Обратной дороги нет - Владимир Карпов

— У нас есть все возможности, чтобы обнаружить эту личность в самое ближайшее время.

Стоянов сел. Министр повторил, что он чрезвычайно обеспокоен этим известием и в то же время глубоко благодарен немецким друзьям за сотрудничество. Он поклонился в сторону доктора Делиуса.

— Прошу каждого члена высшего совета проверить в своем управлении, штабе и отделе все возможные каналы утечки военной информации, — сказал Михов. — Враги трона и государства должны быть обезврежены!

На этом заседание закончилось.

7

Генерал Никифор Никифоров узнал об аресте адвоката Александра Пеева в тот же вечер, шестнадцатого апреля.

Познакомились они сорок лет назад, в стенах юнкерского училища.

В роду Никифоровых незыблемыми были две традиции — приверженность военному делу и любовь к России. Дед Никифора получил образование в Киеве. Дяди — в артиллерийской академии в Петербурге. Старший, Константин, после освобождения страны русской армией от оттоманского ига стал первым военным министром Болгарии.

Никифоровы были не одиноки в своих глубоких симпатиях к России. Большинство болгар питало такие же чувства. В них находили выражение и братские узы славянства, и благодарность за освобождение родины от многовекового чужеземного рабства. Поэтому все события, происходившие в Петербурге или Москве, тотчас находили отклик в Софии. Так произошло в 1905 году, когда Российскую империю сотрясла первая революция. В среде болгарской интеллигенции, и особенно у молодежи, вспыхнул интерес к марксизму, к идеям социал-демократии. Даже в стенах царского военного училища образовался тайный социалистический кружок. В него вошли одиннадцать юнкеров, в их числе Никифор Никифоров, будущий начальник генерального штаба Лукаш и даже будущий военный министр Михов. Руководителем кружка стал Александр Пеев, образованный, начитанный юноша, страстно увлеченный революционными идеями.

Собираясь в укромных уголках после занятий по строевой подготовке или тактике, передавали по кругу нелегальные брошюры. Впервые узнали имена Маркса, Энгельса, Плеханова, а затем и Ленина… При осмотре личных вещей то у одного участника кружка, то у другого надзиратели обнаруживали запрещенные книги. Виновников сажали в карцер. Это будоражило их воображение, вызывало сладостное чувство подвижничества. Но постепенно «социалистический» пыл у большинства юнкеров пропал. Энергию молодости они переключили на служебное рвение, приверженность монархии и стремление к блестящей карьере.

Это же отчасти можно было сказать и о Никифорове. С революционными идеями преобразования общества он расстался, однако и не разделял верноподданнических чувств других своих однокашников, без раздумий принявших новый курс в политике царского двора. На болгарский престол сел отпрыск австро-венгерской династии Фердинанд — немец по национальности. Он всячески обострял отношения с Россией и крепил дружбу с Германией. Никифор Никифоров, как и многие другие, этого принять не мог.

В Софии состоялось торжественное открытие Народного театра. Присутствовал Фердинанд. Толпа молодежи освистала царя. Среди студентов был и Никифор. Ему грозил военный суд. Спас высокопоставленный дядя: ограничились двадцатью сутками гауптвахты и двойкой по поведению в табеле.

В один год и Никифоров, и Пеев получили первый офицерский чин подпоручика, недолго прослужили взводными командирами и опять же почти одновременно были уволены из армии: женились без разрешения начальства, а их жены не имели приданого. Последнее условие было обязательно для супруг офицеров болгарского царя. Жена Пеева, Елисавета, была студенткой факультета филологии Софийского университета, жена Никифора, Елена, — народной учительницей, обе из малообеспеченных семей. В царском указе об отчислении молодых офицеров в запас так и говорилось:

«За то, что вступили в брак с неподходящими девушками, без одобрения».

Это происшествие сблизило молодые семьи. Общность интересов проявилась и в том, что оба, Никифор и Александр, поступили на юридический факультет. Никифоров начал к тому же работать репортером в газете «Камбана» («Колокол») — левом издании антимонархического направления. А Пеев много времени отдавал социалистическим кружкам, изучению марксистской литературы.

