Драконы космического флота - Татьяна Михаль

о чём-то или о ком-то важном и нужном для них. Драконы нужны ЗС и МГС. Они давно хотят видеть вас среди союзников. Спят и видят, как вы внесёте свой вклад в развитие – экономическое, торговое, несомненно, военное. Ты понимаешь меня.

Адмирал остаётся всё таким же невозмутимым. Я облизываю губы и не могу сдержаться:

— Рик, могу я полковника спросить?

— Да, родная, — кивает мне дракон.

— Полковник, а что насчёт моего голоса? Я могу записать видеообращение, где расскажу, что я становлюсь женой адмирала космического флота драконов добровольно. Никто меня не пугает, не принуждает, я люблю его и…

Полковник меня обрывает:

— Даже если вы предоставите всевозможные доказательства, что вы любите адмирала и добровольно с ним в отношениях, даже если попрыгаете на голове или вообще сообщите, что на самом деле вы являетесь дракайной, а не человеком, ЗС и МГС отмахнутся и скроют ваше сообщение под грифом секретно. А скорее всего, уничтожат запись.

Я хмурюсь и раздражённо произношу:

— Проклятая политика.

— Именно, — невесело усмехается полковник. — Вы случайно попали в такие жернова, доктор Мэй, что выбраться будет сложно.

Я зловеще улыбаюсь и говорю:

— У меня есть преимущество – я истинная пара дракона. Очень грозного дракона, самого адмирала космического флота. Так что пусть утрутся…

Адмирал привлекает меня к себе, целует в висок. Я чувствую, как он напряжён. И этот жест своего рода поддержка не только для меня, но и для него.

— Арианна под защитой расы драконов, она член обсидианового клана и не нуждается в том, чтобы давать какие-либо объяснения, — с лёгким намёком на угрозу произносит адмирал.

Полковник внимательно смотрит на нашу пару, потом кивает и говорит:

— Я всё понимаю Рик. И я на твоей… на вашей стороне. Просто ЗС и МГС сегодня будут искать связи с тобой. Генерал-майор предоставит им такую чудесную возможность.

Николас! Я просто в ярости!

— Они думают, что смогут повлиять на меня? — усмехается адмирал.

— Дай им что-нибудь, Рик. Что угодно… Накорми обещаниями, что передашь «просьбу» о вступлении в союз своему высшему руководству. Или что-то ещё…

— Например, вернуть меня? — шиплю я.

— О-о-о, что вы, доктор, — смеётся полковник, — ЗС и МГС считают, что вы уже сдали все важные секреты своего отечества и вам путь домой заказан. Несколько часов назад вам присвоили статус иноагента.

Я просто теряю дар речи от этого заявления.

Вот это да-а-а! Просто шикарный план, крёстный! Пытаясь меня вернуть на Землю, ты добился того, что меня признали иноагентом!

Рикард обнимает меня и шепчет успокаивающе:

— Ари, только не накручивай себя. Мы всё решим. Я обещаю тебе, родная.

Я длинно выдыхаю и в этот раз не сдерживаюсь в сочных выражениях. Но потом говорю Рику:

— Только тебе и верю…

Адмирал недолго размышляет, а потом говорит полковнику с хитрой улыбкой:

— У меня есть кое-что, что я готов дать ЗС и МГС.

— О, прекрасно, Рик! — облегчённо вздыхает полковник. — Поделишься?

— Прости, но нет. Информация слишком важная, — говорит адмирал.

Полковник с понимаем кивает. Видно, что он расслабляется. Очевидно, он получил хороший нагоняй от наших. И если он даже косвенно повлияет на драконов, ему это зачтётся. Но это не точно.

— Адмирал! Время! — влезает в наш разговор связист.

— До связи, Вик, — говорит адмирал и изображение пропадает. Связь прервана.

Поворачиваюсь к Рикарду и настороженно спрашиваю:

— И что ты собрался им дать?

Дракон едва улыбается, обводит взглядом ожидающих его ответа драконов и говорит:

— ЗС и МГС не в курсе спасённых с корабля кассов. Сами кассы, которым мы сообщили о детях и некоторых членах экипажа молчат и старательно делают вид, что скорбят и оплакивают своих детей и родных.

— Ты уверен, что это удачная мысль? — интересуется капитан и я с ним солидарна.

— Мы срежем путь квантовым прыжком и уже сегодня окажемся в пункте назначения. Передадим всех спасённых кассам, — говорит адмирал. — Так что можно уже сообщить эту новость. Лукас, перекинь все показания выживших на отдельный носитель. Ари, ты можешь сегодня вывести из стазиса землянина?

— Как раз собиралась, — говорю ему.

— Отлично. Лукас, возьмёшь и с него все показания. Информация об оружии очень актуальна. Мы передадим всё ЗС и МГС. И обязательно добавим, что кассы, соут и земляне обязаны своим спасением одной землянке – доктору Арианне Мэй. Лукас изложи всё подробно в отчёте, всё до мелочей, понятно? Пусть героический поступок Арианны заставит ЗС и МГС очень хорошо подумать о намерении делать её иноагентом. При передаче детей обязательно сообщим кассам, кому они обязаны за спасение своих отпрысков.

— Да-а-а… После такого они подавятся собственным ядом, — хмыкаю я восхищённо. — Крёстный особенно, когда поймёт, как крупно подставил меня.

— Думаю, он уже сожалеет о своём поступке, — произносит Рик и гладит меня по спине.

Я пожимаю плечами, так как уже ни в чём не уверена.

— После этого заявления никто и вякнуть не посмеет, что доктор у нас насильно удерживается, — усмехается капитан.

— Да, сделай ещё и копию контракта с Ари, — добавляет адмирал. — Все за работу. У нас мало времени.

⅏

Матерясь на крёстного, всё же беру себя в руки и зарываю эмоции как можно глубже – я начинаю работать с соутом и Марком.

Первым из стазиса вывожу соута.

Я как врач счастлива – он полностью оправился.

Мужчина сначала долго смотрит в одну точку, очевидно, вспоминает трагичные события. Потом переводит взгляд на меня, я ему улыбаюсь и доброжелательно говорю:

— Здравствуйте, я, доктор Арианна Мэй. Землянка.

— Да, я помню вас… — произносит он и тихо выдыхает: — Вы и драконы спасли нас…

Я киваю ему.

Олив подходит ко мне и улыбается пришедшему в себя соуту, тоже ему улыбается и мягко произносит:

— Добро пожаловать в жизнь, Ром.

Соут коротко улыбается ей в ответ, при этом его большие миндалевидные глаза полны грусти и сожалений.

— Коллега, все живы, кого спасли? — спрашивает он с опаской. — Дети?

— Не волнуйтесь. Все живы и здоровы. Дети в полном порядке. Вас из стазиса я вывожу почти последним, сами понимаете, почему, — объясняю ему.

Он кивает и вздыхает с явным облегчением. Переживал, что могут быть потери среди тех, кто выжил.