Остров кукол - Джереми Бейтс

плечами.

— Только… всякое разное. Хесус прав: она бредит, в словах нет смысла. Говорит, ее отец вчера отправился в город, а ей всего десять лет от роду. Не думаю, что она сможет помочь… что?

Зед пристально смотрел на Марию.

— Чем она сейчас занята?

Елизавета повернулась к женщине. Та не отводила глаз от Зеда — смотрела пристально, не моргая.

— Мария? — окликнула ее Елизавета.

Та не отвечала.

— Мария!

Никакой реакции.

— Почему она так на меня пялится? — прошептал Зед.

Хесус ухмыльнулся:

— Она на тебя запала, малыш Зеди.

Зед поводил в воздухе пистолетом, туда-сюда.

Никакой реакции от Марии.

— Мария? — окликнула ее Елизавета.

Ничего.

— Может, спит? — предположила Роза.

— У нее глаза открыты, — возразил Зед.

— Мария? — сказала Елизавета.

Та моргнула.

— У моих мамы и папы родилась малютка.

— Что она сказала? — переспросил Зед.

— Что у ее родителей был ребеночек, — пояснила Елизавета. — Кажется, у Марии только что случился приступ эпилепсии.

— Какого лохматого ты знаешь про приступы? — пожелал знать Хесус.

— Я и раньше такое видела, — отвечала она, имея в виду эпилепсию у нескольких воспитанников приюта, где когда-то росла.

— А что, при этом не обязательно падать на пол, трястись и все такое? — удивился Зед.

— Приступы бывают разные.

— У моих мамы и папы родилась малютка, — упрямо повторила Мария. — И зовут ее Сальма.

Зед покачал головой:

— Спроси про Мигеля. Спроси, знает ли она, что с ним случилось… Роза, — обернулся он, — ты можешь сходить в спальню? Посмотри, как там Пеппер. Побудь с ним немного, хорошо?

Девочка надула губы:

— Но я хочу остаться с тобой!

— А мы хотим поговорить на всякие взрослые темы. Тебе лучше уйти в спальню. Я позову, когда мы закончим.

Роза пнула ногой воображаемый мяч, шаркнув каблуком об пол. Но послушно удалилась.

— Дверь закрой! — распорядился Зед.

Так Роза и сделала.

Кивком Зед подал Елизавете знак приступить к допросу.

— Мария? — окликнула она.

— Да?

— Кто это? — спросила Елизавета, указывая на куклу, которую та принесла.

— Это моя кукла.

— У куклы есть имя?

— Ее зовут Анжела. Она моя кукла.

— Можно задать тебе другой вопрос, Мария?

— Да.

— Ты видела вчера кого-то на острове?

Пустой взгляд.

— Мужчину и женщину? — настаивала Елизавета. — Ты видела здесь мужчину и женщину?

— Да…

— Ты их видела?

— Да.

— И девочку, которая была здесь только что. Ты ее тоже видела?

— Она пела песенку.

— Колыбельную.

— Да…

— Ты глядела на нее сквозь ту дыру в стене?

— Она пела песенку. Моя мама тоже поет мне песенки.

— Да, сегодня Роза пела песенки, — согласилась Елизавета. — Но ты видела ее и вчера, видела девочку Розу?

— Да…

— Она просто соглашается с тобой, не более, — по-английски предупредила Пита.

— Нет… Кажется, она понимает, — заметил Хесус.

— Она говорит, что видела Мигеля и Люсинду? — уточнил Зед.

Елизавета кивнула:

— Но она просто повторяет: si, si, si.

— Тогда избегай вопросов, на которые можно ответить только «да» или «нет», — посоветовал Зед.

— Мария, — сказала Елизавета, — те мужчина и женщина, которых ты видела, как они выглядели?

— Они боролись.

— Почему они боролись?

— Я не знаю, что случилось. Они боролись.

Мальчик делал девочке больно. Я ему помешала.

— Как ты ему помешала?

Взгляд Марии сделался твердым, пристальным.

