"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Я же просил тебя разбудить перед Итоном?! — Возмущённым тоном сказал я. — Ты чего?

— Будил. Вы, монсеньор, меня своими сапогами всего испинали.

Стефан показал свой грязный в глине камзол и плащ. Он сидел на «запятках» коляски и как-то умудрился перелезть на ходу во внутрь.

Тем временем, мы подъехали к патрулю, который, на удивление, просто расступился, пропустив коляску мимо. Конные гвардейцы, одетые в кожаные, длинной ниже колен, куртки, надетые поверх кольчуг, просто проводили нас взглядами, но отправили вслед конного сопровождающего.

Коляска, обогнув крепость вдоль рва, остановилась возле поднятого моста южных замковых ворот.

Я опустил складывающуюся крышу коляски и пересел лицом по ходу движения. Таких замков я ещё не видел. Мощные тяжёлые стены угрожающе нависали. Стражники смотрели сверху спокойно и с интересом.

— Представьтесь, монсеньёр, — послышалось с башни.

— Питер Диаш, — лорд-распорядитель. К королю, — крикнул Стефан.

Мост стал опускаться сразу, как только прозвучало моё имя.

— Здесь нет тумана… Хорошо, — сказал я, спеша за королевским пажом, по дорожке посыпанной мраморной крошкой.

— Вы, милорд, как нельзя кстати. Генрих только что вышел на променад. И не обращайте внимание на его окружение. Там есть абсолютные идиоты, в том числе и братья Гилдфорды. С которыми вы встречались в прошлом году.

Паж хихикнул.

Король со свитой гулял по зелёному парку, больше напоминавшему огород. Увидев меня, король выпрямился, обтирая платком пучок моркови от земли.

— Питер! Как я рад вас видеть! — Почти искренне обрадовался король. — Хотите морковь? Угощайтесь!

Генрих протянул пучок, зажатый им за ботву. Я поклонился и протянул руку, намереваясь взять одну.

— Берите всё. Вместе с платком.

Король положил пучок в свой большой белый платок с большим королевским вензелем в центре и передал его мне.

Приняв морковку и начав машинально её обтирать, я сказал:

— Хороший сад, но он скорее всего убьёт башню.

— Почему? — Удивился король, оглянувшись на почти круглый двухуровневый замок.

— Вода подмывает основание, просачиваясь. Рыхлые почвы холма не удержат замок. Нужен камень. Для башни нужен камень. Много крепкого камня. Плотно подогнанного друг к другу.

— Ваши метафоры всегда меня ошеломляли, милорд.

— Ну, какие же это метафоры? Это жизненные принципы. Основа — основ.

— Познакомьтесь, сэр с моей опорой… Этих двоих вы знаете… Гилдфорды… Это — сэр Арчибальд Дуглас шотландский барон. Это — Сэр Уильям Годольфин — рыцарь, сын Джона Годольфина, верховного шерифа Корнуолла, которого вы недавно заменили своим… э-э-э… содержантом.

Рыцарь находился рядом с королём в полном боевом снаряжении, вооружённый мечом.

— Это — сэр Виллем, граф Нассау… Это где-то в Империи… Через пролив. Это — сэр Генри Коули, адвокат Мидл-Темпла. А это, господа, Питер Диаш — мой лорд-распорядитель, которого за десять лет не многие из вас видели в лицо, такой он таинственный и неугомонный.

Присутствующие поклонились мне, причём братья Гилдфорды особо приветливо. Вероятно, потому, что в отличии от Чарлза Брэнтона, они выжили, и только благодаря моей «доброй воле».

После прошлогодней дуэли мы правильно сделали, что вернулись к королю. Король находился в Тауэре и выслушав мой рассказ, эмоциональный и красочный, вскипел гневом и был готов безжалостно расправиться с фаворитами, но Брэнтон через десять суток отошёл в мир иной, а братья Гилдфоры, так долго «лечились», что Генрих заскучал и простил.

— Мы рассуждаем о войне, милорд. Что вы о ней думаете? Вам, наверняка, есть, что сказать, хоть вы в Империи вели только невидимые войны.

— Я, мессер, не полководец. Я больше по внутренним делам. И про большую войну знаю в основном от мудрецов. Например, в Чине давным-давно был такой мудрый военачальник Сунь Цзы…

— Суньцы? — Переспросил Генрих.

