Капкан для саламандры - Маргарита Александровна Гришаева

- Я не знала, - пропыхтела, снова пытаясь вырваться. – Но даже если бы знала, все равно бы сбежала. Учитывая, что моя уютная палата взорвалась, я сделала правильный выбор.

- Ты могла дождаться меня у Кастодии, - снова послышалось раздражение в его голосе, а я, устало вздохнув, перестала сопротивляться.

- Откуда я знала, что ты за мной придешь? Что тебе вообще не все равно? – пробурчала, зарываясь носом в порванную рубашку на горячей груди.

- Да, нам еще предстоит научится разговаривать друг с другом, - устало вздохнул он, зарывшись рукой в мои волосы.

Немного потянув за них, заставил меня запрокинуть голову, чтобы поймать в ловушку своего пронизывающего ледяного взгляда.

- Ты не будешь разбираться со всем этим в одиночку, - решительно заявили мне.

Я только рот открыла, чтобы высказаться, но мне и этого не дали.

- Не будешь, Лора! - рыкнули угрожающе мне. – Можешь ругаться, драться и прочее, но от меня тебе теперь не избавиться. Я уже понял, что на твои слова лучше вообще не обращать внимания.

Я бы высказалась и по этому поводу, но кто бы мне дал.

- Я отведу тебя в безопасное место, а там мы подумаем, кто же так желает до тебя добраться. А после того, как разберемся с твоим преследователем, решим, как жить дальше, понятно? – сверлили меня непробиваемо уверенным взглядом мужчины «всё для себя решившего».

Я немного покривилась, но потом все же кивнула. В общем-то, мало ли, что он там для себя решил. Я тоже может это сделала. В одном он прав, сначала мне нужно безопасное место и разобраться с преследователем. Проблемы неустроенной личной жизни можно и потом обсудить.

- Вот и прекрасно, - удовлетворенно кивнул Вайнн, а потом потянул с меня все накрученные до этого меха. – А теперь показывай, где тебя поранили, я чую кровь.

Все мои многочисленные царапины и укусы он обрабатывал молча хмурясь. Потом в меня влили несколько мерзких зелий, явно не из моих запасов, и, наконец, снова завернув во все имеющиеся у нас тёплые вещи, уложили поверх себя на старой кровати, скрипнувшей под нашим весом, сжав в медвежьих объятьях.

Я, конечно, пыталась возразить, что уже вполне согрелась, но кто бы меня слушал. И несмотря на все еще копошащиеся внутри осколки обиды, я не могла не признать – засыпать, прижавшись щекой к горячей груди и чувствуя размеренное дыхание под собой, было гораздо приятнее и уютней.

Очередное состояние «не сна» настигло меня где-то перед рассветом. И это несмотря на то, что меньше суток назад хвостатая паршивка божилась, что сил у нее не осталось. Но, видимо, проблема нашего благополучия слишком взбаламутила огненное создание, раз она продолжала шевыряться в общей памяти.

Правда, стоило признать, что на этот раз это были даже не воспоминания, а так – куцые обрывки прошлого. Несколько обрывочных картинок.

Так что проснувшись серым утром в уже пустой, но все еще горячей кровати, мне было над чем тихо поразмыслить в одиночестве.

Во-первых, чешуйчатая напомнила мне, как многоуважаемый завкафедры еще несколько раз после того случая пытался выведать у меня причины столь стремительного завершения карьеры следователя. Причем настолько аккуратно и ненавязчиво это делал, что сама я про это вообще не помнила. Помимо странной заинтересованности моим прошлым он предлагал мне пройти тест на определение уровня. Поразительно, что я не обратила на это внимание. С другой стороны, это было довольно давно и, учитывая, что он наш начальник, даже не было подозрительным. Что-то там промелькнуло тогда в разговоре о повышении квалификации и получении звания магистра, потому и не казалось странным. Вот только меня академическая деятельность не слишком вдохновляла, поэтому я даже заморачиваться не стала. Но после последних событий эти два факта вызывали подозрения.

До «во-вторых» я додумалась уже сама, вдохновленная всеми показанными воспоминаниями. Альберт и его заклинания. Ведь после того не слишком удачного опыта, я еще не раз и не два работала испытателем. И хоть вполне разбиралась в том, что именно должно делать каждое пробуемое мною заклинание, я все же практик, а не теоретик. В общем-то, все они были не слишком сложными и не особо полезными, так может в этом и странность? Какова вероятность, что во всех сложных расчётах, в которые я не особо вникала, скрывалось потайное дно? Возможно ли, что на самом деле, он пытался этими опытами определить уровень моей силы или ее истоки? Не знаю, а раз так, значит отбрасывать эту теорию нельзя. Не помню, чтобы хоть одно из них, кроме самого первого, существенно затрагивало мой резерв, но ведь и необязательно тратить его весь, чтобы определить объем?

В целом, хоть эти размышления и слегка подсократили список подозреваемых, но совершенно не радовали. Да и старушку рано было полностью исключать. Все же то, что только с ней в тот злополучный день я угощалась чаем, вносило весомый вклад в мои подозрения. Но, пожалуй, пока стоило сконцентрироваться на Тайлорене и Альберте.

Но самым главным вопросом оставалось – зачем? Ради загадочного способа увеличения магического резерва? Хоть это и единственно возможный вариант, это все еще звучало весьма сомнительно. Тайлорен и без дополнений был весьма силен, хоть уже и не молод. По моим средним прикидкам, я даже в купе с мощью огненной едва дотягивала до его уровня. Да и в целом наличие хвостатого сознания в большей степени увеличило мастерство, чем общую мощь. То есть, предполагаю, что самого сильного мага империи из него не сделает даже соседство с ящерицей, а в таком случае, на мой взгляд, игра не стоит свеч.

С Альбертом же случай обратный. Собственной магии у него кот наплакал – поэтому и пошел в теоретики. Сила саламандры не бесконечная. Даже с ее помощью он едва дотянет до выше среднего. Значит, опять-таки, если ты не можешь получить максимума – зачем напрягаться?

Остается предполагать, что меня посчитали куда более сильной, чем я есть на самом деле, поэтому и пытаются захватить с такой маниакальной навязчивостью. С другой стороны, если считаю очень сильной, то эти попытки нападений смотрятся неправдоподобно.

Сплошная чушь какая-то.

Из медитативно-сонного размышления меня вырвал методичный стук. Разлепив глаза, я несколько мгновений пялилась в пыльную пустоту комнаты, мимоходом отметив, что место мелкого на печи тоже пустовало. Наконец, вздохнув, заставила себя вылезти из кровати.

Оставив на плечах лишь собственный плащ и тихо постанывая