Всадник рассвета - Владимир Шигин

— Но я же смогу спросить с Зевса за это фактическое пособничество нашему общему врагу?

— Разумеется, сможешь, но для этого тебе надо будет победить Тифона и Медузу и вернуться с головой последней обратно, а это почти невозможно! Что касается Цербера, то громовержец себя подобными мелочами не утруждает!

— О возможном и невозможном мы с тобой поговорим потом. Пока же расскажи, как мне драться с будущими противниками?

— Что касается Тифона, то на этот счет я тебе уже сказал все возможное. Остальное зависит лишь от тебя самого!

— Ну а Медуза? Как же я смогу победить, когда я не могу на нее даже посмотреть? — спросил я нетерпеливо.

— В этом-то и весь вопрос! — вздохнул Аполлон.

— Зачем меня к ней посылают, когда я не имею и шанса ее одолеть? — поинтересовался я.

— Как зачем? — удивился бог пастухов и музыкантов. — Все очень просто: тебя хотят использовать! Если ты победишь, то сделаешь благое для всех дело! Если нет, то потеря не велика, ибо ты не олимпиец, а представитель чужого клана, на который обрушится весь гнев твоих противников. Что касается Зевса, то он останется в выигрыше в любом случае!

— Неплохо придумано! — невольно восхитился я.

— Не то слово! — усмехнулся Аполлон. — Придумано гениально!

— Но для чего тогда со мной посылают Геракла?

— Гера рассчитывает убить его заодно с тобой! — прояснила мне ситуацию Артемида.

— Вот стерва! — невольно вырвалось у меня.

— Еще какая! — Эти слова Артемида произнесла с той ненавистью, какая может быть только у женщины по отношению к другой женщине.

— Ближе к делу! — прервал ее Аполлон. — Нам надо продумать твои действия! Прежде всего тебе, Посланник, следует сходить к Гефесту и попросить у него зеркальный щит.

— Для чего он мне?

— Глядя в него, при определенной тренировке ты сможешь сражаться с Медузой, не глядя на нее! — усмехнулся Аполлон.

Черт возьми! Я был готов преклонить колени перед Штирлицем северных лесов, и правда ведь говорят, что все гениальное просто!

— Спасибо за совет! — поблагодарил я Аполлона. — Что еще?

— Опасайся Ареса, он злопамятен. Как мне кажется, он тоже каким-то образом связан с Тифоном. Старайся не иметь дела с Гермесом, как бы он ни льстил тебе, не связывайся с Андромедой! — подала голос Артемида.

— Насчет Ареса мне все ясно, но почему я должен остерегаться остальных?

— Гермес — покровитель обманщиков и воров. А Андромеда такая же стерва, как и Гера, к тому же она озабочена проблемой женихов и постарается околдовать тебя. Андромеда же дружна с Афродитой, а потому, как и та, более всего на свете любит переманивать чужих женихов, — назидательно пояснила мне Артемида.

— Да у меня уже есть невеста и я ее очень люблю!

— Кто же она? — В вопросе Артемиды прозвучало чисто женское любопытство.

— Богиня весны Лада!

— Ого! — разом удивились брат и сестра. — Если ты жених Лады, то это значит, что ты вскоре можешь стать нашим родственником!

— Тогда я рад приветствовать свою будущую родню! — рассмеялся я.

— Мы тоже! — закивали мне, улыбаясь, Аполлон с Артемидой.

— Но какое отношение ко всему этому делу имеет Персей? — поинтересовался я, вспомнив о странной реакции Зевса на мое упоминание об этом греческом герое.

Брат с сестрой быстро переглянулись. Затем Артемида пояснила мне:

— Дело в том, что Персей такой же незаконный сын Зевса, как и Геракл, но от смертной женщины по имени Даная. Отсюда такая же ненависть к нему блюстительницы брачных уз Геры. Но, в отличие от Геракла, он совершенно никчемный и трусливый человек. Зевс почему-то сильно любит этого непутевого сына, хочет прославить его имя великими подвигами, которые Персей, разумеется, никогда не сможет совершить.

— Но какова моя роль во всей этой семейной истории?

— Все опять очень просто! — снисходительно покачал кшовой Аполлон. — Ты совершишь подвиги, но все, что ты сделаешь, сейчас же будет приписано Персею, а то и самому Зевсу. Ничего не поделаешь, но так принято не только у нас на Олимпе! Пройдет время, о тебе забудут, зато подвиги Персея и Зевса станут легендарными и дойдут до самых отдаленных потомков!

— Что же мне тогда делать?

— Совершить то, что тебе предложено! — развел руками Аполлон. — Насколько я понимаю, тебе сейчас важны не легенды, а конкретный результат!

— Все ясно! — кивнул я. — Будем трудиться за Персея!

