Рай — Техас! - Сьюзен Филлипс

У него и мысли не было, что она воспримет его приглашение как шантаж и попытку заманить ее в постель. У него появлялись женщины-компаньонки в течение ряда лет, но он никогда не прибегал к угрозам, чтобы заполучить их.

Да, потом он фактически предложил ей лечь с ним в постель, но сделал это в запальчивости и ожидал, что она пошлет его к черту. Но она только поникла, как ветка мимозы от прикосновения грубых рук, и продолжала разглядывать его розы.

Весь последний месяц его грызло чувство стыда, и, вернувшись в город, он первым делом решил перед ней извиниться. Он позвонил ей, но, услышав знакомую дрожь в голосе Сузи, вновь сорвался и заставил ее приехать к нему в Сан-Антонио, намекая, что будущее Теларозы зависит только от нее.

Даже сегодня вечером он мог бы еще все поправить. Даже когда она ворвалась в его спальню, задыхаясь от гнева.

Так почему же Уэй Сойер так ничего и не сделал, чтобы разрядить ситуацию, в которой он выглядел последним подлецом?

Ответ был прост. Уэй Сойер влюбился в Сузи Дэнтон. Случилось это сегодня вечером, в прошлом месяце или три десятка лет назад — он не знал. Он знал только, что любит ее, и не знал, что делать с этой любовью на старости лет.

Он всегда гордился тем, что может контролировать себя, не давая воли своим чувствам. Когда ему представилась возможность заполучить «Розатек», он сделал это с холодной головой и не испытывал ровным счетом никаких эмоций по тому поводу, что автоматически стал властителем городка, который когда-то причинил столько горя его матери.

Впрочем, не лукавит ли сам с собой сегодня сын Труди Сойер?

Кое-какие эмоции все же присутствовали.

Это ведь он сам распространил слухи о закрытии фирмы, и ему этот слух был выгоден, поскольку такая дезинформация поставила некоторых его конкурентов в тупик, заставив их сделать неверные шаги, благодаря которым Уэй Сойер крепко встал на ноги. Он никогда не ставил перед собой задачи разрушить экономику родного городка. Однако когда надобность в этих слухах отпала, он почему-то не сделал попытки пресечь их, и жители Тела-розы продолжали верить в угрозу близкого и неминуемого краха. Он наслаждался, когда видел огоньки бессильной ярости в глазах встречных, он знал, что за «то спиной сжимаются кулаки, что страх потерять кусок хлеба владеет сердцами многих. Да, можно признаться, таким образом он мстил городку за нищее детство, за унижения и раннюю смерть Труди Сойер, которой никто из них в свое время не протянул руку помощи.

Сегодня вечером круг замкнулся. Сегодня сын презираемой всеми проститутки заставил самую респектабельную и уважаемую леди милого городка почувствовать себя блудницей.

Отчего же у него так скверно на душе?

Первое, что он сделает завтра утром, — это откроет Сузи Дэнтон всю правду. Затем отошлет ее в Теларозу и никогда больше не обеспокоит — ни словом, ни делом.

Он открыл глаза и посмотрел на нее.

Боже, как сладко она спит! Как доверчиво прижимается к его плечу эта растрепанная головка! Неужели ему придется расстаться с ней?

Нет. Завтра всеми правдами и неправдами он постарается задержать ее в Сан-Антонио еще на один день. Он больше и пальцем не дотронется до нее. Он будет с ней предельно учтив и корректен.

Всего один день, огромный и краткий, как жизнь.

Он нужен ему, чтобы завоевать любовь Сузи Дэнтон.

Глава 18

Бобби Том совсем уже собирался отправиться восвояси, как вдруг к нему в фургончик заскочила Конни Кэмерон с двумя бутылками пива. Стоял субботний вечер, утомительные съемки продолжались всю неделю, и он собирался назавтра взять выходной.

— Сегодня такая жарища! Я подумала, что ты не прочь пропустить глоточек-другой холодненького!

Он молча смотрел на нее, застегивая рубашку. Последнее время ему приходилось либо валяться связанным, подвергаясь ужасным пыткам со стороны главного мафиозо «Кровавой луны», либо бесконечное количество раз прыгать, держа за руку Натали, в реку под свист пуль и грохот разрывов. Он не хотел сейчас никого видеть, кроме Грейси.

— Прости, дорогая, но моя малышка будет мной недовольна, если я задержусь.

— То, о чем женщина не знает, не может повредить ей. — Она раздраженно открыла бутылки и протянула одну из них ему.

Он поставил пиво на стол и принялся заправлять рубашку в джинсы. Конни демонстративно уселась на раскладной стул, всем своим видом показывая, что никуда не спешит. Ее короткая в облипку юбка сильно подтянулась, обнажив полные загорелые ляжки. Он бросил на них равнодушный взгляд. Они уже не привлекали его.

— Последние дни ее что-то не видно у нас? Где она прячется?

— Наверное, торчит на телефоне или наводит порядок в приюте. Переписка, женсовет, гольф-турнир. У нее много дел.

— Уверена, что она с ними неплохо справляется.

Она закинула согнутую в колене ногу на бедро другой. Такая поза позволяла собеседнику хорошо видеть ее лиловые трусики.

Он почувствовал прилив раздражения:

— Конни, ну что ты вытворяешь? У тебя ведь есть Джимбо, зачем же ты крутишься вокруг меня?

Она сделала из бутылки крупный глоток и насмешливо прищурилась:

— Ты мне нравишься, Бобби Том. И всегда нравился.

— Ты тоже нравишься мне, Конни. По крайней мере нравилась раньше.

— И что же это значит?

— Это значит, что мне сейчас по душе другая, и я совсем не собираюсь ее огорчать. Ты ведь тоже носишь кольцо Джимбо и должна бы призадуматься над своим поведением.

— Я буду ему хорошей верной женой. Но это не значит, что я прямо сейчас должна отказаться от последних бросков в сторону.

— Только не со мной.

— С каких это пор ты стал таким щепетильным?

— С тех самых, как встретился с Грейси. И давай больше не обсуждать этот вопрос.

— Боже, до чего она тебя довела! Никто ничего не может понять. Нет-нет, не подумай плохо, она всем нравится. Она дружелюбна и так трогательно заботится о стариках с «Зеленых холмов». Она готова протянуть руку помощи любому, кто ее об этом попросит. Черт побери, на прошлой неделе она умудрилась выручить даже меня, когда заболела моя сменщица. Но… она ведь совсем не умеет танцевать, Бобби Том. И потом — тебе ведь всегда нравились леди плотненькие, как персик.

Она шевельнула плечами и выпятила грудь, чтобы у него не осталось сомнений, о чем идет речь. А он вдруг понял, в чем Конни, при всех своих формах, безнадежно проигрывает Грейси. Ей не хватает элементарной порядочности.

Правда, это похвальное качество Грейси порой чересчур доминирует в ней и частенько выводит его из себя. Взять хотя бы те же деньги, которые она сует регулярно в ящик его стола. Для него они ничего не значат, для нее — большая поддержка. Если она не хочет жить на его счет, то по крайней мере могла бы позволить, ему делать ей небольшие подарки. Он подумал, что этого никогда не будет. Он хорошо изучил ее упрямый характер. Ему стало не по себе от мысли, что может случиться, если Грейси узнает, кто оплачивает ее труд. Он поежился, но тут же загнал беспокойство в дальний угол души. До сих пор все идет тихо-мирно, так что незачем понапрасну накручивать себя.