Эйта - Варвара Лунная

— Уж не хотелось бы, — девушка потёрла больное плечо. Улеб отошёл подальше и перекинулся в волка. Эйта успокоила лошадь и направила её в лес, в сторону родного села. Она проехала совсем немного, а чувствовала себя так, будто три дня в седле провела без продыху.

— Что с тобой? — спросил внезапно появившийся Улеб. — Ты здорова?

— Ты как…? — Эйта не заметила ни как он в человека оборотился, ни как подошёл. Голова закружилась и девушка медленно сползла с седла.

— Да что с тобой? — Улеб едва успел подхватить Эйту.

— Плохо мне, — девушка встала, но ноги не держали.

— Я говорил, не открывай, — простонал Улеб. — Заколдованная была шкатулка.

— Не было там магии, — возразила Эйта. — Мне поспать немного, и я буду в порядке.

— Эйта, не спи, — Улеб затряс девушку за плечи. — Нельзя тебе спать. Нечисто что‑то в недомогании твоём.

— Хочется очень, — колдунья обхватила себя за шею сзади руками, чтобы немного разогнать сон и вдруг замерла. Под правой рукой у самого основания шеи что‑то было. Она передвинула ладонь.

— Улеб, что у меня тут? — спросила она, пытаясь скосить глаза. — Вот тут под ладонью.

— Где? Нет ничего.

— Нет есть, — Эйта попыталась ухватить невидимое нечто и потянула его. Нечто сопротивлялось, ещё сильнее впиваясь в шею. Девушка покачнулось. — Оно силы мои вытягивает, — догадалась она.

— Да что оно? — не понял Улеб.

— Сейчас, — Эйта собрала остатки сил.

— Матушка Земля, — ахнул оборотень, потому что шея Эйты засветилась, и он отчётливо рассмотрел на ней непонятное существо.

Девушка упала на колени.

— Погоди, я сниму, — Улеб попытался ухватить это теперь уже снова невидимое нечто, но у него не получилось. — Эйта, милая, — причитал он. — Ты только держись, я что‑нибудь придумаю. А если я его волком попробую снять?

— Попробуй, — Эйта едва могла держать глаза открытыми.

Но и у волка отцепить существо не получилось. Вернее, почти получилось, но девушке вдруг стало ужасно больно и, едва она закричала, Улеб тут же отпустил.

— Отойди, — приказала Эйта и резко дёрнула непонятную тварь сама. Было очень больно, и у основания шею тут же образовалась огромная рана, из которой очень живенько потекла кровь.

— Эйта, — Улеб снова стал человеком. — Кровь.

— Погоди, — Девушка держала существо в вытянутой руке, потом в той же руке вспыхнул огненный шар, существо задёргалось, но вырваться не смогло и сгорело, осыпав ладонь колдуньи серым пеплом. — Вот и всё, — тихо прошептала Эйта и упала наземь.

— Нет, нет, держись, — Улеб сорвал с себя рубаху и зажал ею кровоточащую рану. — Борись. Не дай ему тебя победить. Надо кровь остановить, заговори её.

— Стой кровушка, стой родимая, — начала шептать Эйта, но губы не слушались.

— Не останавливайся, — умолял Улеб. — Дальше говори.

— Прости, — девушка мысленно закончила заговор, но произнести его вслух сил не осталось.

— Эйта, не умирай, — рубаха оборотня быстро намокала от крови. — Прошу тебя. У меня силы возьми. Эйта…

— Держись, хорошая моя, — услышала Эйта голос Титавра. Он опустился рядом с ней и зажал рану рукой, нашёптывая заговор, кровь останавливающий.

— Титавр? Откуда ты тут? — удивилась Эйта, но как ни странно, не испугалась, а скорее наоборот, обрадовалась.

— Ты не разговаривай, тебе силы беречь надо, — свободной рукой кентавр взял ладонь девушки и приложил её к своему сердцу.

