Никарагуа. Hora cero - Михаил Колесов

4‑й день — без электричества. Испорченные продукты были выброшены (температура воздуха — 35 градусов). Сергей съездил с итальянцами и Юрскими на озеро Хилуа, на новое место. Народу было очень много, в том числе и соотечественников. Он вспомнил, как два года тому назад — это было пустынное место. По радио передали, что в городе горит фабрика мебели. Вечером с ребятами сходили в кино, затем поужинали в «Antojitos».

5‑й день не было электричества. Продуктов не было, готовить еду было не на чём. Евгений Орлов (это его обязанность, как «старшего по дому») не высовывал носа из своей комнаты. Вартан не показывался. Похоже, начальству до них дела не было. В доме «Болонья 2» — то же самое. На работе Франсиско — Серхио принёс показать вёрстку 2‑й части учебника («истмат»). У Кольцова был разговор с Ренсо о его вчерашнем отказе от обеда, он пытался объяснить ему, что «точность — вежливость королей», но бесполезно. Упрям как сицилиец! С Анатолием они пообедали в «Gran Lago». Ночью опять пили. Писем Сергею нет уже две недели.

6‑й день без света. Университетский автобус вечно опаздывал. После занятий Сергей практиковался с Ренсо на машине. Вечером опять пили в «патио». Кампания несколько варьировалась. Иногда присоединялся Юра Богданович. Нелли, после «банкета», перестала приходить. Вчера, наконец–то, улетел Сергей Франчук. Теперь из первой группы преподавателей 1983 года (10 человек) остались лишь Кольцов и Нистрюк.

Из «Планетария» (там работал телевизор) узнали, что в Москве умер Константин Черненко, председателем комиссии по его похоронам назначен М. С. Горбачёв. Делегация во главе с Даниэлем Ортега вылетела на похороны в Москву.

Пленум ЦК избрал генеральным секретарём Горбачёва (член ЦК с 1971, секретарь — с 1978 г.). Рейган изъявил готовность встретиться с ним.

Кольцов подумал: покидал он страну при одном «Генеральном», пережил здесь двух и возвращаться будет при четвёртом (но тогда и он не мог себе представить, насколько это отразиться на его судьбе!).

В университете Кольцов уклонился от участия в импровизированном митинге по случаю смерти Черненко. В доме, наконец, появилось электричество, но ему опять не удалось отдохнуть после работы из–за шума, которые теперь поднимали в доме женщины и дети. Это было очень тяжело, после ночных «посиделок». Он сходил поужинать в «7 морей». Затем вместе с Юрскими отмечал на кухне «Освещение»! Потом перебрались к Сергею в «патио» и ребята притащили туда холодильник (из тех, которые они привезли из Коринто). Слушали музыку до 3‑х часов утра.

На следующий день после обеда состоялся Методсовет, на котором докладывал Вартан: «по инструкции Минвуза», задача преподавателей в университете — подготовка кадров, в том числе для аспирантуры (в Советский Союз) и «никому не нужны ваши часы». Наконец–то! Это было именно то, за что Кольцов боролся здесь в течение двух лет со своим начальством, и, в конце концов, добился поддержки университетское руководства. Но чего это ему стоило! Разумеется, сейчас никто не вспомнил о «травле» его за это! Похоже, что всё–таки кто–то (Векслер или Рябов?) убедил в Москве тех, кто принял это разумное решение. Все восприняли новые рекомендации как «должное». Но теперь и те из преподавателей, как Вартан и Орлов, кто фактически итак ничего не делали, получили «индульгенцию». На Совете решили упразднить «старших групп» (решение было принято год назад) и создали комиссию по проверке «методработы» преподавателей. Затем состоялся «теоретический семинар», на котором говорили об «импорте» воздуха и его «защите». Вечером к Сергею приехал эквадорец Пако Фьерро посоветоваться насчёт поездки на учёбу в ГДР.

«La Prensa» опубликовала три статьи о М. Горбачёве (и о его жене Раисе, «докторе философии», покорившей Лондон).

Джордж Буш (вице–президент США) назвал сандинистов «тиранами в поисках завоеваний». Рейган сравнил никарагуанских «контрас» с «основателями» Соединённых Штатов и угрожал Никарагуа экономическими санкциями. Джордж Шульц направил письмо в Банк реконструкции и развития, требуя заблокировать кредит для Никарагуа (58 млн. дол.), т. к. Сандинистское правительство «неправильно себя ведёт». Ассоциация журналистов Никарагуа («правые») обратилась к Ф. Гонсалесу, Л. Миттерану и М. Тэтчер с просьбой потребовать от сандинистского правительства созыва «Национального Диалога» и от США — переговоров с Никарагуа. Даниэль Ортега встречался с Шульцем в Монтевидео и заявил, что Дж. Буш отверг предложение о диалоге. США намерены пожаловаться на Никарагуа в ОАГ. Вильям Миддендорф в ОАГ обвинил Никарагуа в предательстве идеалов и принципов революции «19 июля».