Но вот в 1912 году началась Балканская война, и офицеров призвали из запаса. Оба оказались на одном участке фронта. Оба были награждены крестами за храбрость и повышены в чинах. За Балканской последовала первая мировая война. И снова — бои, чины, награды. Волей своих правителей, вопреки чувствам народа, Болгария в первой мировой войне выступила на стороне Германии против России. Война окончилась для страны поражением и позором.

После войны, оставив службу, Никифоров и Пеев завершили юридическое образование. Александр стал адвокатом и профессионалом-революционером. Никифоров же вернулся в армию и начал быстро продвигаться по служебной лестнице: военный прокурор в Софии, председатель военного суда в Русе, председатель высшего военно-кассационного суда… Он оказался талантливым юристом, энергичным и исполнительным. За два года до начала второй мировой войны был произведен в звание генерала и назначен начальником судебного отдела военного министерства, членом высшего военного совета. Восхождение его было неуклонным. Он забыл о юношеском вольнодумстве. Только глубоко в душе, под панцирем расшитого золотом, украшенного орденами мундира, все еще жило в нем чувство привязанности к России. И жила тревога за судьбу Болгарии, все больше подпадавшей под влияние гитлеровской Германии. Он понимал: его родина превращается в фашистское государство.

С семейством Пеевых Никифоровы дружбу поддерживали. Правда, она стала менее пылкой, скорее традиционной: нечастые визиты, малосодержательные разговоры за столом. Почему бы генералу и не поддерживать отношения с известным столичным адвокатом? Второй же стороной его жизни, если она и существовала, Никифоров предпочитал не интересоваться.

Но вот наступил 1941 год. В январе премьер Болгарии Филов нанес визит Гитлеру в Зальцбурге. При встрече фюрер потребовал, чтобы Болгария как можно скорей присоединилась к пакту держав оси — Германии, Италии и Японии. Ни для кого в военных и политических кругах не было секретом, что это нужно Гитлеру для завоевания Балкан. Филов согласился. Однако, опасаясь гнева болгарского народа, поставил условие: правительство царя Бориса подпишет пакт, если на болгарской границе будут сконцентрированы германские войска. Гитлеру именно это и было нужно. Фашистские дивизии начали срочно перебрасываться к рубежам Болгарии. В конце февраля Филов отправился на новую встречу с Гитлером в Вену и первого марта подписал протокол о присоединении Болгарии к пакту держав оси. На следующий же день немецко-фашистские войска вступили на землю Болгарии. Одновременно в стране начались повальные аресты коммунистов, разгон прогрессивных организаций. Началось строительство концлагерей по гитлеровскому образцу.

Третьего марта 1941 года Никифоровы нанесли визит Пеевым. Женщины увлеклись в гостиной обсуждением весенних мод, а их мужья уединились в кабинете. Закурили. Молчали. О безделицах говорить не хотелось. А о главном, о том, что тревожило… Давненько они не открывали друг другу душу.

Первым прервал молчание Александр. Он подошел к полке, снял томик в сафьяновом переплете, перелистал.

— Слушай:

Россия! Свято нам оно,То имя, милое, родное.Оно, во мраке огневое,Для нас надеждою полно…

— Наша юность… — после паузы задумчиво проговорил Никифор. — Юнкерское училище — и ты, наш трибун… А теперь у нас уже виски белые…

— Зато не только романтические мечтания, но и возможность помочь родине, — прервал его Александр. — Мы давно не говорили с тобой откровенно. Скажи: как ты относишься к тому, что войска Гитлера в Софии? Ты хочешь, чтобы Болгария вместе с Германией начала войну против России? Ответь честно, Никифор. Или ничего не говори.

Генерал задумался. Потом сказал:

— Я отвечу, Сашо… Присоединение Болгарии к фашистской оси — преступление против нашего народа, против всего славянства. Война же против России приведет Болгарию к третьей национальной катастрофе — более страшной, чем две пережитые.

— Я был уверен, что ты ответишь именно так, — кивнул Пеев. — И я уверен, что ты понимаешь: именно планами нападения на Советский Союз продиктована политика Гитлера на Балканах. Фюрер готовит себе выгодный плацдарм.

— Пожалуй, так.

— А теперь самое главное. — Александр пристально посмотрел на друга. — Мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы расстроить планы Гитлера и царя Бориса.