Пик из Эхтера - Маркелов Сергей Юрьевич "Марцелли"

- Тебе сказано - не высовываться из Дворца! – зарычал он, сжимая кулаки.

- Ты, ты… Мне сказали, ты разыскиваешь мою служанку! Почему? – еле сдерживая слезы, проскрипела мышка.

- Твоя служанка… Эта горбыль с омерзительным лицом, виновата в распространении листовок! И как только будет поймана – я лично казню её! – закончил пояснения крыс. - А теперь убирайся, и не смей больше перечить мне! Ясно?!

Сурово сдвинув брови, Граф навис над Принцессой, которая, утирая слезы, попятилась от него.

- Ясно, – дрожащим голосом произнесла она, держась за щеку.

- И лучше тебе подумать о поисках новой служанки, – свысока бросил крыс, и Принцесса поспешно выскочила из двери.

Не успев отбежать далеко от двери, София прямо на бегу столкнулась с Сиберией, которая пряталась за углом. С помощью специального прибора для подслушивания - «уха» из бронзы, приложенного к стене, ей хоть смутно, но удалось расслышать часть их разговора.

Но она и не догадывалась, кем являлась Гостья Графа Де Гри и Монри, с которой они были так грубы. Выпучив на Принцессу крайне вопросительный взгляд широко распахнутых глаз, публицистка тут же приметила ссадину на её щеке, а также большое количество пудры на плечах, что о многом говорило. Частенько она и сама, таким образом скрывала чужие «обиды».

Проглотив язык, Сиберия замерла в ужасе, ведь её нахождение здесь могло повлечь печальные последствия. София, также осмотрела незнакомку быстрым взглядом. Заметив у неё неприкрытые совсем еще свежие ушибы, синяки и ссадины, а также опухшую руку в районе запястья, Принцесса приложила палец к губам. Затем сорвалась с места и кинулась бежать без оглядки.

Ей удалось скрыться из виду как раз вовремя, ибо в следующее мгновение в дверях показался Монри. Он вышел в сопровождении Графа.

Быстро очухавшись, Сиберия еле успела скрыться за колонной, где и замерла, боясь даже вздохнуть.

- Теперь пришла пора поднять Волну недовольства в городе! А далее всё пойдет своим чередом, – не скрывая ехидной улыбки тихо делился своими планами на будущее Де Гри.

- Так Вы специально устроили этот Суд и эту Казнь, чтобы после вызвать негодование среди народа?! – ответом Монри стал еле заметный кивок головы Графа. - О-о-о, как Вы мудры! Я просто восхищаюсь Вами! – не скрывал дворецкий своего непомерного преклонения перед дальновидностью Господина.

- Это только начало, - сомкнул крыс кончики пальцев обеих ладоней, в предвкушении намечающейся Смуты.

- Я немедленно обо всем распоряжусь… - подхватил его идею слуга и оба стали удаляться.

Вскоре голоса Графа и Монри стихли, как и гул, доносившийся из основного Зала Суда. Сиберия, перед которой так внезапно открылась еще одна сторона всей этой сложной головоломки, что воздвигал Де Гри не один год, не в силах совладать с собой, схватилась за голову. Отдавшись в тайне от всех страху, смятению и боли, девушка сползла на пол.

Жуткие предчувствия предстоящих бед и несчастий, что ожидали простых жителей города, сковали её уста и опутывали по рукам и ногам невидимыми, неосязаемыми цепями. И лишь в её сердце оставалась еще капелька Надежды и Любви.

Но вспомнив приговор Суда – то, на что был обречен Пик, единственный кому она могла довериться, она в мгновение ока испарилась, оставив после себя лишь жгучую нестерпимую боль и безразмерную пустоту в душе. Которую уже ничто не способно было заполнить и залечить бесчисленные раны её души и сердца. Не к кому было обратиться за помощью, некого было любить и делиться своими бедами - отныне всё было кончено.

========== XXXVII «Ты желаешь Жить?» ==========

Совершенно незаметно на Эхтер опустилась вечерняя мгла. Лучи заходящего солнца ударили прямо в просторные окна, проникая своим теплым свечение в самые темные и укромные уголки дворцовых коридоров и комнат.