— Титавр, не надо, — попыталась протестовать колдунья. Но тот лишь улыбнулся и притянул обессилевшую девушку к себе. Стало тепло и очень спокойно.

— Ты, главное, жизнь не отпускай, рано тебе ещё умирать, — ласково сказал кентавр. Эйта слабо улыбнулась и закрыла глаза.

Она не слышала ни как выл от отчаяния Улеб, ни как бегал он вокруг лежащей на земле колдуньи. Оборотень был в отчаянии, но потом заметил, что кровь из раны на шее Эйты течь перестала. Он прислушался, Эйта дышала.

— Только не умирай, — прошептал Улеб и поднял девушку на руки, прошёл несколько шагов и понял, что далеко он так не уйдёт. До Успенки, куда они направлялись, было около дня пути, а с такой ношей на руках он хорошо если за двое суток туда дойдёт. К тому же ему не хотелось бросать лошадь Эйты. На седле висели сумки колдуньи, что там Улеб проверять не стал, чувствовал, что вещи заговорённые, правда, только вещи, на самой лошадке заклинания не было. Тогда он решил попробовать поехать верхом. Главное теперь было убедить стоявшее перед ним животное, что он не опасен. А как это сделать, когда лошади страх к волкам с молоком кобылиц впитывают?

***

— Напугала же ты меня, — это были первые слова которые Эйта услышала, когда проснулась. Она к своему удивлению заметила, что находится не в лесу, а в каком‑то доме.

— Улеб, где мы?

— Ты только не о чем не беспокойся, — тихо сказал оборотень. — Теперь всё будет хорошо, скоро ты поправишься.

— А Титавр где?

— Кто такой Титавр? — поинтересовался Улеб. — Ты это имя ещё там, в лесу шептала.

— Титавр — кентавр, — Эйта приподнялась, но у неё тут же закружилась голова. — Он же помог кровь остановить и силы мне отдавал. Он домой ушёл?

— Я не знаю, где сейчас твой Титавр, но в лесу кроме тебя и меня никого не было, — ответил удивлённый оборотень. — Тебе, должно быть, привиделось.

— Но как же…? — мысли разбегались, и девушка никак не могла собрать их. — Я же…

— Ты тварь ту невидимую сожгла и упала, а я кровь никак остановить не мог, а потом понял, что она больше не идёт, а ты ещё жива. Тогда я привёз тебя в Успенку. Как я с лошадью договорился, не спрашивай, думал, она нас обоих угробит со страху, но мы всё же добрались.

— А дом чей? — спросила Эйта, снова оглядываясь.

— Хозяйку нашу Дарилой кличут, она старая уже, одинокая, ну я и напросился пожить. Я ей сказал, что ты сестра моя, приболела, вот нам и надо остановиться где то. И к слову о хозяйке, — Улеб вздохнул. — Ты лежи, поправляйся, а мне надо уйти, денег раздобыть.

— Есть у меня деньги, — остановила его Эйта. — Лошадь моя тут или ты бросил её?

— Как же я её брошу? Там же вещи твои. Тут во дворе пасётся. Только я расседлать её боюсь, сумки‑то ты заговорила.

— Точно, — кивнула девушка. — Помоги мне на улицу выйти, я на солнышко хочу.

— Мне кажется, тебе рано ещё вставать, — несколько нерешительно запротестовал оборотень.

— С сумок заклятие сниму, — слабо улыбнулась Эйта, — Но солнце мне всё равно нужно, силы оно даёт.

— Тогда да, тогда давай я тебя сам отнесу. И деньги я потом тебе все верну, — смущаясь добавил он.

— С чего б это? — удивилась Эйта, обхватывая шею Улеба. — Не думай ты о деньгах, у меня их достаточно.

— Денег много никогда не бывает, — поучительно сказал оборотень, вынося девушку во двор. — Тут скромно всё, — он снова смутился. — Но это единственный двор, где собак не было.