчастного и молчаливого. — Никто из нас не хотел этого. Поверьте, мы думали только о вашей безопасности. Мы собирались потом рассказать вам…

— Это правда, сестренка, — сказал Пит. — Все мы хотели оградить тебя от этого…

— Не смейте больше говорить ни слова! Вы все! — Эмили вновь высвободилась от Клинта и шагнула назад, едва не упав. Когда Пит инстинктивно схватил ее за руку, она отпихнула его. — Не трогай меня. Отойди.

У нее кружилась голова. Сутки без сна и еды, ожидание смерти — все это, вместе с нервным потрясением во время недавней перестрелки, не могло не сказаться.

Эмили чувствовала себя издерганной, бесконечно усталой и одинокой. Даже более одинокой, чем тогда, когда она потеряла тетю Иду.

Сейчас ей нужно было уйти от них — от них всех. За исключением… Джо.

В ней мгновенно проснулась новая тревога.

— Где Джо?

— Мы не знаем. — Дядя Джейк покачал головой. — Нас не было дома со вчерашнего дня. Мы оставили тебе записку.

Эмили не могла говорить. Тревога и смятение разрывали ей душу. Перед глазами все поплыло, но она, преодолевая головокружение, повернулась к лошади.

— Стойте, Эмили! — Клинт схватил ее за руку и притянул к себе. — Вы сейчас не в том состоянии, чтобы ехать на ранчо верхом.

— Не пытайтесь меня останавливать. Или защищать. И не говорите, что вы таким образом заботитесь обо мне. Дайте мне уехать, черт побери!