Будь здоров - Papirus

В последний свой отдых перед выходом мне ярко и очень четко вспомнилась Свента. Остро захотелось узнать, как она там, и что с ней. Надеюсь, она благополучно разрешилась от бремени. Тем более я перед отъездом просил целительницу присмотреть за моей женой. Та обещала, а обещания свои она выполняла всегда. Терзало и любопытство — действительно у меня дочка, как предсказывала целительница, или все-таки парень? Кто бы ни родился — я уже заранее любил этого ребенка. Но любопытно же. Вдруг, как разряд молнии, я увидел нить связи, пронзившую скалы в направлении почти противоположном моему выходу. Не раздумывая, я скользнул по этой нити и… оказался в нашей спальне перед задремавшей женой. В спальне стояла детская кроватка и Свента сидела перед ней, положив на край барьера руки и опустив на них голову. Почти интуитивно я скопировал внешний магический каркас своего тела и увидел в зеркале полупрозрачный фантом похожий на меня. Я провел рукой по волосам жены и тихо сказал — энергию этот фантом пил из меня как вампир, а ресурсов и так почти нет.

— Свента. Солано моя!

Девушка встрепенулась, подняла голову, пристально посмотрела на меня своими колдовскими, любимыми, изумрудными глазищами, и… тихо заплакала.

— Филик. Родной. Ты пришел меня навестить? — и вдруг вскричала, — Как ты смел погибнуть?! Как посмел оставить меня одну?!

Столько тоски и горечи было в этом вскрике, что у моего тела в пещере перехватило дыхание и защемило сердце. Однако энергия утекала как в прорву и надо было поспешить.

— У меня мало времени. Сил на разговоры почти не осталось. Я сейчас пробираюсь по проходам внутри Грассерских гор. Куда выйду не знаю. Я хотел сказать, что живой и люблю тебя. Я обязательно выберусь из этих клятых гор. Верь мне.

— Но как же… твой призрак… у живых не бывает… — с отчаянной надеждой на чудо быстро заговорила девушка.

— Это не призрак — это проявление моих способностей целителя. Я живой. И… отставить слезы! Моя Свента храбрая девушка! — рыкнул я и внезапно спросил, чтобы переключить внимание на приятные моменты, — Скажи только, как дочку назвали?

— Таллиана, — растеряно и нежно улыбнувшись, сказала жена, — А откуда…

Тут я почувствовал страшную слабость и отключился.

Последний переход показался мне самым трудным. Я плелся как столетний старец, обремененный кучей болезней, задыхаясь, держась за стену и шаркая ногами. Где-то потерял свою сумку, наплевал на лохмотья, едва покрывающие мое тело, перестал исцелять мелкие раны и порезы, стремился только вперед. К свободе и свету. Зато, когда достиг выхода, небольшой дыры, прикрытой кустарником, вылез и долго стоял, вцепившись, как в якорь спасения, в этот кустарник. Я дышал полной грудью, упиваясь чистым горным воздухом, и подставив лицо лучам Солано. Снова видеть мир обычным зрением было удивительно интересно и… непривычно. Некоторое время пришлось перестраиваться, постепенно переходя с магического. Еще одна проблема тут же напомнила о себе. Срочно поесть для меня было жизненно необходимо. Измученный голодом организм иногда способен иногда порождать довольно умные мысли. Я вспомнил, как неоднократно мне приходилось передавать вещества прямо через кожу от себя в организм больного. А если попробовать наоборот? Я с гастрономическим интересом посмотрел на свою подпорку, сконцентрировался, продумал, как все реализовать и… ручеек органики с вкраплениями минералов уверенно потек в меня. К сожалению, слишком многое не годилось для усвоения, срочного во всяком случае. Древесину, например, усваивать без преобразования было невозможно. А эта процедура довольно энергоемка — потратить можно больше, чем приобрести. В общем, когда я закончил, кустарник остался. В виде голых сухих палок без листьев и коры. Мне немного полегчало, но все равно для восстановления этого было очень мало.

Вторая проблема — одежда, которая превратилась в лохмотья, какие и нищий побрезгует надеть. Опыт с кустарником подсказал мне…, какой же я был идиот, что выбрасывал рвань, вместо того, чтобы использовать вполне приличные кусочки для починки. Что делать. Издержки воспитания. Мне никогда не приходилось чинить или стирать свою одежду. Я всегда точно знал, если запачкалась, надо отдать прачке, если порвалась — выбросить или отдать белошвейке. Они починят, постирают, выгладят и на плечики повесят. Даже с мантиями не было забот. Пришла в негодность — сдал на склад и взамен получил новую. Когда же никого из этих очень нужных специалистов рядом не оказалось, богатенький аристократ стал беспомощнее младенца.

Дюжину дней я скитался в горах, питаясь… Лучше вам не знать чем и как. Конечно, под соответствующим соусом, да с кучей пряных приправ это может быть и деликатес, где-нибудь в Империи Сун, но не у нас и без всяких приправ. На тринадцатый день я нашел заброшенную тропу, которая ранее явно использовалась людьми. Справедливо решив, что уж к подножию гор она меня выведет, пошел по ней вниз. Примерно через пол дня пути наткнулся на небольшой завал из камней. Перебравшись через него, задумался, наконец, о том, что тропу, наверняка ведь, не зря забросили. Видимо частые камнепады сделали путешествие по этим местам делом слишком опасным. Теперь, прежде чем пройти участок пути, я внимательно осматривал склоны магическим зрением. Несколько раз очень осторожно рисковал просто перебегать опасные участки, и дважды мне пришлось самому обрушить едва державшиеся камни. Форсируя очередной завал, я сначала ощутил смрад разложения, потом под одним из камней увидел слегка придавленную простую походную кожаную сумку. Ее сжимала рука мертвеца, обглоданная падальщиками до костей.

Высвободив находку, я тут же принялся внимательно просматривать ее содержимое. Там оказалась смена белья и простой, но крепкий костюм, который был мне слегка великоват и мешковат, однако обрадовал больше, чем наряд от лучшего портного столицы. Подозреваю, что тело мое несколько усохло от горной диеты, но дайте мне пару недель нормального питания и я снова буду всем известным Филином. Еще в сумке были баночки и мешочки с самыми разнообразными приправами — несколько видов перца, имбирь, кардамон, мускатный орех, базилик, сушеный чеснок, ваниль, корица и многое другое. На самом дне аккуратно свернутый лежал свиток пергамента. Документ извещал, что некий барон Тобиус фро Гормин, заключил договор с господином Алониусом о нижеследующем…, короче, этого Алониуса наняли поваром на время путешествия в горах с оплатой услуг в виде половины серебряной марки в день. Договор был составлен чин-чином… по-лоперски. Не пожалев времени я внимательно осмотрел завал и кое-где в щелях между камней увидел несколько задавленных людей в кольчугах и коней. Очень похоже на то, что весь небольшой отряд воинов нашел здесь свою смерть.