Киллер – черные слезы мира - Сергей Шишкин

может решили посмотреть как начнут продаваться пластинки). Уже в самом конце, когда я садилась в машину, вручили папку с документами на микроавтобус, который находился на улице Чаплыгина, рядом с их представительством. Завтра его нужно оформить, вопрос только на кого, на мне уже и так два автомобиля. Ну, а если серьезно, то он девчонкам и на фиг не нужен, это же я так, от вредности выпросила. Насчёт нормальных денег латыши тогда промолчали (хотя могли бы что нибудь придумать), поэтому пришлось требовать этот модернизированный РАФ.

Из автомобиля позвонила Софии, она обязательно заедет домой, да и Юлька у них постоянно ошивается. Зря наверное это сделала, Кочетковы о ЗАГСе ничего не знали, начали выпытывать подробности. Пришлось отмазываться, говорить что сама вчера случайно на службе узнала, может их мама беременная?

На съёмочной площадке проторчали с до семи вечера, пришлось задержаться на час, ездили с Катей поздравлять молодожёнов. Цветы покупали на рынке, грузины заломили четвертной за букет, раз в десять перекрыв себестоимость. Хочешь не хочешь, а пришлось раскошеливаться, роз больше ни у кого нет, вокруг торговали одними гвоздиками.

— Оль, а зачем мы натянули шапки и обмотались шарфами, да ещё надели очки? — спросила подруга.

— Кать, ты представляешь какая у нас популярность, хочешь чтобы к нам сбежался весь рынок? — спросила подругу.

Похоже до неё ещё не дошло, что личная жизнь закончилась, вокруг ходят толпы фанатов. Не пройдет и пары недель (у Кати как раз выйдет первая телевизионная передача), как её адрес узнают поклонники, начнут караулить у дома. Придется ей переселяться на дачу, поживет вместе со мной, тут намного спокойнее. Софии в этом плане гораздо легче, у них в доме живет много артистов, в том числе и довольно известных. Какие именно не скажу, я не поклонница Мельпомены, хотя многие советские фильмы мне нравятся.

Для семьи Торчинских настали трудные времена, с утра их вызвали в отдел кадров, где сообщили об их увольнении. Докладных о халатном отношении к своим обязанностям, включая и жалобы сослуживцев (когда только успели), набралось аж на целую папку, так что идти в комиссию трудовых споров было бессмысленно. Начальник главы семейства, в неформальной обстановке рассказал о причине увольнения.

— Вчера, меня с руководителем отдела, где работает твоя супруга, вызвали в Спецотдел Партконтроля ЦК, там какая-то девка полчаса ездила по ушам, втирала про новую политику партии. Уже в самом конце, приказала тебя с женой уволить по тридцать третьей статье, так что не обижайтесь, у нас просто не было другого выхода.

— Какой Партконтроль ЦК, он же для нас как небо и земля, тут должна быть какая то веская причина? — заикаясь от волнения спросил Лев Яковлевич Торчинский.

— Я тут на досуге подумал и решил, что дело скорее всего в твоем сыне. Кому-то он дорогу в университете перешел, может соблазнил кого, вот её родичи и гадят. Ты сильно не переживай, я уже отправил докладную Гришину, а он как известно не любит когда лезут в его вотчину. Не пройдет и недели, как вас примут обратно, а вот ту наглую девку точно уволят, — обнадежил начальник.

Оптимизм руководителя внушал доверие, так что успокоенные Торчинские отправились домой, настроившись серьезно поговорить с сыном. В университете у него действительно возникали проблемы (конечно же от зависти разной нищеты), даже пару раз вызывали в комитет комсомола, но так, ничего серьёзного. Каково же было их удивление, когда позвонили из ГАИ, попросили приехать к месту аварии. Волга сына, которую он водил по доверенности, протаранила ехавший впереди Москвич, водителя увезли на скорой помощи в больницу.

— Да он сам подставился, взял и резко затормозил, я немного бампером помял его водительскую дверь, — оправдывался единственный наследник.

Вроде бы мелочь, с кем не бывает, просто с хозяином Москвича нужно договорится о компенсации, дать рублей сто, ну или даже двести, пусть гаденыш подавится. Хорошо своя ласточка не пострадала, лишь бампер чуть-чуть поцарапался, да и родной сынок немного расстроился. Ничего, утро вечера мудренее, хватит на сегодня неприятностей, — засыпая подумал глава семейства.

Не хватило! Ночью вспыхнула Волга, как сказал эксперт — от поврежденной проводки. Скорее всего, после аварии изоляция повредилась, вот и произошло короткое замыкание. От красавицы осталась лишь обгорелая куча металла, да и владельцы стоящих рядом автомобилей выставили претензии. Дом у них не простой, как и хозяева обгорелых машин, так что пришлось раскошеливаться, потратить почти всю заначку. Дальше хуже, беда как известно приходит не одна, анализ сына показал наличие спирта в крови, а это уже совсем другая история. Мало всего этого, так за нарушение норм поведения в учебном заведении, несоблюдение всеобщего порядка, неподобающее поведение по отношению к другим студентам и преподавателям, его исключили из университета. Наследник, который так и не сознался кого успел оскорбить или обрюхатить, хотелось прибить собственными руками, восстановить в МГУ будет ой как не просто.

Когда глава семьи глотал корвалол, позвонили из горкома, попросили срочно освободить квартиру. Удивительным образом, она стала числится служебной, а не просто полученной по очереди, так что пришлось перебираться к родственникам, сдавать в комиссионку импортную мебель.

С возвращением на старое место работы, которое решило бы многие проблемы, тоже ничего не получилось. Начальник, которому Лев Яковлевич позвонил через неделю, послал его далеко за горизонт, Гришин оказывается вызывал его на ковер, обещал в следующий раз если не посадить, то точно уволить.

— Что делать? — обхватив голову руками, простонал Турчинский, счет от хозяина Москвича пришел с таким количеством нолей, что дешевле было приобрести новую Волгу.

— Сами понимаете Лев Яковлевич, пострадавший до сих пор находится в больнице, и если мы не договоримся о компенсации, ваш сын отправится за решетку. Выйдет ли он оттуда, ещё тот вопрос, говорят всякое на зоне случается, — доверительно шепнул ему адвокат.

Что сказать, денек выдался ещё тот, хорошо что он наконец закончен. Съёмка, особенно последнее время, просто выматывает, так хочется всех послать, особенно режиссера. Мало всего этого, так и обслуга борзеет, сегодня помощник директора предложил Катюше переспать, пришлось наглецу приложить по яйцам. Сами понимаете, нравы в творческом мире довольно свободные, я бы даже сказала чересчур, только кто меня послушает. С америкосами намного проще, они запуганы своими законами о неприкосновенности личности, так что руки распускают лишь когда сильно поддатые. Не знаю почему, но ко мне никто не цепляется, хотя у некоторых вижу как капает слюна, про их