Нил и египетская цивилизация - Александр Морэ

Мы видим, сколь велика была власть верховного жреца. Вскоре все его многочисленные должности станут наследственной собственностью одной семьи, отмеченной милостью Амона и царей. Князь Бакенхонсу рассказывает нам, как он преодолевал ступени иерархической лестницы. В возрасте шестнадцати лет он стал жрецом (uвb) Амона и пробыл на этом посту четыре года. Когда ему исполнилось двадцать, он на двенадцать лет стал «божественным отцом» Амона, а в тридцать два – на пятнадцать лет третьим жрецом Амона. В сорок семь лет Бакенхонсу на двенадцать лет занял должность второго жреца Амона. В пятьдесят девять лет, благодаря своим выдающимся заслугам, он стал верховным жрецом и занимал этот пост двадцать семь лет. Среди своих должностных обязанностей Бакенхонсу особо упоминает «руководство всеми работами Амона», в ходе которых он возвел в Карнаке храм для Рамсеса II.

Бакенхонсу, по всей видимости, был предком семьи верховных жрецов (их статуи были найдены Леграном в ходе систематической расчистки развалин). Вот что рассказывает нам жрец Рои, живший в правление Мернептаха и Сети II: «Царь повелел, чтобы дети мои собрались в племя моей крови и стали верховными жрецами. Я – верховный жрец Амона, и сын мой – рядом со мной, он – второй жрец… Сын моего сына будет носить титулы четвертого жреца Амона и Божественного Отца». Начиная с этого времени жреческая семья возводила сооружения в Карнаке по собственному почину. Близ восьмого пилона был построен дворец верховных жрецов, непрестанно украшавшийся и расширявшийся. Фиванский округ превратился в религиозное княжество, ставшее своего рода хранителем царской традиции. За двадцать пять лет от Рамсеса III до Рамсеса IX на египетском троне сменилось шесть монархов, а в Фивах по-прежнему царил верховный жрец Рамсеснехт (впоследствии на этом посту его сменили сын Несамон и внук Аменхотеп). В храмовых рисунках верховный жрец теперь не уступает ростом фараону. Супруга жреца делила с ним власть, возглавляя гарем Амона и нося титул «Первой наложницы Бога». Впоследствии она потеснила царицу, лишив ее одной из существенных прерогатив.

Мы знаем, что, согласно династической доктрине божественного рождения, Амон-Ра являлся в Фивах супругом цариц и настоящим отцом юных царей, а царица соответственно именовалась «Супругой Бога» (hemt neter) (таков был, к примеру, титул Хатшепсут). Когда при Рамессидах царский двор избрал в качестве своей резиденции Пер-Рамсес в Дельте, Амон лишил царицу чести называться его супругой. С тех пор, судя по всему, эту роль исполняла жена верховного жреца. Далее мы увидим, какие политические последствия имело это решение в эпоху XXII династии. К концу XX династии наследование, которое велось по материнской линии сперва по древнему обычаю, а затем на основании брака царицы с Амоном, числилось уже среди привилегий семьи верховных жрецов.

После смерти Рамсеса II власть в Египте перешла к его реальным хозяевам. В Дельте представители знатного семейства из Таниса, происходившего от Рамсеса II и правившего Танисом и Мендесом (то есть древней Восточной Дельтой), короновались и стали считаться законными основателями XXI династии. Имена Смендеса, первого танитского царя, и его преемников на памятниках почти не упоминаются, они известны лишь благодаря своим родственным связям с верховными жрецами Фив.

В Фивах короной завладел верховный жрец Херихор. В своем первом картуше он называет себя «верховный жрец Амона». Его потомство, наследовавшее его жреческие обязанности, остается на виду в течение ста пятидесяти лет, времени правления в Египте XXI династии (илл. 53).

ФИВАНСКАЯ НОВАЯ ИМПЕРИЯ

Впервые со времен Менеса Египет, свободный от посягательств извне, был разделен на два царства – царство Юга, включавшее страну Куш, богатую золотыми рудниками и населенную негроидными племенами, из которого формировалось превосходное войско, а также центральную долину до Сиута; и царство Севера, находившееся в руках ливийских наемников под управлением египетской царской семьи из Таниса. Теоретически власть над страной была сосредоточена в Танисе, в руках потомков Рамсеса II. Правда, первый сын и преемник Херихора не был царем, но его внук, Панеджем I, взял в супруги дочь танитского царя и более сорока лет правил двумя Египтами, сначала сохраняя свой пост верховного жреца Амона, а впоследствии передав его своим сыновьям. После него во главе фиванского жречества стояла семья Херихора, а в Танисе правили три незначительных царя. Истинная власть, пусть даже и не осененная царским титулом, находилась в Фивах.

