Поход самоубийц (СИ) - Попов Илья В.

— Проклятая тварь, — прошипел Рихтер, подходя ближе и перезаряжая пистолет. — Ты и впрямь думал, что сможешь скрыться от меня?

Архан в ответ только хрипло рассмеялся, откашливаясь алыми каплями на грязный пол.

— Что смешного? — произнес Рихтер; не дождавшись ответа, он дулом пистолета за подбородок поднял лицо Архана и сузил глаза: — Почему ты смеешься?!

— Просто забавно, что ты считаешь себя охотником, — криво усмехнулся Архан.

Что-то в его взгляде заставило Рихтера отпрянуть в сторону, однако были уже слишком поздно. Огромная тень прыгнула ему на спину, увлекая за собой, и они оба кубарем покатились по полу. Увидев пред собой оскаленную пасть, лицо Рихтера исказила гримаса страха:

— Ты?! Но… Я убил тебя! — в неверии прохрипел он, пытаясь достать из ножен на поясе кинжал.

— Я сдохну только вместе с тобой, — прорычал Зверь и сомкнул зубы на его горле.

— Твой бог тебе не поможет! — прошипел Тео и воткнул палец прямо в хлещущую кровью рану на животе Ленса.

Он взвыл и едва не потерял сознание от нестерпимой боли. Ударив его в зубы, Тео подобрал с пола упавший нож и занес над головой для удара. В самый последний момент Ленс каким-то чудом успел перехватить руку Тео. Однако силы были неравны и с каждым мгновением кончик лезвия кинжала неумолимо приближался к глазу Ленса. Сплюнув прямо в лицо Тео комок крови, Ленс принялся по памяти произносить необходимые слова, надеясь, что разбитые губы позволят ему правильно выговорить каждый слог.

— Взвываешь к своему божку, а? — Тео криво ухмыльнулся и лишь сильнее надавил на рукоять.

Когда Ленс-таки произнес истинное имя демона, рожу Тео исказила гримаса страха. Зашипев от боли, он выпустил нож, скатился с Ленса и принялся выть раненым зверем, ногтями раздирая кожу на лице. Проклятье! Базузу оказался куда сильнее, чем думал Ленс. Любого другого демона это заклятье должно была сразу отправить назад в родной мир, а то и уничтожить — Базузу же противился до последнего, не желая покидать тело смертного. Резко умолкнув, Тео поднял глаза на Ленса — и он увидел в них не демонические огоньки, но искреннее сожаление.

— Похоже, у меня только один выход, — пробормотал Тео абсолютно нормальным голосом.

Схватив нож, он поднялся на колени, одним быстрым резким движением вскрыл себе горло от уха до уха и через миг рухнул лицом в пыль, пачкая ее темной кровью и подергиваясь в последних конвульсиях.

Забравшись на Спайка, Птаха ударила его раз, другой, третий — а после, откинув голову далеко назад, что есть силы боднула ублюдка лбом прямо в широкий нос, что с тошнотворным хрустом лопнул кровавыми ошметками. Перехватив кулак Птахи, что уже почти прилетел в подбородок Спайка, он локтем ударил ее в челюсть, скинул с себя, а потом забрался сверху, прижал к земле и заключил ее горло в крепкий «замок».

— Твоя любимая поза, да? — ухо Птахи обожгло горячее дыхание. — Вот только трахать я тебя не собираюсь, просто убить. Хотя… Кто знает, быть может, мне это так понравится, что я не удержусь.

Птаха пыталась высвободиться, однако хватка у Спайка была воистину железная. Птаха зашарила руками по полу в поисках оружия — когда перед глазами уже запрыгали цветные круги, она вдруг нащупала острый кусок камня и ткнула им прямо в лицо Спайку, надеясь попасть в глаз. Тот взвыл от боли и чуть ослабил захват — воспользовавшись этим, Птаха вцепилась зубами в его культю. Вопль превратился в настоящий рев — Спайк скатился на пол, Птаха же поднялась на ноги, жадно хватая ртом воздух.

— Передавай привет своему гребаному папаше! — прорычал Спайк, опустил голову и словно бык понесся прямо на Птаху.

Кто-то бросил ей под ноги скипетр с потускневшим кристаллом, в котором, правда, еще сияла искорка силы. Подхватив жезл, Птаха резко ушла в сторону и вместе нанесла удар. Не без удовольствия услышав, как хрустнула коленная чашечка Спайка, Птаха огрела его скипетром по затылку, заставив упасть на колени, а потом пнула под ребра, уронив на спину.

