Скиннер - Нил Эшер

— Другого выхода нет, — поторопил ее Шиб.

— Можем привлечь внимание Блюстителя, а нам это совсем не нужно.

— Лучше, чем плавать в этом море в качестве наживки.

Женщина кивнула и нажала в определенной последовательности кнопки. Судно задрожало, затем стало слышно изменяющееся по тону гудение двигателя, треск и скрежет корпуса судна усилились. Батианка внимательно наблюдала за крепежными болтами, вставленными в киль. Двигатель неминуемо бы пробил верхнюю палубу, если бы они ослабли. Но этого не могло произойти — она сама затягивала болты.

Когда судно поднялось над поверхностью моря примерно на метр, Сван удалось сохранить равновесие и отрегулировать работу двигателя. Вода с шумом выливалась через пробоину в носу.

— Пойдем, определим, насколько сильно мы пострадали.

Она достала из кобуры пистолет и направилась к носу, Шиб последовал за ней буквально в шаге, и ее раздражало его прерывистое от страха дыхание. Раньше он никогда не вел себя подобным образом. Да, следовало осторожно относиться к населявшим эту планету существам, тем не менее они были менее опасны, чем вооруженные люди, с которыми наемникам неоднократно приходилось иметь дело. Фриск неохотно убрала пистолет в кобуру, расправившись, как ей показалось, с последним приллом. Она долго смотрела на воду, размышляя о принятых за последние несколько дней решениях.

— Джей, что со мной происходит? — спросила она.

Но Джея не было рядом, чтобы ответить на ее вопросы, чтобы поддержать ее. Они были так счастливы на Прадоре… Почему он решил оставить ее? Да, иногда она поступала нелогично, но этого следовало ожидать — невозможно прожить вместе столько лет и не встретиться с подобными трудностями.

Джей пришел в ярость, услышав ее мнение о том, что их могут амнистировать и позволят вернуться на Землю. Конечно, при дальнейшем размышлении она поняла, что идея была нелепой, но и его реакция была чрезмерной. Как насмешливо он смотрел на нее:

— Твой извращенный ум родил очередную гениальную мысль, дорогая. Я могу сравнить ее с идеей открыть галерею на Цирцее. Неужели ты хоть на одну секунду усомнилась в том, что ЦСБЗ прекратила нас искать? Неужели тебе хоть на одну секунду показалось, что мы можем свободно перемещаться в контролируемом Правительством пространстве, не опасаясь быть пойманными, а затем — казненными?

— Но, Джей, любимый…

— Я привык получать удовольствие от твоих маленьких прихотей и капризов. Кажется, я перестал получать от них удовольствие, когда ты перестала быть сама собой. Почему ты так поступила? Почему, черт возьми, ты так поступила? Где твое тело, которое так нравилось мне?

— Джей, любимый…

— Не прикасайся ко мне. Ты мне отвратительна. Фриск сдержанно рассмеялась и попыталась выдавить слезы из глаз, в глубине души понимая, что сходит с ума. Слишком долго она жила в не принадлежащем ей теле, среди врагов, видела множество ужасных событий и часто сама становилась их причиной…

Просто ее жизнь оказалась чересчур длинной.

Джанер перешагнул через выбитую дверь и вошел в каюту. Наклонившись, он поднял кресло, к которому был привязан Кич, потом перенес его к стоявшему в нише письменному столу. Он сел и принялся рассматривать два запечатанных флакона, установленных в закрепленной на столе стойке. В каждом флаконе было несколько красных ромбовидных кристаллов под слоем прозрачной жидкости. Он вытащил пробку из одного флакона и поморщился от резкого запаха: прогорклый кофе с примесью чего-то гниющего.

— Всего один кристалл? — спросил он.

— Да, — ответил разум, и Джанеру показалось, что он уловил нотки жадности в его голосе.

— Полагаю, ты раздобудешь его каким-нибудь другим способом, если я откажусь выполнить твою просьбу?

— Конечно.

— Я отказываюсь выполнить твою просьбу, — сказал Джанер, закрывая флакон пробкой и постукивая по ней указательным пальцем.

— Почему?

— Потому что я понял, что ты задумал. «Достань мне образец этого странного вещества, хранящегося в каюте Амбела». Ты считаешь меня полным глупцом?

— Нет.

Джанер откинулся на спинку кресла.

— Почему ты решил так поступить?

— Мы пробовали использовать кураре, но попытка оказалась неудачной, и все подвергнутые испытанию шершни были уничтожены. Тем не менее способ был признан правильным.

— Это может повториться, — заметил Джанер.

— Только не здесь, — возразил разум. — Общественный строй примитивен. Должно получиться.

— Только не с моей помощью.

Джанер встал, снял с уха украшенный драгоценными камнями модуль связи с разумом и убрал его в карман. Потом он еще раз бросил взгляд на два флакона с жидкостью, в которой росли кристаллы спрайна, покачал головой и вышел из каюты. Он спешил на носовую надстройку, чтобы услышать рассказ Амбела.

— Капитан Спрейдж. — Амбел посмотрел на Рона, и тот кивнул.

На главной палубе собрались Кич, Эрлин, Форлам, Планд, Пек и Энн, чуть дальше стояли остальные члены команды. Даже парус вытянул шею, чтобы не пропустить ни единого слова.

— Именно он назвал меня Амбелом, и я всегда считал, что он знает.

— Мы можем спросить у него.

— Да, только прямо сейчас. Я всегда боялся спросить его об этом.

— В этом есть смысл? — резко выкрикнул Кич. Он не спускал с рассказчика глаз, его правая рука лежала на рукоятке импульсного пистолета, а пальцы левой перебирали три стальные сферы.

Амбел пристально посмотрел на него.

— Госк Балем был рабом, потом стал рабовладельцем — иначе невозможно было выжить. Рабов постоянно лишали рассудка, и их мозги и спинные хребты сжигали в печи. В лице Госка Балема Хуп нашел нужного ему человека для управления печью.

— Ты должен был обо всем знать, — с горечью в голосе произнес Кич.

— Но я не знал.

— Объясни.

— Ты прибыл сюда с отрядом ЦСБЗ, который освободил еще не лишенных разума рабов. Ты был недостаточно подготовлен, и Хупу, Фриску, Римску, близнецам Талска и Гренанту удалось покинуть планету. Пришлось Госку Балему отвечать за совершенные ими преступления. Оставшиеся в живых рабы охотились за ним в течение сотни лет, и в итоге он был пойман Спрейджем и Фрэнсисом Койаном, который впоследствии организовал известное тебе «Общество друзей Койана».

— Я был лично знаком с Койаном, — заметил Кич. — Ему удалось поймать и сварить заживо близнецов Талска.

— Слышал об этом, — кивнул Рон. — Что произошло с ним самим?

— Наемники-батианцы убили его при помощи термитной бомбы, — ответил Кич. — Но только потому, что он им позволил. Он устал постоянно находиться в бегах, постоянно убивать. Он сказал мне об этом за несколько дней до смерти, после того как перевел все имевшиеся у него деньги на мои счета.