Но не всем вечерняя зорька дарила счастье и умиротворение. В одной из бесчисленных комнат дворца с плотно прикрытыми занавесками окнами и запертыми на все засовы дверьми, при свете тусклой лампады, которой хватало лишь, чтобы видеть одни руки, тихо почти шёпотом звучали два голоса, очень похожие и в то же время такие разные:

- Ты же понимаешь - выйдя отсюда Ты уже никогда не сможешь вернуться и не будет пути назад, - послышался мягкий голосок и к свету потянулась светлая ладошка.

- Понимаю… Но Вы найдете мне замену, а Я - просто исчезну, – потянулась к свету темная ладошка.

- Лучше тебя, я не смогу найти, Ты это знаешь… Ведь Ты - моя единственная подруга, моя самая первая и лучшая… - не договорил первый голос.

- Я больше не могу терпеть… И Вы тоже! Не лгите мне и не утверждайте, что Вам его не жалко…

- Жалко?! Кого?!

- Этого мышонка, который по злому стечению обстоятельств, встал между Малией и Графом!

- Это правда… Не окажись его там, эту бойкую девчушку схватили и тогда всем Нам пришел конец! Рухнули бы мои последние Надежды увидеть отца… Всё ради чего я так долго боролась, вмиг оказалось уничтожено этой подлой мерзкой крысой!

- Тише Принцесса, и у стен есть уши…

- Мне уже всё равно! Теперь я понимаю, что все Мы лишь пешки в его костлявых руках… Как только во мне отпадет надобность, он и меня…

- Не собираюсь лгать Вам, но вы правы! Теперь Вы понимаете почему я должна попытаться…

- Никогда не сдавайся!

- Верно - никогда! - закончил разговор второй голос и темная ручка потянулась к баночке с вязкой жидкостью.

Макнув в неё пальчики, их обладательница нанесла темную краску на светлую ладошку и стала растирать. Легкое дуновение дрожащего дыхания приглушило тусклый огонек и в комнате воцарился мрак, подобно тому, что окутывал город и готовился поглотить всех его жителей.

- Прощайте Ваше Высочество, - на выдохе произнес печальный голосок.

Не одергивая занавесок, Хозяйка обоих голосов ступая по стеночке отыскала нужное место. Послышался глухой скрежет и в комнату ворвался свет из соседней комнаты, который спустя песчинку исчез. Проскочив в потайной лаз в соседнюю комнату, что располагался на уровне колен, горбатая служанка, пряча лицо от света свечей, бросилась к двери. Прислушиваясь, нет ли никого в коридоре, она на цыпочках выползла наружу.

Затем пустилась со всех ног бежать на нижние этажи. Добежав до самых дальних лестниц, что находились по углам этажа и предназначались для слуг, она вдруг остановилась. Бросив взгляд вниз, мышка увидела стражников, обыскивающих замок с самого утра.

- Это она! - задрав голову, воскликнул один из крыс, когда услышал подозрительные шорохи наверху.

- Стой, держи её! - завопил второй крыс и оба кинулись в погоню.

Своими дикими криками, гвардейцы подняли на уши всю дворцовую стражу. Со всех сторон стали доноситься возгласы солдат, нагоняющих служанку.

- Стой, кому говорят! - чуть не схватил зазевавшуюся девчушку один из них, но та очень резво, несмотря на свой горб, кинулась вверх по лестнице.

Собирая стражников со всех этажей за собой, она бежала всё выше и выше, пока не достигла верхнего этажа. Где сломя голову, кинулась по коридорам.

- Она здесь! Сюда!

- Ей некуда бежать!

- Всё - она наша!

- Окружаем её!

Обрадовались стражники, когда преследуемая беглянка свернула в совершенно глухой коридор. Из которого был всего один выход, по которому они всей толпой двигались вперед.

- Иди сюда! Не бойся! - шептали солдаты, а сами держали наготове цепи и мешок на голову.

Резко выпрыгнув из-за угла, все они обомлели – в небольшом закутке, которым заканчивался коридор, никого не оказалось. Крайне удивленно переглянувшись, они принялись заглядывать в глаза друг другу, ища ответа: «А не почудилось ли им всё это!?»