Поход самоубийц (СИ) - Попов Илья В.

Мужчина, сидящий на полу возле двери и привалившийся спиной к стене, тяжело дышал, волосы его взмокли от крови, от одежды остались жалкие лохмотья. Волосы женщины, стоявшей на четвереньках, обуглились, левое ухо висело на тоненькой полоске кожи, правое и вовсе отсутствовало. Юноша держался лучше всех — однако и он, судя повиду, едва-едва стоял на ногах.

— В открытом бою мы уничтожим тебя и мы все это знаем, — прошипела женщина, вставая на ноги.

— Безусловно, — кивнул Гессер. — Вот только в процессе я заберу с собой минимум одного из вас, а то и двоих. Как думаете, сколь долго при таком исходе продержится Новая Вера, потеряв один из своих столпов?

— Это еще не конец, — угрюмо произнес юноша, вместе с женщиной помогая мужчине подняться с пола. — Ты выиграл сражение — но не войну. Помни об этом.

— Как же мне забыть о таких занозах в моей несчастной заднице, — пробормотал Гессер, поднимая с пола прожженый почти насквозь фолиант. Когда он оторвал взгляд от испорченной книги, в комнате уже был только он один.

— Господин, все в порядке? Кажется, я слышал какой-то… — вошедший слуга, заспанный, зевающий, мигом встряхнулся, увидев учиненный в кабинете разгром. Разинув рот, он медленно огляделся, а после остановил свой взгляд на Гессере.

— Концовка разочаровала, — выдавил из себя улыбку Гессер и отбросил в сторону том. — Поэтому я, скажем так, чуть вышел из себя. К слову, утром мне нужно будет отлучиться на неопределенное время. Позаботься о том, чтобы к моему возвращению здесь был порядок, хорошо?

Слуга молча кивнул, поклонился и вышел в коридор. Наверное, именно за умение не задавать лишних вопросов Гессер так высоко ценил его услуги.

Многим позже, под вечер, когда оранжевый диск солнце уже начал заползать за горизонт, Гессер и Исау сидели на шершавом камне в ближайшем подлеске. Первый дымил трубкой, сощурившись глядя на горизонт, второй же чертил в пыли линии и овалы.

— Я скучаю по мастеру, — произнес Исау, нарушив молчание.

— Это нормально, — сказал Гессер, переводя взгляд на мальчика. — Жаль, что он умер, даже не успев с тобой попрощаться, но такова жизнь.

— А умирать — больно? — спросил Исау.

— Нет, — покачал головой Гессер; немного подумав, он добавил: — Скорее… неожиданно.

— А ты когда-нибудь умрешь? — Исау повернул к нему голову, перестав рисовать.

— Не так скоро, как хотелось бы, — усмехнулся Гессер, вытряхнул пепел из потухшей трубки, поднялся на ноги и хлопнул Исау по плечу. — Пойдем. Мне еще нужно многому тебя научить. Нам предстоит долгий путь.

Исау послушно отбросил палочку и взял Гессера за руку. Спустя пару мгновений на земле остался лишь аккуратный рисунок, изображающий круг, который пересекает закрытый глаз. Через миг ветер сдул и его.

Фамильный особняк рода Корво выглядел точно таким, каким его запомнил Морган. Обветшалым, ветхим, потрепанным. Но от того не менее родным. Как-никак, то было единственное место за всю его жизнь, которое он мог назвать домом. Спрыгнув с лошади, Морган угостил ее заранее припасенной морковкой, привязал за уздцы к ближайшему деревцу, поднялся по высоким скрипучим ступеням и трижды постучал в дверь большим бронзовым кольцом. Спустя несколько минут томительного ожидания перед Морганом на пороге стоял невысокий плюгавый господин. Видно, из слуги — костюм хоть когда-то и стоил немалую сумму изрядно поизносился, штаны же покрывали многочисленные заплаты.

— Чем могу помочь?.. — протянул он, оглядывая Моргана подозрительным взглядом.

Ничего не ответив, он плечом оттеснил мужичка в сторону, вошел вовнутрь и огляделся. Надо же — все точно также, как и в его далеком прошлом. Даже те же латунные подсвечники в виде львов, стоявших на задних лапах. От внезапно нахлынувшего приступа ностальгии Морган невольно с шумом сглотнул слюну — а потом, услышав где-то внутри дома голоса и веселый смех, двинулся вперед, не обращая ни малейшего внимания на слугу, что семенил за ним следом, вереща и ругаясь.