— Это еще не все! — придержал меня за локоть Аполлон. — Первоначально предполагалось, что тебе дадут крылатые сандалии Гермеса и шлем-невидимку. Это весьма важные атрибуты для победы над будущими твоими врагами. С незапамятных времен они хранятся на Олимпе именно для того, кто дерзнет сразиться с Тифоном и Горгоной Медузой. С помощью сандалий ты должен был достигнуть мест, где живут эти семейства, а шлем мог бы помочь незаметно подойти к Медузе, не пав замертво под ее взглядом. Однако Гера и Арес уговорили Зевса не давать тебе ничего под предлогом, что всем этим ты можешь воспользоваться во зло Олимпа. Единственно, что могу тебе еще раз посоветовать, так это попросить нашего кузнеца Гефеста выковать тебе щит с зеркальной поверхностью, да обязательно прихвати с собой большой мешок для головы Медузы, иначе в какой-то момент не удержишься и все равно взглянешь на нее.

Воспользовавшись тем, что Артемида отошла куда-то в сторонку, Аполлон наклонился ко мне и быстро прошептал:

— Что касается россказней моей сестрицы относительно Гермеса и Андромеды, то этих двух бояться особо не стоит. Тут чисто женские обиды. С первым у моей сестрицы был не столь давно неудачный роман, а ко второй она вообще ревнует всех мужчин подряд. Ну, а насчет Ареса она совершенно права. Это самый отвратительный бог Олимпа, и я не удивлюсь, если он уже давным-давно затевает какую-нибудь пакость заодно с Тифоном. Бог агрессии не может остаться в стороне от такого соблазна!

— Вроде я у вас совсем недавно, но врагов у меня здесь достаточно: и Цербер, и Арес! — покачал я головой

— Но ведь есть и друзья, причем друзья надежные! — несколько обиженно передернула плечами вернувшаяся к нам Артемида.

На поводу она привела ослепительно белого коня с крыльями за спиной. Пофыркивая, конь недоверчиво косил на меня своим налитым кровью глазом.

— Что касается воздухоплавания, то в летающих сандалиях я не слишком нуждаюсь, ибо у меня есть верный друг Горыныч, летающий не хуже их. Ну, а отсутствие шлема-невидимки попробую возместить силой Священного Меча! — сказал я своим доброжелателям.

— Будем надеяться! — улыбнулись мне разом брат с сестрой.

— Мы хотели бы сделать тебе подарок! — добавил Аполлон. — Это мой любимый конь Пегас! Зная о тех трудностях, которые тебе предстоят, я хочу подарить его тебе. Пегас не любит много разговаривать, но он вынослив, обладает удивительным зрением и очень предан своему хозяину. Бери и владей им!

— Это тот самый Пегас, который является покровителем всех поэтов? — спросил я и положил свою руку на спину коню.

Тот вздрогнул и нервно ударил копытом в землю.

— Да, это именно тот самый Пегас! — рассмеялась Артемида. — Ты слишком много знаешь обо всем, Посланник, а это не всегда безопасно!

— Я давно устал чего-либо бояться! — пожал я плечами. — А за подарок спасибо! Надеюсь, что когда-нибудь сумею отплатить вам за добро добром!

— Исполнив свое предначертание, ты рассчитаешься со всеми помогавшими тебе сполна, а об остальном просто забудь!

— Теперь нам пора прощаться! — улыбнулась мне Артемида.

Богиня охоты подошла ко мне и, внезапно прильнув, нежно поцеловала в щеку.

— Мне бы очень не хотелось, чтобы ты был разорван Тифоном или превратился в каменный столб! — сказала она. — Ты еще так нужен своему народу!

С Аполлоном мы обменялись крепкими рукопожатиями.

— Прощай! — сказали мне брат с сестрой.

— До встречи! Мы победим! — поднял я вверх сжатую в кулак руку.

Бог пастухов и богиня охоты повторили этот жест.

— Помни всегда, что и мы помним свою родину! Пусть крылья совы, которую держит Афина, тенью укроют тебя в минуту напасти и да поможет тебе мудрость всех богов!

— При чем здесь сова? — спросил я.

— А ни при чем! — рассмеялся Аполлон. — Просто так у нас принято желать удачи!

— Тогда спасибо! — в тон ему ответил я.

— Тогда пожалуйста! — помахали мне рукой брат с сестрой, уходя.

На том мы и расстались.

Направившись сразу же к Гефесту, я попросил его сделать мне зеркальный щит. Тот, вопреки моим тревогам, с радостью на это согласился.

— Я сейчас тружусь над новым щитом для Афины, — сказал он мне. — Но думаю, ей пока не к спеху. Заготовка у меня уже имеется. Осталось лишь отполировать поверхность!

Как мне показалось, бог кузнецов просто изголодался по настоящей интересной работе и был страшно рад моему заказу, а потому и обещал сделать все не позднее следующего утра.