Невеста Короля Теней - Сильвия Мерседес

возникают из пара, держа в руках полотенца. Хэйл быстро говорит им что-то по-трольдски, затем поворачивается ко мне.

– Могу я предложить вам принять ванну, принцесса? Вы захотите освежиться перед церемонией.

У меня в ушах звенит предупреждение Лирии: «Вода сразу же смоет эти руны на глазах, а остальное продержится не более часа или двух».

– Нет! – мой голос вырывается вскриком. Хэйл бросает на меня странный взгляд, так что я поспешно смягчаю тон. – Я… я бы предпочла простую салфетку и миску воды. И уединение.

Хэйл выглядит так, словно станет возражать. Однако, к моему облегчению, она поворачивается к прислужницам и снова что-то тараторит по-трольдски. Они недоумевающе смотрят на меня, но быстро выполняют мою просьбу, принеся миску, воду, салфетку и небольшую подставку, на которой их и раскладывают. Затем, кланяясь и шаркая, они пятятся из комнаты прочь.

– Это все, принцесса? – спрашивает Хэйл.

– Да, спасибо, – твердо отвечаю я. Затем добавляю: – Еще уединение. Если не возражаете.

Она кланяется и следует за прислужницами прочь из комнаты. Дверь за ней плотно закрывается.

Я испускаю долгий вздох, запрокидываю голову и смотрю на кристаллы, свисающие с потолка. Я впервые за много дней осталась одна. И все же я очень остро осознаю, что по ту сторону двери кто-то стоит. Я не осмеливаюсь расслабиться ни на мгновение.

Помыться – дело нелегкое. Я использую сухую салфетку, чтобы стереть грязь и соринки с лица, рук и плеч, затем слегка смачиваю ее, чтобы очистить те части моего тела, которые не выдадут меня, если магия развеется. Как долго еще продержатся чары? Дни? Недели? Часы? И что еще важнее: сколько я хочу, чтобы они продержались? Потому что тот миг, когда придется решать, приближается быстро. Пусть брачная ночь идет своим чередом, как и планировалось? Или же мне стоит открыть Фору правду, а затем отдать и себя, и свое королевство на его милость?

Однако не в милости Фора я сомневаюсь. Я закрываю глаза, тяжело облокотившись на столик для умывания. Я вновь вижу холодный взгляд королевы Рох. Вновь ощущаю необъяснимую пустоту, исходящую от ее жреца, а многочисленные лица членов совета смешиваются в клубок враждебности и подозрений. Трольды мне не друзья. Им неважно, что станет с Гаварией. Им неважно, что принц Рувен забивает мой народ, словно скот. Мы для них лишь немногим отличаемся от скота. Мы ценны, только пока полезны.

А значит, я должна быть полезной.

Внезапно сильный грохот вибрацией проносится по каменным стенам и полу. Словно глубокий, гортанный рев, он вновь и вновь повторяется эхом. Я выпрямляюсь и отхожу от умывальника. Звук напоминает сигнальный горн. Может быть… значит ли это?..

Раздается стук в дверь, а за ним голос Хэйл:

– Король вернулся, принцесса. Он и все остальные уцелели. Теперь вам нужно поспешить. Мы должны вас одеть. Церемония вот-вот начнется.

Глава 28. Фор

Умог Зу и лорд Гол, один из моих министров, стоят на вершине ступеней дворца, когда мы проезжаем на наших морлетах через город и добираемся до дворцового двора. Я останавливаю Кнара, спешиваюсь и бросаю поводья поджидающему груму, затем быстро поднимаюсь по ступеням, перешагивая через три разом.

– Она здесь? – вопрошаю я. – Принцесса Ильсевель, она цела?

– Да, да, девушка прибыла невредимой, – говорит лорд Гол, пренебрежительно взмахивая рукой. Пусть он и главный член моего совета, но голосовал решительно против этой женитьбы. Он был бы вполне счастлив, если бы Ильсевель сгинула где-то по пути. – А что же вы, мой король? – продолжает он, и неодобрительное выражение его лица сменяется серьезной обеспокоенностью. – Капитан Хэйл рассказала нам, что произошло. Сколько пещерных дьяволов там было?

– Слишком много, – коротко отвечаю я. – Но я не стану это сейчас обсуждать. – Я поворачиваюсь к жрице, преисполненной молчания и достоинства. Она стояла с закрытыми глазами, пальцы ее сложены в священный знак алмаза перед грудью. – Умог, все готово?

– Воды юнкату были освящены, – отвечает она, не открывая глаз. – Свидетели собрались, и Песнь Глубокой Тьмы готова прозвучать. Быстрее ступайте, подготовьтесь, сын мой, ибо все ожидают вас.

– Верно, – я оборачиваюсь и смотрю вниз, на двор, где Йок как раз помогает кузине Ильсевель слезть с его морлета. – Леди Лирия! – зову я.

Она подбирает подол своего платья и поднимается по лестнице ко мне, пыхтя и отдуваясь, потому что эти ступени предназначены для существ куда выше ее ростом. Когда она достигает вершины, я беру ее руку и предлагаю ее Голу.

– Это кузина моей невесты, леди Лирия. Она будет свидетельницей на церемонии, дабы затем передать весть о ее свершении своему народу.

Гол смеряет леди подчеркнуто безразличным взглядом. Она поднимает брови, поворачиваясь от него ко мне.

– Что происходит? – спрашивает она на своем родном языке.

– Лорд Гол сопроводит вас в зал юнкату, – говорю я, – где немедля пройдет церемония.

– Не раньше, чем я увижусь с кузиной, – ее слова резки, а взгляд тверд, как кремень.

– А, – конечно же. Ну что я за невежа. Конечно же, она волнуется за Ильсевель. – Вы увидите ее перед самой церемонией, обещаю. – После чего поворачиваюсь к министру. – Проследите за тем, чтобы эту леди привели во внутренние покои, дабы она могла встретиться с родственницей прежде, чем та войдет в воды.

Гол открывает рот, чтобы начать, не сомневаюсь, длинные возмущения. Но мне некогда их выслушивать. Отвернувшись, я обхожу его и Умог Зу, а затем бросаюсь к двери и тороплюсь в купальни. Последнее, что мне нужно, – это войти в брачные воды покрытым грязью и потом, накопившимися за время битвы с пещерными дьяволами. Прислужник помогает мне раздеться и поспешно отирает мои руки, ноги и торс, а затем помогает мне облачиться в наряд, подготовленный для моей юнкату, – безрукавное серебряное одеяние с открытым передом и пару узких штанов, удерживаемых поясом, сплетенным из четырех жгутов. Это облачение простое, но для данной части свадебных торжеств другого мне и не нужно. Я переоденусь в подобающий роскошный наряд для пира после… после…

Боги, я не могу об этом думать. Пока еще нет.

Когда слуга заканчивает застегивать мой пояс, меня находит Сул. Он стоит в дверях, с волос капает вода после принятой ванны, он одет в длинный халат с богато расшитыми рукавами. Его голая грудь, с которой оттерли кровь леди Ксаг и слюну вогги, сияет бледностью и гладкостью, словно отполированный камень. Он окидывает меня взглядом.

– Ну? – вопрошаю я. – Уверен, у тебя есть для меня какая-то остроумная колкость. Лучше уж покончим с этим сейчас. Ждать я не стану.

Сул