Когда Морган вошел в столовую, в ней тотчас наступила звенящая тишина. Морган осмотрел сидевших за длинным столом. Он сразу узнал брата его отца, дядюшку Джереона — брюхастого мужика с круглой мордой, которому сейчас должен был идти шестой десяток — и его жену Илму — высокую женщину тех же лет с длинным тонким носом и бесцветными жидкими волосами, сплетенным в косу. Первый в свое время изрядно накормил спину Моргана кулаками, отрываясь за ненавистного братца на его сыне, а вторая придумала спихнуть «любимого» племянничка в приют.

Напротив них сидели два здоровенных лба с кулаками что мелкие дыни — видно кузены Моргана. Рядом с каждым восседала невысокая девица; одна походила на другую как две капли воды, из чего Морган сделал вывод, что то, похоже, были сестры. По левую руку от Джереона был длинный нескладный хмырь с тонкой полоской усиков над верхней губой и выпученными глазами, по правую от Илмы — дородная дама, на которой того и гляди лопнет корсет.

— А вы еще кто и что тут делаете?.. — нахмурился Джереон и отставил в сторону тарелку с недоеденным гусем.

— Я тоже рад тебя видеть, дядя, — улыбнулся Морган, уселся прямо напротив Джереона и сложил сапоги на стол, словив испепеляющий взгляд Илмы.

— Морган? — недоверчиво протянул Джереон. — Мы думали, ты давным-давно мертв.

— Жаль вас огорчать, но пока что я жив-живехонек и на Ту Сторону не тороплюсь, — ответил Морган, оглядел зал и цокнул языком. — Не представите меня своим гостям?

— Господин Вебер — местный судья. Госпожа Краузе — вдова графа элленского, — немного поколебавшись все же произнес Джереон; хмырь сухо кивнул, дама же только поджала губы и окинула Моргана неприязненным взглядом. — А это — единственный сын моего непутевого братца, который в свое время умудрился пустить по ветру все, что нажил его отец.

— Сказал бы, что рад знакомству, но не люблю врать, — хмыкнул Морган и огляделся. — А я смотрю, дела идут неплохо?

— Не жалуемся, — буркнул Джереон. — Да и непрошеных гостей тоже не особо жалуем, уж звиняй, племянничек. Катился бы ты отседа да поживей, пока мои сынки тебе ребра не сосчитали.

— Угрожать законному хозяину в его же доме — неслыханная дерзость. Не так ли, господин судья? — сказал Морган, доставал из-за пазухи конверт и бросил его на стол перед Джереоном.

— А это еще что? — в недоумении спросил он.

— Документы, в которых говорится о том, что я, как единственный наследник рода Корво, являюсь владельцем и этого особняка, и земли, на которой он построен.

— Что?! Какая неслыханная дерзость! — взвизгнула Илма. — Ты всегда был лжецом, прямо как и твой папаша! Дорогой, хватит выслушивать весь этот бред — выкинь этого мерзавца…

Джереон шикнул на жену, взял в руки письмо и погрузился в чтение. Через несколько мгновений загривок его пошел красными пятнами.

— Фальшивка! — фыркнул он.

— Вообще-то королевская печать крайне похожа на настоящую, — произнес Вебер, вытянув и голову и окидывая взглядом послание. — Да и подпись вроде как тоже…

— Послушай господина судью, дядюшка, — протянул Морган, закладывая ладони за голову. — Я весьма благодарен, что ты не только сохранил для меня мой дом, но и изрядно его подлатал, однако у меня на это место большие планы, так что лучше тебе и твоей семейке начать собирать вещи.

— Да как ты смеешь, щенок!.. — рявкнул Джереон, отбросив письмо, вскочил на ноги и ткнул толстым пальцем, походившем на сардельку, в сторону Моргана. — Или ты думаешь, что я вбухал столько денег в эту дыру, чтобы ты потом пришел сюда и вышвырнул меня вон?! Взять его! Взять!

— Постойте, — Вебер попытался было успокоить Джереона, — давайте попробуем решить вопрос как цивилизованные люди…

— Мальчики, не сидите столбами, надавайте выскочке по шее! — взвизгнула Илма.

— Я тебе кишки выпущу, ублюдок!.. — зарычал один из кузенов Моргана, хватаясь за нож.

— Нет, я ему сначала глаза повыковыриваю!.. — присоединился к брату его сосед, берясь за вилку.