Мексика «временно» прекратила поставку нефти в Никарагуа. Командование Сальвадорской армии заявило, что она окружила партизан, и авиация бомбит партизанские позиции около вулкана Гвазала. В Чили — землетрясение, около 100 погибших и около тысячи раненных. В Уругвае освобождены политзаключённые, в том числе лидер «Тупамарос» Президент Бразилии Танкредо Невес вместо инаугурации оказался в госпитале по поводу аппендицита, присягу принял вице–президент Хосе Сарней. В Рио да Жанейро Даниэль Ортега пожал руку Джорджу Бушу перед тысячами приветствующих

…В пятницу поехали в ГКЭС на собрание преподавательской группы, на котором Вартан выступил так же, как вчера. В прениях говорили только о транспорте (распределили «старших» по машинам, теперь их две). Затем были зачитаны два приказа экономсоветника о реорганизации Методсовета и группы (упразднение «старших»). В новый состав Методсовета Кольцов не был включён. Затем в посольстве у него состоялась встреча с Барсуковым и Петуховым. Иван стразу же пошёл в атаку и Барсуков его поддержал. Значит, они готовы дать Сергею бой на парткоме. Приехав домой, он напился в одиночестве, слушая Розенбаума в своём «патио».

В субботу Сергея в «Ronda» ждал неприятный сюрприз: цены опять поднялись в 1,5 раза! Вернулся домой почти голодным. Ребята пришли из «дипмагазина», принесли проспоренные Сергею две бутылки виски и херес «Fillip II». Выпили и пошли в «Cinemateca», посмотрели бразильский фильм режиссёра Берето «Донья Флор и её два мужа», (в «сокращённом варианте», потому что фильм оказался скучным). На обратном пути зашли в «Cabana», поели супа из «марисков». Дома посидели в «патио». Сергей резко говорил с ребятами. Нервы — уже ни к чёрту!

Утром Сергей узнал, что Анатолий и Николай вчера ночью, после его жёсткого разговора с ними, поссорились. Николай выгнал Анатолия из комнаты за то, что тот его упрекнул в «предательстве». Дело в том, что Коля Юрский прибыл чуть более года назад и уже не застал «разборки стариков». Но он был об этом наслышан и сразу же занял непримиримую позицию по отношению к Вартану и его «команде» (в том числе к Орлову). Он заявил Сергею (разница в возрасте между ними была чуть менее десяти лет), что с ним он «ляжет рядом за пулемёт». Но, сейчас от него никаких подвигов не требовалось. «Разборки» давно прекратились. Теперь все гадили «втихомолку». Но, узнав, после жёсткого рассказа Сергея вчера ночью о том, кто какую роль сыграл в его судьбе, Николай обрушился на Анатолия за всех, кого уже не было. Пришлось Сергею их примирять во «Вьетнаме». Выпили 12 бутылок пива (на троих), но ни о чём не договорились. Анатолий пил один в комнате весь день. Сергей с Николаем пообедали в «Terrasa». В кино попасть не удалось. По возвращению домой, Анатолий заставил их идти с ним ужинать в ресторан «Tiscapa». Взяли с собой Ирину Юрскую и отправились «мириться».

Два дня Кольцов «висел» на телефоне, распределяя лекции. Узнал, что у Миши Грача неожиданно умерла мать (на похороны он вылететь не успевал).

На следующий день автобус опять приехал поздно. Занятия у Кольцова прошли ровно. Обедали с ребятами в «Gran lago». После обеда пили кофе. Затем у Сергея был урок вождения с Ренсо (у него появилась уверенность). Вечером он с Орловым были у посла, который поручил им срочно подготовить лекцию по… «Коммунистическому манифесту». Дома Сергей был приглашён Людмилой Жарковой (она прилетела недавно) на ужин, после которого они слушали в их комнате запись грузинской певицы Мананы Менадзе (недавний концерт в Москве). Он чувствовал, что Людмила, — симпатичная и уверенная в себе молодая женщина лет тридцати, — к нему неравнодушна. У них отношения с Анатолием были явно «неустойчивые». Да, и редко у кого здесь сохранялись прежние супружеские отношения. Но Сергей не подавал вида, так как для него дружба с Анатолием была важнее.

Поздно вечером приехал Крашенинников поговорить с Сергеем об ANICS. Как синхронно, после его встречи с послом, появлялся Анатолий Иванович! Потом в его «патио» сидели Юрские и пили херес «Fillip II» (у него теперь в холодильнике был «бар» для «гвардейцев»). Разошлись в 3 часа ночи.

Сергей, наконец, получил письма от дочери и Лиды: в Киеве после тяжёлой болезни умер отец его первой жены, дед его сына, пережив свою единственную дочь на восемь лет (ему было чуть более 60-ти лет).