К этому времени культ Амона приобрел широкую популярность. Каждое важное для общественной жизни действо непременно должно было быть одобрено статуей Амона, то склонявшей голову, то жестикулировавшей в знак согласия или отказа. Статуя была сложно действующим механизмом, которым управляли специально выделенные для этой цели жрецы. В толще стен святилища были оборудованы тайники, из которых жрецы вещали вместо оракула. Царские указы были теперь указами Амона. Теократия эффективно заменила собой земную власть.

Кроме того, верховные жрецы, независимо от того, были они царями или нет, вполне искренно стремились действовать как подлинные преемники великих фиванских монархов. В то время как последние Рамессиды были бессильны предотвратить открытое и бесстыдное разграбление царских усыпальниц, Херихор и его преемники посещали некрополи Долин царей и цариц, восстанавливали гробницы и, чтобы спасти от надругательства и уничтожения хотя бы тела царей, извлекали их из саркофагов и укрывали в различных тайниках. Одним из таких тайников была яма за храмом Дейр-эль-Бахри, где три тысячелетия спустя, в 1881 году, мумии царей нашел Масперо.

В промежутке между двумя царствованиями Фив и Таниса, а также в правление каждого из них независимости удалось добиться и другим княжеским домам. Дни феодализма вернулись, однако цари XXI и XXII династий вряд ли даровали вольности. Вожди наемников брали их либо силой, либо пользуясь своим авторитетом. Приведу хорошо известный пример. В Гераклеополе, в Центральном Египте, Буювава, вождь ливийских наемников, захватил власть примерно в то время, когда царем был Панеджем I. Шестеро из его потомков поочередно носили титулы «Божественный отец Херишефа» (местный бог) и «Великий начальник машауаша» (название ливийского племени, поставлявшего наемников, – Mashau, Meshau). Седьмой, Шешонк I, завоевал Дельту и основал в Бубастисе XXII династию. Восьмым, девятым и десятым потомками Буювавы были цари Осоркон I, Такелот I и Осоркон II. Но Гераклеополь вновь стал независимым уделом, апанажем, управляемым царскими сыновьями, потомками Осоркона II, носившими титул «Наместник Юга,

Верховный жрец Гераклеополя, Главнокомандующий». Нам известны имена князей с одиннадцатого по шестнадцатый, продолжавших гераклеопольскую линию вплоть до тридцать девятого года правления Шешонка II.

Здесь следует отметить стойкость местных традиций. После падения Рамессидов Египет снова был разделен и, как в конце Древнего царства, состоял из трех областей – Дельты, региона Гераклеополя и региона Фив – трех крупных центров провинциальной жизни в условиях ослабления царской власти.

Ливийские цари XXII и XXIII династий Бубастиса были солдатами, чьей силой были находившиеся под их командованием воинственные племена машауаша. Чтобы быть уверенными в верности своих подданных, цари поселили их рядом с первыми ливийскими наемниками, которых ранее привел в Дельту Рамсес III. Подобно тому как Рамсес II наделил землей своих египетских воинов, Шешонк I отдал лучшие из Полей Фараона своим ливийцам. О Шешонке I Диодор говорит следующее: «Он избрал сильнейших и создал армию, достойную его великих деяний. Армия его включала 600 тысяч пехотинцев, 24 тысячи лошадей, 27 тысяч военных колесниц. Военачальниками царь назначил друзей юности, опытных в сражении и несравненных в доблести, число их превышало 1700. Сесострис отдал им лучшие земли, приносившие достойный доход, чтобы военачальники могли полностью посвятить себя войнам».

Кроме того, Диодор утверждает: «Третья и последняя часть земли отдана солдатам и всем, кто находится в подчинении у начальников милиции. Преданные стране, в которой находятся их земельные наделы, солдаты готовы доблестно сражаться, чтобы защитить их… Сыновья, вдохновленные примером отцов, упорно постигают солдатскую науку, доблесть и опыт делают их непобедимыми».

Весьма вероятно, что Шешонк определял правовой статус своих ливийцев по образу солдат-египтян и наемников Рамсеса II. С этой реорганизованной военной силой Шешонк попытался завоевать Палестину, но удержать Иерусалим, взятый штурмом в 925 году до н. э., не смог. Желая, по крайней мере, восстановить единство государства, Шешонк женил своего сына, Осоркона I, на дочери и законной наследнице последнего из танитских Рамессидов. Мальчика, рожденного в этом браке, назвали Шешонк II, он также стал верховным жрецом Амона. Таким образом, Фивы и Верхний Египет, со своим династическим богом, объединили силы с северными ливийцами.