Шелковая паутина - Сандра Браун

— Кстати, у меня с Тамарой ничего не было, — сообщил Эрик, когда они бродили по мокрому после дождя песку.

— Что? — встрепенулась Кэтлин и, отвернувшись, холодно заметила: — А я ничего такого и не говорила.

— Но подумала. Хотя могла бы иметь обо мне и более высокое мнение. Неужто ты думала, что я клюну на такую шлюху? — Он, кажется, не на шутку расстроился. — Да она дает всем на свете. А на пляж тогда я отправился один, она притащилась сама.

— Я же видела, как она вертелась перед тобой совершенно голая! И еще плюхнулась на тебя сверху!

— Но ты не видела, как я ее турнул. — Заметив скептическую гримасу на лице Кэти, он добавил: — То есть я, конечно, не отрицаю, что она мне проходу не дает, но я-то тут при чем? Я ей никаких авансов не делал. Тамара не отличается понятливостью и ужасно не любит, когда ее посылают.

— Каждый раз, когда она начинала тебя лапать, я была готова прикончить ее на месте, — свирепо прошипела Кэти.

— Да вы просто маленькая тигрица, Кэтлин Хэйли.

Оба даже не заметили, что он назвал ее девичьей фамилией.

— А вы меня разве не лапали?

— Это совсем другое дело!

— Что верно, то верно.

Они вернулись в бунгало, боясь, что на берегу кто-нибудь нарушит их одиночество.

— Звонил на аэродром, — уныло сообщил Эрик. — Сегодня самолетов уже не будет, но завтра с утра пораньше есть один рейс…

Он сидел на кровати, ненавидяще глядя на телефонную трубку.

— Хорошо, — только и сказала Кэтлин, выйдя из ванной.

Он взял ее за руки, усадил рядом и впился взглядом в ее лицо, запоминая каждую черточку и жадно вдыхая аромат ее кожи.

— Нужно возвращаться, — тихо промолвил Эрик.

Она погладила его по голове, провела пальцами по его бровям, усам, губам.

— Знаю. Но ведь это будет только завтра.

Эрик откинулся на спину. Выражение лица у него было задумчивое. Пальцами он медленно перебирал ее локоны.

— Ты что?

— М-м? — рассеянно промычал он.

— О чем ты задумался?

— Раскаиваюсь, — Эрик глубоко вздохнул.

Она приподнялась на локте. Никогда еще она не видела его таким серьезным — разве что в самом начале их знакомства, когда он рассказывал ей об Эфиопии.

— В чем?

— В том, что неправильно себя с тобой повел. Каждый раз я кидаюсь на тебя, словно племенной бык. Только страсть и только секс. И никакой нежности.

— Страсть взаимна. Я давала тебе только то, что хотела дать. Не больше и не меньше.

— Я тоже…

Он встал и подошел к окну. Кэтлин же осталась на кровати, удивленная столь резкой переменой в его настроении.

— Да что с тобой?

— Ты ведь не знаешь, как я к тебе отношусь на самом деле. Наверное, ты думаешь, что мне нужен от тебя только секс. Но есть ведь и другое… — Он беспомощно взмахнул рукой, с трудом подбирая нужные слова. — Знаешь, мне тяжело даются всякие там нежности.

— Неправда. С Тероном ты такой ласковый. Да и в лагере с детишками ты тоже был чудо как хорош.

— Так-то оно так, — отмахнулся он. — Но с тобой я все время был таким агрессивным. Конечно, характер у меня скверный, а ты постоянно испытывала мое терпение… В общем, я сам не понимаю, почему я был таким. Ведь я к тебе так отношусь… Даже не знаю, как сказать… Почему я все время на тебя кидаюсь? Словно хочу наказать за что-то.

Она слушала его, пальцы ее комкали край простыни.

— Но… но почему тебе так трудно выражать свои чувства? — дрогнувшим голосом спросила она.

Он сел в кресло и мрачно принялся разглядывать пол.

— Понимаешь, мой отец был, в сущности, очень добрым человеком, зла никому не делал… Но он был противником нежностей. Я не помню, чтобы он хоть раз приласкал меня или Боба. Он любил мать, но, по-моему, никогда об этом не говорил вслух. Отец терпеть не мог то, что называл «телячьими нежностями». Для него это было равносильно слабости. И я получился таким же. Причем у меня это происходит не на сознательном уровне. Например, я стараюсь побольше ласкать Терона. Малышам это так необходимо. И знай, — он посмотрел ей в глаза, — я люблю тебя. Насколько способен любить. И прости, что никогда не говорил об этом. Неплохо было бы знать, что и ты меня любишь, хотя бы чуть-чуть, — грубовато закончил он.

— Эрик, — прошептала она, — Эрик.

Больше произнести Кэтлин ничего не смогла — брачные узы с Сетом мешали ей говорить вслух о любви. Но зато она могла показать свою любовь на деле. Она протянула руки, и Эрик лег с ней рядом.

Всю ночь они не разнимали объятий.

20

— Где тебя черти носили? — обрушился на нее Элиот.

Кэтлин замерла на пороге своего номера, ничего не понимая. Они с Эриком только что прилетели с Чаб-Кэя. Откуда тут взялся Элиот? Эрик угрожающе нахмурился.

— Что ты здесь делаешь? — недоуменно спросила Кэтлин.

Она еще не свыклась с мыслью, что идиллия кончена. На борту самолета дистанция между ней и Эриком увеличивалась неуклонно и неумолимо. Сначала они перестали касаться друг друга, потом замолчали, а под конец уже сидели, отвернувшись в разные стороны. Каждый вернулся в свой собственный мир, между влюбленными вновь пролегла бездна. И вот новая напасть — неизвестно откуда взявшийся Элиот, да еще такой сердитый, того и гляди с кулаками накинется.

— Надеюсь, Кэтлин, ты славно провела время, — саркастически обронил Элиот. — Я торчу тут со вчерашнего дня, тебя дожидаюсь.

— Я… У нас был выходной. Я летала на другой остров. А потом шторм начался. Эрик беспокоился из-за меня, прилетел…

— Не нужно лишних подробностей, — ядовито перебил ее Элиот.

— Что стряслось? Зачем ты прилетел? Как снег на голову, без предупреждения!

— Сет в больнице, — сухо сообщил он. — В отделении интенсивной терапии. Он не хотел, чтобы тебя срывали с места, но Джордж считает, что ты должна быть рядом с мужем. Он умирает, — с вызовом закончил Элиот.

Кэтлин зажала рукой рот. Кровь отлила от ее лица, глаза с ужасом смотрели на Элиота.

— Перестаньте на нее кидаться, — вмешался Эрик, сохранивший полнейшее хладнокровие. — Она же ничего не знала. Лучше расскажите все толком.

Элиот кинул на него холодный взгляд. Только теперь Кэти заметила, какой изможденный вид у ее щеголеватого помощника: одежда помята, волосы растрепаны, на лице щетина. А ведь он всегда придавал такое значение своей внешности!

— Сета увезли в больницу три дня назад. После аварии у него начались проблемы с почками, и теперь они совсем отказали. Интоксикация организма. Сет не хотел тебе говорить. Но мы с Джорджем решили иначе.

Она сделала два шага вперед, умоляюще простерла руки:

— Элиот, скажи, что ты сгустил краски. Ведь Сет на самом деле не…