На диких берегах - Лорен Ольга

– Если честно, не рада знакомству, – призналась Морган, покосившись на окно без стёкол, за которым бушевала гроза.

Парень застыл, глядя на Бонни, словно на привидение.

– О, если бы я знал! – ударив себя ладонью в лоб и поднявшись, проговорил он. – Так неловко вышло, я… Я прошу прощения. Надеюсь, ты чувствуешь себя хорошо, Бонни?

– Всё в порядке, хоть ты до сих пор кажешься мне жутким типом, я принимаю твои извинения, – ответила Морган, отпустив ситуацию. – Если бы не ты, Олден, даже не знаю, увиделись ли бы мы с папой.

– Рад помочь, – Олден одарил Бонни благодарной улыбкой, занимая своё прежнее место за столом. – То есть я рад, что всё так складно вышло. Может быть, поужинаем все вместе?

– Прекрасная идея, Олден, – отозвался Фрэнк, – у нас осталось ещё вяленое мясо?

– Да, немного. Есть ещё несколько кокосов и манго. Сейчас принесу, – парень скрылся за дверью и вскоре вернулся с припасами. – Вот фрукты, мясо, а здесь, в этой фляге, питьевая вода. Приятного аппетита!

При упоминании о воде, мысли Бонни тягостным грузом перенеслись к берегу лагуны, где остался её ждать Альвис. Ей больно было даже думать о том, как он воспринял её исчезновение.

– Что-то не так, дочка? – Фрэнк заметил резкую перемену её настроения. – Что-то ты совсем загрустила.

– Я думаю о Правителе, – призналась Бонни. – Боюсь представить, что он чувствует сейчас.

– Нам нужно быть начеку, – поддержал беспокойство дочери Фрэнк. – Будет очень плохо, если он помешает нашим планам.

– Не беспокойтесь, не помешает, – устрашающе оскалился Олден. – Правителя на моих глазах ударила молния. Его больше нет в живых.

– Ты уверен в том, что говоришь, Олден? – переспросил Фрэнк.

– Абсолютно, – подтвердил парень. – Иначе как объяснить, что он не пустился за нами в погоню? Молния поразила его насмерть.

От таких новостей у Бонни подкосились ноги, ей стало казаться, что кислород перестал поступать в её лёгкие.

– Нет, это не может быть правдой! – отрицая, воскликнула она.

– Веришь или нет, это сути не меняет, – Олден пожал плечами, – Альвис мёртв! Теперь нам не нужно больше прятаться!

Бонни в смятении заметалась по слабо освещенному пространству, повторяя одно и то же:

– …Альвис не может быть мёртв! Не может! Нет, это всё ложь.

Видя дочь в таком состоянии, Фрэнк подошёл к ней и ласково произнёс:

– Что с тобой, дочка? Альвис – наш враг. Его смерть нам только на руку.

– На руку? – Бонни отпрянула назад. – Я не узнаю тебя, папа, как ты можешь так говорить?!

– Могу, потому что теперь мы спокойно можем продолжить ремонт этого корабля, взять камень из пещеры и вырваться с этого острова, – объяснил свою позицию Фрэнк.

– У меня идея получше! – вдруг воскликнул Олден. – Теперь можно остановить укрепление этого корабля и перейти на Ковчег! Всегда мечтал его увидеть!

Всё сложилось в голове Бонни в единую картину.

– Так вот каков был ваш план? Вы выкрали камень и собирались втайне от всех уплыть с ним на этом корабле?

– У нас не было другого выбора, – ответил ей отец. – Нельзя было допустить, чтобы итафенит попал на континент, как желал того Альвис. Теперь, с его смертью, нам никто не помешает вырваться с острова и погрузить итафенит на дно океана. Только так мир навсегда избавится от катастрофического влияния этого камня. Раньше мы планировали увезти итафенит на этом корабле, но теперь, как правильно отметил Олден, мы можем изменить наш план и перейти с камнем на Ковчег, спасая множество жителей острова за один раз, – подытожил Фрэнк свой монолог. – Как только гроза стихнет, доставим итафенит в Гринстоун и будем готовить людей к отплытию.

Бонни сидела подле отца и слышала его слова, но мысли её были далеко за скалами, на озере с сияющим планктоном. Вернувшись в воспоминаниях на несколько часов назад, Бонни чувствовала, как её сердце болезненно сжимается от нарастающей внутри всепоглощающей пустоты. Образ Альвиса, с лёгкой ухмылкой на лице, будто наяву предстал перед ней. Его голос, пронизывающий до глубины души, зазвучал в голове Бонни, передавая её собственные переживания.

