Капкан для саламандры - Маргарита Александровна Гришаева

испуганным криком роняя наши вещи, бросился ко мне мелкий. – Флора, что с тобой, тебе плохо?

- Спокойно, зайчик, без паники, - скривившись от спазма скручивающего мышцы, постаралась улыбнуться. – Всего лишь магическое истощение и усталость. Отосплюсь и буду как новенькая.

Мальчишка облегченно выдохнул, а потом, бросив взгляд на только что обернувшегося блондина, тихо пробурчал под нос:

- Я не зайчик…

Я хрипло рассмеялась в ответ.

- Конечно, не зайчик, - преодолев спазм, протянула руку и потрепала мальчишку по голове. – Ты трех волколаков пристрелил, и даже мне в спину ни разу не попал. Когда я в первый раз взяла в руки арбалет, то прикончила портрет своего достопочтенного родственника, висевший на другом конце оружейной.

- Зная тебя, предположу, что именно в него ты и целилась, - внезапно заметил Вайнн, поднимая меня с земли на руки и заворачивая в собственный полушубок.

- Почти, - хмыкнула в ответ, ощущая некоторую неловкость от того, что такая беспомощная.

На сама деле целилась я тогда в антикварную вазу неподалеку от портрета. Буквально за день до этого эпохального события у меня проснулась магия. А моя мамаша, вместо того, чтобы хвастаться перед великосветскими подружками своей талантливой дочерью, восхищенно щебетала о баснословно дорогом куске фарфора, что приобрела тем же днем. В пять лет, я еще испытывала чувство ревности ко всем ее безделушкам. Впрочем, к семи, научилась сдерживаться.

- Донесешь сумку? – строго спросил мужчина у молчаливо хлопающего на него глазами Нира, и дождавшись положительного ответа, уверенным шагом направился в старый домик.

- Удачно мы на него наткнулись, - пробормотала, когда он поднимался по скрипучему и покосившемуся, но все же вполне крепкому крыльцу. Мысль о том, что в моем печально состоянии пришлось бы еще и ночевать на земле, откровенно пугала.

- Не наткнулись. Я знал, что здесь охотничий домик, - заметил Вайнн в ответ, ногой открывая дверь и чуть пригнувшись шагая в темноту комнаты.

- Откуда? – подняла на него удивленный взгляд, хотя и не могла разглядеть в сумраке лица.

Тихи щелчок, и над нами взвился маленький шарик света, заставляя меня вздрогнуть. В холодном свете магического огонька взгляд Вайнна казался мне еще более пронизывающим. Но, пожалуй, вот ледяным, как обычно, я его назвать не могла. О, нет, там бушевало множество эмоций, вот только ни с одной из них я определиться не могла. Ясно понимала лишь одно – ничего хорошего они мне не сулят, так что поспешила отвести взгляд.

- В дне пути отсюда земли моего клана, - раздавшийся неожиданный ответ, заставил меня резко обернуться к нему обратно. – Я хорошо знаю здешние места.

Шикарно, Лора. А не в эти ли самые земли ты и топала? Просто чудесно, он мог даже и не пытаться выследить тебя по крови – сама бы через денек притопала. Надо же так удачно направление выбрать.

Не желая снова испытывать на себе силу его взгляда, принялась быстро осматривать наше временное убежище.

В целом типичный охотничий домик – каменная печь в углу, потрепанные и припорошенные пылью стол и стулья, и небольшая кровать с соломенным тюфяком. Не густо, но гораздо лучше холодной земли и мехового плаща. А они бы мне этой ночью не помогли, отчетливо поняла, чувствуя, как волна дрожи сотрясает мое бедное тельце.

Почувствовала это не только я.

Вайнн аккуратно пристроил меня на стуле, что был ближе к печке и потребовал у мелкого выудить еще вещей. В итоге я оказалась замотана я аж в три плаща, а мужчины не сговариваясь занялись обеспечением моего комфорта. Мелкого ледяной быстро приплел сообразить нам что-нибудь из запасов еды, а сам, закинув в печь пару деревяшек, валявшихся рядом, отправился добывать еще топлива.

Огнивом послужила я и то с трудом. С третьего щелчка мне удалось выдать слабенькую искорку, которой к счастью хватило, чтобы старые дровишки занялись. А потом мы с чешуйчатой чуть ни подрагивали от нетерпения, ожидая пока огонь разгорится получше, чтобы сунуть ладони в самое пламя, чуть не подпалив меха, накрученного вокруг меня.

Нир несколько мгновений пораженно наблюдал это действие, а потом всполошился, и продолжил стряхивать со скудной мебели пыль, чтобы начать выкладывать провизию. Да и потом мальчишка послушно выполнял все указания Вайнна, вернувшегося слегка промокшим, ни разу не возразив и чуть ли не в рот заглядывая. Я даже позавидовала слегка – сразу виден родительский опыт.

Возню вокруг я отмечала с трудом, сконцентрировавшись на том, чтобы согреться. Только разок подвинулась, чтобы позволить пристроить рядом со своими руками котелок для отвара. Зато к тому времени, когда мы все же уселись перекусить, чувствовала себя уже ближе к человеку, чем к ледяной статуе.

Ели молча. Нир кидал вопросительные и недоуменные взгляды с меня на ледяного, а вот мы друг друга практически игнорировали. И закончив с перекусом, я настояла на том, чтобы уложить мелкого спать на печь, несмотря на его сопротивление и заявления, что самая замерзшая тут я. Но словив от меня суровый взгляд и показательный вид кулака, понуро заполз наверх. Еще более недовольно глотнул из всунутой ему в руки фляжки. Совесть, конечно, вяло трепыхнулась, напомнив, что спаивать мелкого не дело, но заткнулась, под напором аргументов, что, если он сейчас заболеет будет хуже. Вайнн за нашими препирательствами наблюдал молча, не вмешиваясь.

Наконец, уложив Нира и подоткнув вокруг меховой плащ, я слегка улыбнулась сонно моргавшему личику.

- Ты молодец, - проговорила тихо, зная, что он расслышит и погладила по взъерошенной голове. – Ты мне сегодня очень помог и хорошо постарался.

- Правда? – радостно улыбнулся мальчишка, уже засыпая. – Я рад. Флора… - замялся на мгновение, и склонившись поближе ко мне прошептал едва слышно, - а это кто?

Я с трудом сдержалась, чтобы не оглянуться, понимая, что мужчина позади все равно его слышал и наблюдает.

- Это… друг, - немного замявшись ответила, - можно сказать коллега.

Не буду же я сейчас объяснить мелкому все тонкости наших взаимоотношений, в которых и сама не слишком разбиралась.

- Спи, - приказала и так уже почти отключившемуся мальчишке.

А потом устало проследовала к облюбованному мною стулу у огня, и завороженно уставилась на пламя.

Мне то поспать скоро точно не светит. А вот светит мне разговор, которого хотелось бы избежать, но не получится. Как бы там ни было. Первой его начинать я не желала, да и стоило дождаться пока уснет мелкий, прежде