Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 10 - Евгения Потапова

— Радость моя, живем мы с тобой не в городе. Это там можно послать человека на хутор бабочек ловить, да и всегда приют в городе найти можно. А у нас тут остановиться можно только в церкви, да батюшку попросить о помощи. Но не каждый об этом знает, что Николай такой отзывчивый.

— Ну мы же не приют, — насупилась Катя.

— Совершенно верно, — кивнула я, — Но и на улице в такое время девочке делать нечего.

— Добрая ты у меня, — вздохнула дочь, — Кто-то котиков собирает, а ты вот…

— Ой, Катя, я как вспомню, как я мыкалась в деревне под дождем в грязи, так мне дурно становится, — махнула я рукой.

— Это когда? — удивленно спросила она.

— А я тебе не рассказывала разве? — удивилась я.

— Ну так, — пожала она плечами, — Что хозяева не приехали и ты купила совсем другой дом, вот этот.

— Ну да, только я торчала под дождем, в холоде, и никто меня в город не хотел везти. Я залезла в чужой дом, вот в этот, а только потом выяснила, что они его продают.

— Обалдеть, а ты мне этого не рассказывала. Ты у нас, оказывается, у нас домушница, — улыбнулась Катя.

— Я до сих пор помню это отчаяние, которое меня тогда накрыло. Поэтому таким бедолагам, которые не могут сами отсюда уехать, даю приют на ночь. А завтра мы девочку проводим на автобус или отправим в город с кем-нибудь из соседей.

— Мама, но она у нас в доме, а не в летней кухне, и она очень странная.

— Бывает, — пожала я плечами.

— Я ее опасаюсь.

Отправила расстоявшиеся пироги в духовку и стала все убирать на кухне. Домой пришел Славка и заглянул к нам.

— Это чем у нас так вкусно пахнет и чьи это берцы стоят в нашем коридоре? — спросил он.

— Не шуми, человек спит. Ты чего так поздно? — поинтересовалась я.

— Я же тебе говорил, что записался на борьбу в нашем клубе, — ответил он, — Не успеваю туда, если буду заходить домой после школы. Есть хочу, как из пушки. Еще запахи такие. А это что? Славка приоткрыл крышку миски и заглянул внутрь.

— Это начинка, — ответила я.

— Капуста и яйцо? — потянул он носом, — Божественный аромат.

Мы с Катей рассмеялись, точно Слава оголодал, если ему капуста с яйцом аромат божественный.

— Можно я это поем? — спросил он.

— Ешь, это начинка осталась, — кивнула я, — Там еще макароны с мясом в холодильнике есть. Будешь?

— Угу, — кивнул он, запихивая в рот ложку с капустой. — И вот тот ваш пирог, что стоит в духовке.

— А что тут происходит? — спросила Ангелина, заходя на кухню и зевая.

Славка увидал ее, подавился и закашлялся.

— Вы кто такие и что делаете на моей кухне? И почему вы здесь все переставили? А это что за белый шкаф? — Она стала с изумлением все рассматривать.

Катя принялась хлопать по спине Славе.

— Это Ангелина, и у нее что-то с личностью, — сказала я, — А это мой сын Слава.

— Вы приехали снимать порчу? — спросила она нас, — Я не принимаю всех скопом. Кто-то один пусть останется, а остальные, пожалуйста, в коридор выйдите.

Славка так и остался стоять с ложкой в руках и таращился на нее во все глаза.

— Мама Агнета, я ее фото как-то видел у тебя на чердаке. Нет, вру, подожди. В шкафу книжка старая была, — он поставил миску с остатками начинки на стол и убежал в большую комнату.

Ангелина с удивлением посмотрела на него, потом на нас.

— Мама, по-моему, ей стало еще хуже, — шепнула Катя.

— Может, она ото сна еще отойти не может, — пожала я плечами. — Ангелинка, ты чай будешь? Скоро пирожки поспеют.

— А где ты печешь пирожки? — спросила она. — У тебя печка не топится.

— Слушай, мама, может, она эта, как ее, попаданка? Я книжки про них читала. Ну только она не из нашей эпохи попала в их, а наоборот, к нам оттуда, — тихо сказала Катя.

— Так она до того, как к нам в дом попала, нормальная была. На голову ей ничего не падало, в аварии при нас не попадала, в коме тоже не находилась.

— А вдруг это все с ней во сне случилось? Раз в голове что-то перемкнула и старая душа к ней бахнулась в тело. Вот ее и плющит.

Ангелина нас особо не слушала, а ходила по кухне и все рассматривала и трогала. Переставила на подоконнике цветы, заглянула в холодильник, открыла духовку и охнула.

— Дверь закрой, а то пироги опадут, — сказала я.

— Что же вы с моим домом сделали? — запричитала она. — Все не так, как было. А может, у меня жар и я в бреду?

Она потрогала свой лоб.

— А может, это черти меня кружат. Точно, я, наверно, порчу кому-нибудь снимала, и меня черти-то и одурманили.

Девушка что-то забормотала себе под нос и начала прихлопывать и притопывать себе в такт, кружась на одном месте.

— Может, скорую вызвать? — спросила меня тихонько Катя.

— И чего вы меня вызывали? — рядом появился Шелби и зевнул. — О, у вас тут представление.

— Сгинь, нечистый, сгинь, сгинь, — стала она махать на него руками.

Шелби понюхал себя, потом поднес ладонь ко рту и дыхнул и снова вдохнул запах.

— Да нет, чистый я, не воняю, — пожал он плечами.

— Я найду способ, как тебя изгнать, — топнула она ногой.

— Еще одна изгонительница, — хмыкнул Шелби. — Ладно, пошел я. Как у вас тут все наладится, так я загляну.

Он исчез, а Ангелина рухнула на стул.

— Ох и умаялась я, — покачала она головой. — Что-то ничего не выходит, и бесы так никуда и не исчезли.

— Ну куда мы отсюда исчезнем, — улыбнулась я. — Это наш дом теперь.

Славка ворвался в кухню.

— Вот нашел, нашел. Смотри, это же она и есть.

Он сунул мне в руки большую фотокарточку, которая, вероятнее всего, когда-то висела на стене.

— Это же она. Смотри, одно лицо, только на фото она постарше, — затараторил Славка.

Я повернула фото, с той стороны было написано: «Ангелина, 1907 год».

— Обалдеть, — только и смогла я произнести.

— Ты, малец, аккуратно со снимком. Я за карточку тогда такие деньги заплатила, — испуганно на него замахала руками Ангелина. — Зачем ты ее со стены снял?

— Надо ее заламинировать, что ли, чтобы она не рассыпалась окончательно. А что ты мне ее раньше не показал? — спросила я у Славки.

— Так она в книжке лежала. Ну лежит и пусть дальше себе лежит, — пожал он плечами.

— Тогда всё