Странствие за Фарадоунами (ЛП) - Форд Рик

— Идем, старина, — сказал он. — Думаю, нам пора.

И он встал. Затем взял за руку Бет, в сопровождении Уорригала, Перрифута, Сэма и Брока медленно подошел к зияющей в земле дыре и, не оглядываясь назад, повел их по грубым каменным ступеням вниз, в темную пустоту.

ЭПИЛОГ ОТ АВТОРА

Эта книга появилась в результате моей случайной встречи с необычным стариком несколько лет тому назад, когда я гулял в глубине леса недалеко от своего дома. В то время я счел встречу чистым совпадением, но сейчас я в этом не уверен, и она вполне могла быть намеренной с его стороны. Почему он выбрал меня, чтобы рассказать историю, я не знаю. Возможно, потому, что я проводил долгие часы, прогуливаясь по лесам и вересковым пустошам, и он привык к моему лицу, а возможно, также потому, что он уловил мою любовь к животному царству и миру природы.

Независимо от причины, факт остается фактом: после нашей первой встречи мы встречались неоднократно, и каждый раз он рассказывал мне часть истории, которую вы только что прочитали. Мы всегда сталкивались случайно, по крайней мере, с моей стороны, и, мне кажется, не было какой-то особой местности, которую он предпочитал бы для наших встреч, так что мы виделись иногда в лесу, а иногда у горной реки или где-то на болотах. Кроме того, наши встречи были нерегулярны; иногда мы встречались дважды в неделю, а затем могло пройти два или три месяца, прежде чем я совершенно неожиданно замечал его знакомую шаркающую фигуру, приближающуюся ко мне, и мы выбирали подходящее уютное место для беседы. Я называю это «беседой», но в действительности это был скорее односторонний монолог — я по большей части просто слушал да изредка вставлял вопросы, чтобы прояснить то или иное обстоятельство. Однако все мои расспросы относительно его семьи, происхождения и дома оставались без ответа; мой собеседник в буквальном смысле «пришел из ниоткуда».

После каждого такого разговора я возвращался домой и записывал то, что он мне рассказывал, как можно прилежнее, во всех подробностях. Вскоре я решил, что постараюсь собрать свои заметки в книгу, и для этого потребовалось внести определенные изменения в манеру, в которой мне передали эту историю. Однако они относятся только к стилю и композиции, и я полагаю, что остался верен духу, в котором она была изложена. Любые возможные ошибки, разумеется, полностью мои.

С самого начала я подверг сомнению истинность его истории, но он просто улыбнулся и сказал, что поверил ли я его повести или нет, — это не имеет значения, хотя он был бы признателен, если бы я по крайней мере его выслушал. Так я и сделал, и по мере развития истории она пленяла меня все больше и больше. Я стал с нетерпением ожидать наших встреч, чтобы услышать следующую часть повествования. Время шло, и я уже не был так сильно убежден, что история вымышлена, а ближе к концу почти уверился, что она, по самой меньшей мере, основана на фактах. Это, конечно, должно остаться на усмотрение читателя; у меня нет намерения доказывать как это, так и обратное.

Наши встречи длились примерно два года. Первая произошла холодным январским днем, когда я ближе к вечеру пробирался по круто идущей тропе через лес, и последняя — два года спустя в декабре, когда на земле лежал глубокий снег и я сидел на пустошах у небольшого ручья, бегущего вдоль высоких берегов, покрытых заснеженным вереском. С того дня, когда старик закончил свою историю, я не видел его, хотя тратил столько же времени, как и прежде — если не гораздо больше, — гуляя по своим давно излюбленным местам. Порой, однако, я ощущал «присутствие», как будто старик наблюдал за мной, и бывал этому рад. Уверен, что однажды встречу его снова.

Когда он подошел к концу повести, набралось немало очень важных вопросов, которые я хотел ему задать. Во-первых, мне не терпелось узнать, что случилось с животными и элдрон после того, как они вошли в туннели и пещеры, открывшиеся для них в Ситтелях.