— Пошла… ты… вместе… со… своим… — еле слышно пробормотал Спайка, на чьих губах лопались алые пузыри.

— Передашь привет за меня.

Поставив ногу на грудь Спайку, Птаха засунула кристалл прямо ему в пасть, выбив остатки зубов, и повернула рукоять. Кристалл накалился добела — и следом голова Спайка разлетелась на куски. Птаха же отбросила в сторону скипетр, в последний раз взглянула на тело бывшего «приятеля» и огляделась.

Зал напоминал бойню.

Тут и там валялись мертвые инквизиторы. Сцепившись в последнем объятии, с ненавистью смотрели друг на друга остекленевшими взглядами Зверь — который перед смертью принял свой истинный облик — и Рихтер, что даже после смерти не выпустил кинжал, воткнутый в спину врага. Чуть поодаль лицом вниз в луже крови лежал Тео. А вот рядом с ним… Птаха бросилась к Ленсу, оторвала у ближайшего церковника кусок плаща, по-быстрому перевязала Ленсу рану и помогла ему подняться на ноги.

— Это… Было… Просто… — протянул Морган, выходя из-за колонны с лицом, перекошенным от ужаса.

— Здорово! — воскликнул семенящий рядом с ним Изау, едва ли не подпрыгивая от восторга. — Вы дрались будто бы взаправду! Мастер иногда устраивает бои между белюками, только они почти сразу поднимаются. А почему эти все еще лежат?

— Они п-просто чуть устали, — слабо улыбнулся Морган, который, судя по виду, едва сдерживался от того, чтобы не рухнуть в обморок. — Предлагаю оставить здесь шкатулку с заклятьем, покинуть это место и позабыть о нем, как о страшном сне.

Ленс потянулся было к валяющейся возле тела Тео шкатулке, как его опередил Архан.

— Шифр? — только и спросил он, поднимая коробочку.

Ленс произнес несколько слов на незнакомом Птахе языке. Архан только удовлетворенно кивнул и, прихрамывая, направился куда-то вглубь дворца. Птаха же вместе с пришедшим ей на помощь Морганом потащили Ленса к выходу в сопровождении Изау, который до сих пор возбужденно щебетал что-то о своем мастере.

Каждое движение отдавалось в теле Архана острой болью. Однако то был сущий пустяк, ибо он наконец-то понял, как может снова встретиться со всеми своими близкими и родными. С каждым представителем своего народа, погибшим во время Катаклизма, или уничтоженным Новой Церковью позже.

Выскочившие из-за угла альбиносы молча бросились прямо на него с булавами наперевес. Архан взмахнул рукой, не сбавляя шага. Уродцы рухнули замертво. Из носа Архана брызнула кровь, но вряд ли он обратил на то внимание.

Он еле-еле передвигал ноги — сульфитовые пули мало-помалу отравляли его тело и, если честно, единственным его желанием было лечь прямо на пол и уснуть, чтобы больше никогда не проснуться.

Однако было еще рано.

Дворец вокруг него стонал и рушился. Осыпались кирпичи, с потолка падала пыль, звенели зеркала и стекла, рассыпаясь на куски, стонала древесина. Пол под ногами Архана ходил ходуном, а рухнувший доспех, мимо которого он проходил, чуть не придавил его.

Но в конце концов он нашел, что искал.

Небольшую молельню с алтарем и статуей Создателя, стены которой были выложены мозаикой, прославляющей деяния и слова Его.

С трудом опустившись на колени, Архан достал из кармана шкатулку и принялся вращать оси, пока символы на коробочке не вспыхнули слабым сиянием.

Положив шкатулку на пол пред собой, Архан прикрыл веки и принялся терпеливо ждать. Размышляя о том пути, что он преодолел.

Гессер обещал, что Архан сумеет обрести покой. Старик не соврал. Архан действительно впервые за много лет чувствовал упокоение. Он бы не мог найти лучшего места для того, чтобы отправиться на Ту Сторону.

Услышав тихий щелчок, Архан открыл глаза.

Коробочка, вращаясь вокруг своей оси, медленно взлетела в воздух, руны на ней становились все ярче, и ярче, и ярче, и ярче…

Архан поднял голову и ему показалось, что Всеотец смотрит на него чуть улыбаясь, а лицо Его отчего-то напоминало того, кто вытащил Архана из…