Волчонок и его друзья. Книга вторая. Новые друзья и новые враги - Альберт Васильевич Максимов

я выдержать боль, чтобы разомкнуть вторую застежку? И куда уходить? Точнее, когда? Днем не получится, кругом народ. Мне и сотни шагов не пройти, как пулями нашпигуют. А ночью негры с пультами по двору не ходят. Если бы не цейтнот времени, я мог бы со временем что-нибудь придумать. Правда, Урбит на меня бочки катит, так с ним можно и разобраться. Этот злопамятный маг со стены давно не падал? Так я помогу. А без Урбита придраться к тому, что медленно постигаю волшбу, будет некому. Значит, что решаю? Ночь послезавтра – крайняя. Рискну. Или пан или пропал.

Глава 22

Глава двадцать вторая. Побег

За следующие два дня я ничего придумать не смог. Никак не получится добыть негра с пультом. Мне самому снимать с себя ошейник? С первой застежкой понятно, а вторая? Здесь требуется сильный маг, а их в крепости всего трое и все с ошейниками. А хоть бы и без них? Как их заставишь, если сам после снятия первой защелки будешь орать благим матом? Нужен кто-то, у кого нет на шее ошейника. И чтобы маг был. Хороший. Невер без ошейника, но как маг он никакой. А его спутники? Видимо, не намного лучше, если в клетке оказались.

Прошел второй день, вечер наступил, меня уже всего мандражит, чувствую, что не получится, не суметь заблокировать боль. А ведь этого мало, нужно еще сосредоточиться, чтобы магией пробить защиту второй защелки. С болью, пусть и не настолько сильной, сделать это нереально.

В этот день в свободное время я пытался создавать защитный силовой слой на шее, да куда там, зазора между шеей и ошейником нет. Накачать себя силовой энергией, чтобы получился противоболевой эффект? Попробовал, накачался, взял нож и в левое предплечье всадил – не очень глубоко, но больно же! А боль от магии ошейника посильнее будет. Честно говоря, даже запаниковал – время-то к ночи идет. Не знаю, как мне в голову пришло, но вспомнил я случай, когда на острове отбивался от нескольких сотен силетцев. Тогда я в такой магический транс впал, что даже взлетел высоко-высоко. Хотя на самом деле на земле продолжал стоять. Тело стояло, но дух летал. А здесь что мне нужно? Тело боль принимает, а дух ее не чувствует, он же как бы от тела отделен, хотя команды отдает и тело их слушается. Тогда я, витая в небе, продолжал бить по силетцам, реально находясь все там же на земле.

Попробовать снова? Для этого энергии надо очень много. Я, конечно, накачался выше крыши, и сейчас мои возможности по объемам хранимой энергии несравнимы с тем, что было, скажем, год назад. Но хватит ли ее на волшбу? И всю тратить нельзя, что-то следует оставить для того, чтобы из крепости сбежать.

Как только совсем стемнело, я вышел во двор и направился к клетке с пленниками. Дорогу туда я уже знал хорошо, поэтому дошел без особых проблем, пару раз споткнулся – это не в счет. Клетка, на ней большой замок, напоминающий амбарный. Его я рассмотрел еще позапрошлым днем. Не знаю почему, но чем больше замки, тем они проще в устройстве. Пару минут поковырял проволокой, помогая шуровать внутри замка телекинезом – все, замок открыт.

Теперь грассенок Невер. Прежде всего вывожу его наружу, веду в сторонку, чтобы остальные пленники, видя, что я делаю, не начали кричать и просить, чтобы я и их освободил. Нет, мне, конечно, не жалко помочь, даже, наоборот, хотел бы, но всемером шумно будет, из замка не выйти, да и не знаю, что каждый из них собой представляет. Поэтому втихую освобождаю парня от наручников, а чтобы руки быстрее в норму вошли, добавляю ему толику силы – сколько уж есть, на большее у меня нет времени.

Как наручники отомкнул? Обыкновенно – ключиком. А ключик у Игура еще днем позаимствовал. Зов применил? Нет, конечно, иначе тот крик поднял бы, как только я воздействие закончу. Я просто усыпил Игура. Послеобеденный перерыв, на улице жарко, сонливость его одолела – что в этом странного? А ключика он не хватился. Да если и хватился – подумал бы, что где-нибудь посеял.

- Значит так, Невер. – Тихо говорю грассенку. – Послезавтра вас всех казнят. Я попытаюсь тебя спасти. Но я должен быть в тебе уверен.

- В чем?

- Ты человек слова?

- Да.

- Дай слово, что будешь беспрекословно мне подчиняться до тех пор, пока мы не выберемся с Лутона. Во всем.

- Даю слово грасса.

- Хорошо. Тогда теперь самое сложное. На мне ошейник и его снять почти невозможно, а надо. С ним мне не уйти. А тебе без меня и подавно.

- Почему это?

- Не гоношись. Тебе не выбраться, каким бы ты ни был сильным и ловким.

- А ты можешь?

- Могу. Я многое могу, ты даже не можешь представить. И сейчас я хочу начать это делать. Чтобы ни увидел, молчи, стой тихо и не рыпайся. Что ты увидишь, я точно не знаю, но может быть страшно. Это магия. Такой ты не видел. А пока отойди в сторонку и молчи. Если не получится, сам знаешь, какая боль от ошейника. Значит, нам обоим не повезло.

Выбросил я все из головы, отрешившись от мира, направив мысли на перекачку собранной и зарезервированной энергии. В прошлый раз я ее перекачивал от жара, который шел от пламени полыхающего сарая, теперь приходилось использовать эрзац материал. Но все же я не зря все последние месяцы развивал свои магические способности, учился оперировать энергетическими структурами. И дело, кажется, пошло.

Я почувствовал, как поднимаюсь вверх, раздаваясь в размерах. Внизу тихонько вскрикнул Невер – значит, заметил что-то неожиданное. Но сейчас моя творимая волшба сильно зависела от объема запасенной энергии, а та, я чувствовал, высасывалась просто чудовищно. Дальше тратить время было нельзя. Я потянулся к ошейнику, направив на него часть силы, и легко справился с первой защелкой. Конечно, напрягся, ожидая появление невыносимой боли. Та появилась, но была в каком-то пассивном состоянии. Я ее даже не чувствовал, а скорее видел, но отнюдь не глазами, а чувствами.