— Они успели пройти не так уж много ступеней, — ответил он, — когда им начало казаться, что они идут в пустоте, как бы плывут сквозь тьму. Затем, не осознавая того, они погрузились в глубокий сон без сновидений и проспали много-много лун в объятиях Ашгарота. Они не состарились, потому что Ашгарот прервал для них течение времени. Очнувшись, они увидели, что покоятся на лежанках внутри Ситтелей и их заливает свет солнца. Когда же они вышли на поверхность земли, то попали в новый мир — мир, свободный от уркку, мир бесконечных красок и магии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мне по-прежнему очень любопытно было узнать о судьбе Наба, Бет и других животных, и я все еще не был полностью удовлетворен его объяснением об этом «новом мире», в который они попали.

— Были ли они там счастливы? — хотел я знать. — Был он тем, о чем они мечтали, и за что так много страдали?

Ледяной ветер поднял в воздух небольшой заряд снега, осевший на наших волосах. С серо-стального зимнего неба светило блеклое солнце. Он посмотрел на меня и улыбнулся, и, когда я пристально вгляделся в его глаза, я внезапно с огромным удивлением осознал, что этот старик — Наб. Моя голова на пару секунд закружилась, и я не мог отчетливо рассуждать, но, когда я снова собрался с мыслями, на меня снизошло еще одно откровение. Если старик был Набом — тогда мир, в который они пришли, был таким же, как мир, из которого они спаслись: наш мир. Меня накрыло огромной волной разочарования.

— Так все это было напрасно, — выпалил я. — Ашгарот подвел вас!

Наб уставился в землю и долго молчал. Когда он снова заговорил, в его голосе звучала грусть, но слышалась в нем и надежда.

— Уркку, — сказал он, — были созданы из ненависти, ради мести. У них не было выбора в том, как поступать. Но их больше нет, и благодаря тому, что мы сделали, теперь существует мир, населенный только элдрон. У них есть выбор; это то, что отличало их от уркку. Значит, история еще не закончена, ибо потерпели мы неудачу или нет — решать вам и только вам. Вы все дети Элдрон.

— Что с Бет и Броком, Уорригалом, Перрифутом и Сэмом? — спросил я его. — И что с эльфами, погибли ли они вместе со старым миром?

— Когда старый мир разрушил сам себя, — отвечал он, — эльфы остались. Они исцелили раны и залечили шрамы, оставленные уркку, и постепенно с помощью Ашгарота вернули мир к его естественному состоянию. Все это время мы спали, и только когда работа была выполнена, Ашгарот освободил нас ото сна. Эльфы всегда остаются здесь. Что до остальных из нас, то Ашгарот даровал нам бессмертие эльфов. Мы все еще живем вместе в лесах и на холмах. Они видели вас, и иногда вы, возможно, видели их, хотя они, как и все другие животные, теперь стали настороженно относиться даже к элдрон, поскольку многие из них отринули свою истинную природу и стали походить в поступках на уркку из прошлого. — Он примолк, а затем, когда в вечернем небе начало садиться солнце, встал. — А сейчас я должен идти, — сказал он. — Меня будет ждать Бет. — И он зашагал по снегу к кромке деревьев.

Я сидел, все еще потрясенный тем, что он сказал мне, и смотрел, как он уходит. Он готов был слиться с лесной темнотой, когда мне показалось, что я вижу небольшую группу животных, выходящих ему навстречу. С бешеным сердцебиением я пристально вглядывался сквозь вечерние тени и был почти уверен, что смог разглядеть фигуры барсука, собаки, зайца и, низко над их головами, большую коричневую сову. Затем, сразу за ними, появилась другая фигура, фигура пожилой леди, протянувшей к нему руки. Я наблюдал за ними пару секунд, и они, казалось, в свою очередь смотрели на меня. А потом они внезапно исчезли, поглощенные лесом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})