Начать жизнь заново - Лана Кинлем

юристы могли драть с них деньги очень долго. Такие правила были в сфере юриспруденции и Ассоциации. Но мне, впрочем, было плевать на холдинговую компанию.

Заседание ничего не дало суду, но не мне. Я был доволен, всё шло по плану, пусть друзья и не понимали, чему я радуюсь. А я знал, что мне делать дальше, и тот факт, что я всё еще тусовался в доме Моргана, очень неплохо играл на руку.

Финсоушен быстро начали шерстить свою сеть после иска, стараясь уничтожить все улики. Но мы были быстрее, точнее был проворнее наш Пират, не вылезающий из-за ноутбука сутками. К тому же, он начал сливать информацию из их сети задолго до этого. Однако всё, что он нарыл, я держал в стороне, говоря Тому, чтобы оперировал тем, что у нас есть. Тем, что может продолжать дело, а не круто завершить его. Он не понимал, но соглашался. А я не объяснял. Это ведь была моя игра, верно?

Когда Морган после третьего заседания позвонил Тому, тот прибежал ко мне с испуганными глазами. Митч пригрозил, что поймает его где-нибудь в темной подворотне и «прирежет как овцу, если он не перестанет совать нос в дела взрослых». А я радовался, как мальчишка игрушечному пистолету. Потому что пистолет оказался настоящим. Конечно же мы записали разговор, которого я ждал с самого начала.

Я шерстил компьютер Митча, пока Джей шерстил компанию. Я готовился к последнему сокрушающему удару. И наконец момент настал.

~~~

— Мистер Морган, — кивнул судья на адвоката.

Митч медленно поднялся, одернув пиджак. На его лице светилась привычная самоуверенность и самодовольство. У меня внезапно зачесались руки, так сильно захотелось ему врезать. Но я знал, что через несколько минут это выражение исчезнет с его лица.

— Как и сказал мистер Сандерс…

Бла-бла-бла. Ближе к сути Митч, хватит играть в игры.

— Господа присяжные заседатели, — Морган повернулся, и я бросил взгляд на скамью присяжных.

Лола говорила, что пятеро из восьми были подставными, включая ее саму. Я хищно улыбнулся. Конечно же Морган даже не догадывался, что подставные они не по его сторону баррикады. На лице Лолы горела внимательность и очарованность адвокатом. Я едва не рассмеялся, спрятав смех за кашлем. Всё-таки актрисой она была потрясающей.

— Позвольте представить вам доказательства, о которых я упоминал в начале заседания. Совет директоров никак не мог быть причастен к этому, прости меня Господи, отвратительному преступлению.

Он резким движением развернул бумаги, до этого свернутые трубочкой в его руках, и начал зачитывать то, что было в них написано. Морган тоже был неплохим актером, но кого сейчас это интересовало. Точно не меня. Я слегка подпрыгнул. Он говорил о том, что совет директоров тщательно следит за всеми распределениями средств, зачитывал, что Маргус лично контролировал процесс, и по одной отдавал судье бумаги, в которых были официальные выписки движения денежных средств.

Еще пару официальных бумаг о зачислениях на счета дет. домов и социальной помощи, и вот, казалось бы, он почти оправдал исполнительного директора. Оставалась лишь пара моментов, которые можно было обсудить и на следующем заседании, пока идет проверка новых документов.

«Джей, пора», — я скинул сообщение Пирату и жадно вгляделся в Тома.

Друг слегка склонил голову, а потом повернулся к прокурору. Сандерс расплылся в улыбке.

— Ваша честь, у нас тоже есть новые доказательства, — торжественно оповестил он.

Вообще, так делать было нежелательно. Все бумаги предоставлялись до начала заседания, и, если кто-то начинал швырять документы во вре́мя, обычно бывали разборки. Все новые факты могли отклонить, оставив для разбора на следующее заседание. Но всё же это было возможно, и я воспользовался этой лазейкой, понадеявшись на удачу.

— У нас новый свидетель, — поднявшись, заявил Сандерс.

Судья недовольно вздохнул, но махнул рукой. И еще раз — на Митча, который стал протестовать. В зал заседания вплыл свидетель, один из бухгалтеров компании Филсоушен. И да, он был настоящим. Выступить в суде против руководства его подговорила Лола. Опять же, ка́к она это сделала, мы спрашивать не стали.

Хотя я пытался. Но девушка лишь сказала: «У нас же и так все доказательства, мы точно их засудим. Вот он и согласился». А на мои возражения, что бедный бухгалтер мог просто уволиться, а не выступать в суде, Лола лишь пожала плечами, сказав, что я мог просто сказать спасибо. Да, я считал, что она с ним переспала. Потому что «лучше отдаться, чем объясняться» было жизненным кредо обольстительной ведьмы, а бедный бухгалтер даже сейчас, трясясь как осенний листочек, пускал на Кутилу слюни.

Мужик неуверенно подошел к трибуне, еще неувереннее произнес клятву. А потом сглотнул и заложил всех начисто, начиная от директоров и заканчивая уборщиками кабинетов. Конечно, больше всех досталось Маргусу. Я даже присвистнул, а Лола улыбалась, глядя на это воплощение мечты невролога.

— Но по документам мы видим, что мистер Фин никак не причастен к потере благотворительных денег. А Вы говорите, мистер Шоу, что он виновен больше всех. Как это понимать? — спросил судья, наклонившись к бухгалтеру.

— Вы давали клятву, — напомнил Морган, уперевшись локтями в стол и скрестив пальцы.

Он был уверен в себе, как никогда. Бухгалтер стушевался под таким напором, а я перевел взгляд на Тома.

— Ну давай, добивай его, — тихо прошептал я, потирая вспотевшие руки, — докажи всему суду, что документы подделка. Кто как не ты разбирается в этом лучше всего.

Друг словно услышал. Его спина выпрямилась.

— Ваша честь, позвольте. У меня есть документы, предоставленные мистером Шоу. Это выписки со счетов мистера Фина. Их собирает бухгалтерия в рамках декларационной компании.

Увернувшись от рук прокурора, Том поднялся и подошел к судье, протягивая бумаги. И «совершенно случайно» вдруг скинул на пол документы, предоставленные Морганом.

— Ох, извините мне мою неловкость, — пробормотал он, наклонившись.

Мое сердце в этот момент оглушительно стукнуло в ушах и упало вниз, замерев. Медленно подняв бумаги, Том откуда-то достал очки, нацепив их на нос, пробежался глазами по строчкам и ахнул.

— Боже… эти документы… они поддельные, — неподражаемым голосом, полным удивления произнес друг и поднял глаза.

Теперь ахнули уже все присутствующие. В зале заседания воцарилась мертвая тишина. Минуту все играли в гляделки: адвокат с прокурором, истец, ответчик, присяжные, судья. Я почти слышал в этой тишине скрежет зубов Митча.

— Потрудитесь объяснить, — наконец изрек судья.

Том кивнул.

— Вам известно, что я специализируюсь на ведении документации. Вот, посмотрите сюда.

Он повернулся к судье, показывая что-то и тихо говоря. Прокурор подошел сзади, тоже вглядываясь в эти бумаги. Я понятия не имел,