Темногорск - Роман Буревой

– Офигеть! – сказал Землемеров громко.

– С чем бутеры? – спешно спросила Томка.

– Ветчина, колбаска, сыр… Сок апельсиновый. – От сладкого фальшивого тона дамы в зеленом коробило.

– Апельсиновый я люблю, – сказал Олег.

Они принялись есть.

– Хиленькая закуска, – заметил Сидоренко. – Могли бы и раскошелиться, если им от нас что-то надо.

– Да ладно, мы ж не жрать сюда пришли, – буркнул Олег, залпом выпил сок и повернулся к двери. – Ну, давайте, что там у вас, мы уже поели.

Женщина в зеленом убрала тарелки. Вошел Гавриил и водрузил на стол черный кейс. Олегу кейс показался странным: как будто он был сделан зацело, и к черному параллелепипеду кто-то попросту приделал ручку. Олегу захотелось потрогать кейс, но он не решился. Зато Земля тут же ткнул в черный предмет пальцем. Ничего не произошло. То есть совсем ничего – несмотря на ощутимый тычок, кейс не сдвинулся с места.

– Ваша задача… – начал глава Синклита.

– Открыть чемоданчик? – тут же высунулась Томка.

– Нет! Напротив – вы должны приложить все силы, чтобы не дать этому кейсу открыться.

Земля попытался толкнуть кейс куда сильнее. Но опять с тем же результатом: тот не сдвинулся.

– Он что, из куска гранита?

– Это самый обычный кейс, – возразил Гавриил. – Только запертый магическим заклинанием. Потому и кажется монолитным.

– Что там внутри? – спросил Олег.

– Ничего.

– Как так? – не поняла Томка.

– Это дубликат. Принадлежащий Синклиту кейс с важными… документами сейчас в другом месте. Но если вы будете своим даром этот кейс держать закрытым, тот, другой, ни за что не смогут открыть.

– Но мы же не профессиональные колдуны! – усомнилась в своих силах Томка.

– Ну что вы, ребята! Еще какие колдуны! Вон Олегу ожерелье даровано. Он – водный колдун. У нас есть земляной. – Гавриил выразительно глянул на Землемерова. – Сидоренко после своего падения в колдовскую воронку переменился и стал принадлежать огненной стихии. Недаром у него с Романом Верноном теперь во всем антагонизм.

– А я? – спросила Томка.

– Ты можешь быть кем угодно. Кем хочешь. Или кем я захочу тебя сделать. Ты сейчас будешь повелителем воздуха. Тебя устроит?

– Вполне! – Томка рассмеялась, чтобы скрыть смущение.

– Тогда начинайте. У нас есть повелители всех четырех стихий. Я буду вами руководить, а…

– Мы не будем! – перебил главу Синклита Сидоренко.

– То есть как? Вы же собирались помочь мне спасти Романа Вернона, а теперь отказываетесь?

– Арк, ты что! – зашипела на приятеля Томка.

Парнишка поднял руку, давая понять: он знает, что делает.

– Мы ничего не будем делать бесплатно. – Сидоренко старался говорить как можно более веско.

– То есть как… – Гавриил растерянно моргнул.

– За любую работу надо платить. Вот и вы нам заплатите. Каждому – тысячу зеленых.

– В-вы… шутите? – Гавриил попытался улыбнуться.

– Нет. Роман Васильевич сказал, что хорошая работа стоит денег. Мы не члены Синклита. Эти проблемы с кейсом – ваши, а не мои и не Олега. Без нас вам не справиться. Значит, мы стоим очень дорого, – продолжал развивать свою мысль Сидоренко.

– Арк, ты спятил… Роман Васильевич… мы его спасти должны… – зашептала Томка.

– Не мешай! – опять одернул ее Аркадий. – Про Романа Васильевича мне ничего не известно. Да и поможет ли ему то, что мы сейчас делаем, тоже не факт. Я вижу конкретную задачу: держать кейс закрытым. Это нужно Гавриилу Ахмановичу. У Синклита есть зелень. Пускай платят. По-моему, так будет честно.

– Мне деньги не нужны, – заявил Олег хмуро. – Я просто так согласен. Ради учителя.

– Ну и дурак! – Сидоренко чувствовал себя все более уверенно. – Значит, твои бабки возьмет кто-то другой.

– У меня с собой и денег таких нет, – усмехнулся Гавриил, все еще полагая, что его разыгрывают. – К тому же каждая минута на счету…

– Тем более не стоит торговаться! – заявил Аркадий. – Заплатите, и мы тут же начнем работать.

– Аванс! – нашелся Гавриил. – Пятьсот каждому.

– Хорошо! Пятьсот! – спешно сказал Олег. – Остальное потом.

Гавриил выскочил из комнаты.

Услышал, как Аркадий прошипел:

– Олег, ты идиот? Какой аванс? Остальное ты никогда не получишь.

– У тебя деньги при себе? – спросил Гавриил у Тамары, мывшей на кухне посуду.

– А то как же!

– Дай две тысячи зеленых. В долг, – потребовал глава Синклита.

– Ты чего это… зачем?

– Некогда объяснять. После сочтемся.

Тамара полезла за пазуху. Нахмурилась, глянула исподлобья, приказала:

– Отвернись!

Гавриил послушался. Драгоценные секунды уходили впустую. Еще неизвестно, сумеют ли эти салаги сделать то, что он от них требовал… Или они думают, что повелитель Темных сил не взыщет с них сполна?

Он повернулся. Тамара принялась пересчитывать деньги!

– Давай сюда! – Гавриил вырвал из ее мокрых пальцев купюры.

– Гаврюша, а что с ребятами будет?

– Да ничего… ну, получится четверка обделенных… так разве мало подобных уродов по городу бегает?! К тому же я им за это заплачу… – Он ухмыльнулся. Похоже, мысль заплатить за погашенный дар показалась ему удачной. За две тысячи зеленых он покупал себе индульгенцию.

Темный маг ворвался в комнату, засунул деньги в нагрудный карман Аркадию и рявкнул:

– А теперь начинайте, сукины дети!

Освободившись от заклинания недвижности, Сафронов первым делом отыскал подходящую одежду. Как ни странно, среди выброшенных из шкафа вещей нашлись мужской физкультурный костюм и кроссовки сорок четвертого размера, хотя мужчина, судя по всему, в этом доме не проживал, а мальчишке подобная одежда явно была велика. И костюм, и кроссовки были довольно новыми, и, судя по всему, их давно никто не надевал. Разумеется, Антону Николаевичу было невдомек, что эти вещи принадлежали убитому отцу Юла, в этом костюме и кроссовках он по воскресеньям отправлялся с сыном в ближайший парк побегать по дорожкам, а потом поиграть на школьной площадке в футбол.

Переодевшись, Сафронов на миг задумался, прикидывая, что делать. Размышлять было особенно не о чем: нужно было отправляться к мэру Гукину и просить помощи – все-таки Антон Николаевич два камина реставрировал в резиденции мэра недавно, да и взнос на реконструкцию самого особняка был немаленьким… С мэром Сафронов встречался несколько раз, так что, можно сказать, мэр знал его лично. Антона Николаевича нельзя было назвать человеком наивным, вдруг вообразившим, что мэр Гукин станет ему помогать из альтруистских соображений. С Гукиным на равных мог разговаривать лишь сильный человек, неуязвимый. Просить у Гукина было ничего нельзя. Если этот тип увидит, что ты слаб или что ранен… он засунет в рану руку по локоть и вырвет кусок живого мяса побольше. С Гукиным можно только баш на баш: ты – мне, я – тебе. Иначе – все ему, а тебе – ничего.