— Да. Он говорил, что мобилизация народа для войны и введение в действие армии должны осуществляться со всей серьезностью. Целью всей фундаментальной стратегии должно стать создание условий для того, чтобы население процветало и было довольным, дабы его желание подчиняться правителю не могло быть даже поставлено под сомнение.

— Население процветало… — задумчиво сказал Генрих. — Это что-то новое. Наши люди так живут?

— Не думаю, мессер. Полагаю, это идеалистический труд, но и в нём можно почерпнуть полезное.

— Что именно?

— Он пишет, что очень важны дипломатические инициативы, чтобы избежать войны, и добиться желаемого мирным путём.

— Это не всегда возможно, — сказал король.

— Это — идиллия, мессер. Но я поддерживаю его концепцию тайной войны: разрушение планов и союзов противника, а также срыва его стратегии. Это мне понятно и близко.

— И мне это нравится, Питер. Где бы ещё найти таких… помощников?

Я со значением посмотрел на короля и Генрих сказал:

— Но об этом, чуть позже… Говорите, Питер…

— Тактика чинцев — уклонение от столкновений. Она нам не совсем подходит. Хотя… Я бы ещё подумал. При такой тактике, малыми силами можно победить большие. В основе концепции Суньцзы лежит управление врагом, создающее возможности легкой победы. Ради этого он составляет классификацию типов местности и их использования; выдвигает различные способы распознавания, управления и ослабления врага.

Основной принцип следующий: «Идти вперед туда, где не ждут; атаковать там, где не подготовились». Этот принцип может быть реализован только благодаря секретности всех действий и информированности, полному самоконтролю и железной дисциплине в армии, и также «непостижимости». Война — это путь обмана, постоянной организации ложных выпадов, распространения дезинформации, использования уловок и хитростей. Когда такой обман хитроумно задуман и эффектно применен, противник не будет знать, где атаковать, какие силы использовать и, таким образом, будет обречен на фатальные ошибки.

— Мудрёно… Но, чувствуется, что этот… Суньцы — великий стратег и тактик. Но у нас это вряд ли выполнимо. Кто у нас этим будет заниматься? Не хочу никого обидеть, но я не вижу вокруг себя такого уровня помощников.

— Их надо учить, мессер. Мы в Кембридже открыли военный колледж. Без теологии, мессер. Только война, математика и немного риторики.

— Но у него речь идёт о тайной войне.

— Самых способных мы учим и этой дисциплине. На факультете дипломатии.

— Но где вы набрали профессоров, — изумлённо спросил король. — Кто читает лекции?

— Мы нашли, мессер. Таких профессоров, в мире пока нет, — скромно потупив глаза, произнёс я, — но мы нашли.

— Вы позволите посетить лекцию?

— Безусловно, мой король, но приходите один. Это лекции с ограниченным правом посещения. На лекциях студенты сидят в масках.

— Вот видите, господа, как интересно! — Воскликнул король. — Мы многого не знаем, что происходит в нашем королевстве!

— Сэр Мартин — большой энтузиаст и, не побоюсь этого слова, — самородок, — сказал я. — Но… Мне очень неловко, господа, мессер… Я вдруг стал центром внимания в вашей компании. Позвольте предложить другую тему для разговора, мой король?

— Какую? — Удивлённо спросил король.

— О бабах. Пардон, о женщинах. Мне из Франции привезли намедни один пикантный анекдот. Метёт рано утром в Париже улицу дворник… Вжик-вжик, вжик-вжик-вжик, вжик. Из окна высовывается голый господин и говорит: «Вы, Жак, сбиваете с ритма весь квартал». Вжик-вжик-вжик-вжик-вжик.

— Ха-ха-ха!!!

— А ещё, — продолжил я. — Французский пикник. Дама говорит: — «Мсье, немедленно выньте руку… да не вы… да не эту… да не оттуда…»

— ………..

— Вы, Питер, ещё и проказник, — сказал король, вытирая слёзы. — Кстати о бабах… У меня новая фаворитка… Это, господа, нечто… Рекомендую…

— Ха-ха-ха…

Малый зал приёмов круглой башни представлял из себя помещение с дугообразной стеной и имело два высоких окна, между которыми стояло королевское кресло, обтянутое синим велюром. До этого замка наши гарнитуры ещё не добрались. Перед ним, на значительном отдалении, стояли на гнутых ножках стулья без спинок, но с мягкими, обтянутыми велюром того же цвета, сиденьями.