— Я просто помешала.

— С помощью этого? — Елизавета показала на нож в руке Марии.

— Да…

— Ты ударила его ножом?

— Я остановила его.

— А что случилось с девушкой?

Мария смотрела на Елизавету без всякого выражения.

— Мария?

— Я остановила его ножом.

— А девушку ты тоже остановила?

— Я поплыву в город.

— Мария, та девушка, она ранена. Ей больно. Она сейчас в той комнате, — Елизавета повела рукой в сторону спальни Люсинды.

— Это комната моего папы, — заметила Мария.

— А это чья? — спросила Елизавета, показывая на дверь спальни Пеппера.

— Это моя комната.

— Но где сейчас твой папа, Мария?

— Он уплыл в город. Он вернется и привезет мне куклу. Всегда привозит.

— Как его зовут, Мария?

— Он мой папа.

Елизавета сдалась и объяснила Зеду:

— Она сказала, что Мигель делал Люсинде больно и потому она на него напала. Вроде бы. Она не говорит, что случилось с Люсиндой. Это… даже не знаю.

— Может, прекратим терять время попусту и уберемся отсюда? — сказал Хесус. — Она же полная идиотка. Истыкала Мигеля и Люсинду ножом, перерезала Горло Нитро. Вот и все, нечего тут разбираться.

— Так легко ты не выкрутишься, Хесус, — предостерег его Зед.

— Ты о чем, мать твою?

— Может, она и убила Мигеля, поранила Люсинду, но кровь Нитро была на твоем чертовом пиджаке! Ты таскал с собой кровавый нож!

— Угомонись, наконец, Зед…

— Ты хочешь сказать, эта женщина сумела незаметно подкрасться к Нитро и с какого-то рожна полоснула его по горлу?

— А вы спросите ее про глаза Мигеля, — предложил Хесус. — Ну же, вперед!

Елизавета заговорила снова:

— Мария, тот человек, которого ты вчера «остановила», у него не хватает обоих глаз… — Чтобы сделать мысль нагляднее, она показала на собственные. — Эти глаза, что с ними случилось?

— Да.

— Что?

— Я взяла их.

Елизавета моргнула. Хесус злорадно рассмеялся.

— Ты взяла их?

— Я взяла их, — подтвердила Мария. — Папа показал мне как.

— Твой папа научил тебя вынимать глаза?

— На рыбе. Он показал мне, как их едят.

— О боже… — застонала Пита.

— Видишь! — торжествовал Хесус. — Она прикончила Мигеля и Нитро ради их глаз! Она только что в этом созналась! Может, теперь уже развяжете меня? Пожалуйста!

— В чем это она созналась? — пожелал знать Зед.

Прежде, чем Елизавета успела объяснить, Мария уронила обглоданную морковь на пол и сунула руку в карман джинсов. Вытащила ее, сжатую в кулак. Медленно раскрыла пальцы.

На ее ладони лежало белое глазное яблоко; радужка и зрачок слепо таращились в потолок хижины.

Елизавета

1

Елизавета не могла больше дышать. Желудок словно поднялся и застрял в горле. Она дважды содрогнулась в сухом спазме, прежде чем исторгнуть из себя немного водянистой желтоватой слизи. Жаркая волна облегчения омыла Елизавету, когда она смогла сделать вдох, но желудок не успокоился. Второй позыв оказался еще сильнее, и на пол выплеснулась свежая порция рвоты.

— Эй… — позвал Зед, стоявший на коленях рядом. Он убрал волосы с лица Елизаветы и придерживал, чтобы не испачкались. — Ну что, прошло?

Она не была в этом уверена. Ждала новых позывов: со слезами в глазах и жжением в глотке.

Прошло несколько секунд. Зед осторожно гладил ее по спине, и понемногу Елизавете стало лучше. Она подняла голову, отвела в сторону прядь мешавших волос — и увидела, как к Зеду подкрадывается Хесус. Тот держал в связанных вместе руках,