«Не могу поверить, что ты ушла, обманув меня, Морган, – представилось ей обращение к ней правителя. – Неужели ты так же жестока, как и все остальные на этом острове? Признаю, и я не отличаюсь особой мягкостью, но я всегда был с тобой честен. А ты? Как только зияющая пропасть между нами стала заполняться тёплыми чувствами, ты тут же решила отвернуться от них и оттолкнуть меня. Почему ты сделала такой выбор? Если бы ты не обманула меня, сбегая от меня тайно, то, возможно, я был бы жив. Если бы ты только доверилась мне и не побоялась сказать правду, всё могло бы сложиться по-другому. Если бы ты была честна со мной, я бы мог одарить тебя той безмерной теплотой, что согревала моё сердце, когда я ловил твой взгляд, направленный на меня, когда ты спорила, противостояла мне и просто была рядом со мной… Я бы многое отдал за то, чтобы повернуть время вспять и каждый день переживать все моменты, связанные с тобой. Но что есть у того, кого нет в живых? Если бы всё же перед уходом небеса даровали мне одно желание, я бы непременно загадал возможность попрощаться с тобой. Я бы пожелал обнять и поцеловать тебя прежде, чем моя душа навсегда покинет этот мир. А ты? Что насчёт тебя, Бонни Морган? Чувствуешь ли ты хоть толику того, что чувствую я? Сожалеешь ли ты о том, что меня больше нет? Пусть моё тело уже бездыханно, хочешь ли ты увидеть меня в последний раз?»

Сердце Морган разрывалось от боли, а тело и разум требовали немедленного действия. Она не раздумывая ринулась к лестнице, ведущей наверх.

– Я должна его увидеть! Я должна хотя бы с ним попрощаться!

Обернувшись, Бонни обратилась к отцу:

– Если что, ты знаешь, где меня искать, папа.

Не дожидаясь ответа Фрэнка, она, словно ураган, взбежала вверх по ступенькам и вскоре оказалась на палубе. Вокруг был бушующий волнами океан, а на нём – десятки полуразрушенных пустых судов. Наметив прямой курс на берег, едва различимый сквозь ливень, Бонни стала искать переправу с этого корабля на другой. «Где же тот мост из полусгнившей доски, по которому меня привёл сюда Олден?» Промозглый ветер пробирал до костей. Продрогшая и промокшая насквозь, Морган сокрушенно озиралась вокруг. «Чёрт бы побрал всё это! Как же мне спуститься отсюда?» От безысходности она закричала, отчаянно всматриваясь вдаль:

– Альвис! Ты не можешь умереть, слышишь, не можешь!

Бонни разогналась, чтобы прыгнуть за борт корабля, лишь бы быстрее добраться до водоёма с сияющим планктоном. Едва она сделала несколько шагов вперёд, небо вновь озарилось молнией и раздался взволнованный голос за её спиной:

– Бонни!

Оглянувшись, Морган увидела отца, который звал её:

– Дочка! Вернись вниз! Я прошу тебя!

– И это вместо того, чтобы поддержать меня, папа?

За каскадом из вспышек молний последовали мощные раскаты грома. Подбежав к Бонни, Фрэнк схватил дочь за руку.

– Идём в каюту, Бонни!

– Оставаться здесь – предательство по отношению к Альвису! Я должна его увидеть! Я должна с ним попрощаться! – прокричала она, вырвавшись и подойдя к краю палубы.

Фрэнк догнал её и посмотрел на дочь умоляющим взглядом.

– Бонни, не делай глупостей! Вернись! Я не могу потерять тебя снова!

Тёплая ладонь отца легла на плечо Бонни. Дождь сливался с солёными каплями, струящимся по её щекам.

– Это я виновата в его смерти, папа! Если бы я сказала ему правду, он был бы жив!

Слова Бонни эхом разнеслись по пустынному побережью. Она закрыла лицо руками, сдерживая рвущиеся из груди рыдания.

– Пойдём в каюту, дочка. Как только гроза стихнет, мы все вместе отправимся в лагуну, обещаю, – Фрэнк бережно обнял её за плечи, успокаивая. – А сейчас давай спустимся с палубы вниз, туда, где сухо и тепло. Пожалуйста, жемчужинка моя, не уходи, я не переживу ещё одной разлуки с тобой.

У Бонни не было сил сопротивляться отцу. Фрэнк, не отпуская руки дочери, отвёл её вниз, в другую часть корабля.