Сборник 'В чужом теле. Глава 1' - Ричард Карл Лаймон

class="p1">- Точно. Я ничего такого не говорю.

- Что ж, хорошо.

- Ну и я как бы не говорю, что с ней что-то не так. Тоже ничего такого. Я просто говорю, что вы с ней даже не женаты, а она уже тебя загнала под каблук, и ты все время боишься сделать что-то не то, лишь бы она на тебя не разозлилась.

- Я люблю ее, - сказал Нил.

И почувствовал, что произнес эти слова слишком легко.

- Ну, как скажешь. Но вот только, есть у меня мыслишка, что меня ты любишь больше, чем ее.

- Ты рехнулась. Я тебя едва знаю.

- Не забывай, дружочек, я была у тебя в голове, - подчеркивая ударение на каждом слове, будто осваивая новый язык, она повторила более грамотно, - Я... была... в твоей... голове.

(1) Галстук-боло (bolo tie) - галстук из кожаного шнурка, украшенный металлическими наконечниками и декоративной пряжкой. Считается традиционным аксессуаром запада США.

(2) Чапсы (chaps), или чаппарахос - ковбойские кожаные штаны. Рабочая одежда, надеваемая для верховой езды поверх обычных штанов.

Лаймон Ричард

В чужом теле. Глава 31

Глава 31

После трапезы Нил расплатился кредиткой.

Когда они выходили из ресторана, его взгляд упал на часы.

Без десяти семь.

- На свиданку опаздываешь? - спросила Сью.

- Парк в десять закрывается.

- Знаешь, чего думаю? - предложила она, - Нам надо с тобой по-быстрому идти сразу на горки, а магазины и всякое прочее оставить на потом. Согласен?

- Согласен.

- Ну вот и договорились! - улыбнувшись, Сью взяла его за руку, - Спасибо за ужин. Вкуснятина. Ребрышки - вообще, просто язык проглотишь.

- Да, очень даже неплохие.

- Я нормально сейчас сказала?

- Вполне.

- А ты заметил, как я не сказала "ваще".

- Заметил.

- Действительно же очень вкусно было, - сказала она, тщательно выговаривая каждое слово.

- Да, было.

Тогда, за ужином, Нил лишь смутно заметил, насколько сладкими и пряными были ребрышки. Большую часть времени он не мог сконцентрироваться на еде. Мысли в голове путались - и не столько из-за выпивки, сколько из-за Сью. Сердце колотилось слишком быстро. На протяжении всей трапезы у него был комок в горле, а также постоянная эрекция разной степени напряженности в штанах.

Ничуть не помогло, когда она сообщила о своем "безкальсонном" статусе.

Также не помогло наблюдение за тем, как она причмокивала и слизывала липкий соус со своих пальцев, периодически удовлетворенно постанывая и закатывая глаза.

Зато помогло нечто иное.

Незадолго до прибытия еды, Сью перевела разговор на тему, которая не имела никакого отношения ни к женщинам, ни к наличию или отсутствию белья на ком-либо.

- Не то чтоб я прям ваще не знаю, как по-нормальному говорить. Просто никогда особо не приходилось. Повода не было там, то-сё. Слышь, а давай, ты мне покажешь, чего и как я там неправильно говорю?

- Ты уверена, что хочешь на это тратить время?

- Конечно. Оно мне надо, тебя позорить? И тебе оно надо, когда я болтаю как Джед Клампетт?(1) Блин, ты же у нас большой голливудский сценарист.

Нил рассмеялся.

- Не настолько большой. Может, когда-нибудь стану.

- Ну короче, меня срочняком надо научить как чётенько базарить, без всякого там.

Судя по ее ухмылке, над последней фразой она специально постаралась.

- Что ж, - сказал Нил, - давай попробуем...

После этого, в любую минуту, когда они не пили коктейли, не жевали еду и не пытались слизать вездесущий соус со своих пальцев, все их разговоры касались улучшения речевых навыков Сью.

Нилу помогло поработать немного учителем словесности. Он мог сконцентрироваться на том, что знал и умел, не отвлекаясь на прочее. По крайней мере, какое-то время.

Но ему так и не удалось ни на мгновение освободиться от знания, что Сью прекрасно осведомлена о его чувствах.

Она знает, что я в нее втюрился.

У нее под юбкой ничего нет.

К моменту выхода из гриль-бара "Сочные ребрышки", он чувствовал себя вымотанным как после тяжелой работы. Судя по времени на наручных часах, парк должен был закрыться часа через три.

Нил и Сью пошли, держась за руки, ко входу в дальнем конце частокола.

Солнце только-только скрылось за горами на западе.

Теперь вся гряда была подсвечена ослепительно-золотым сиянием, которое исчезло, когда они прошли под кривоватым деревянным знаком, где можно было прочитать: НЕОСВОЕННЫЕ ТЕРРИТОРИИ.

- Ну, что ж, - произнес Нил.

Сью сжала его ладонь и ухмыльнулась.

- Это настоящее. - сообщил он.

- В смысле? Настоящее что?

- Карнавал.

Хотя солнце едва успело сесть, все огни в Неосвоенных Территориях ярко горели, наполняя сумерки красным, зеленым и желтым.

Десятки переливающихся разноцветных огней. И шум. Ярмарочный шум.

Гудки каллиопы(2), бренчание банджо, грохот и рев американских горок, крики и визги, возгласы зазывалы, баханье выстрелов из тира, звон колокольчиков... другие звуки, которые Нил не мог ни различить, ни опознать. Карнавальный шум. И карнавальные запахи сигарного дыма, сладкой ваты, попкорна, выпивки, парфюма и лосьона для загара...

И люди.

Не гигантские толпы, что всегда присутствуют в Диснейленде, Волшебной Горе и тому подобных парках, но гораздо больше народу, чем Нил ожидал встретить в таком месте, как Форт. Они не могли все быть местными. Нил мог предположить, что некоторые приехали из таких городов как Рино, Спаркс, или с озера Тахо...

Можно было различить ковбоев, дальнобойщиков, плотников, официанток, студентов, туристов с рюкзаками, учителей, великовозрастных хиппи, бойких пенсионеров. Были молодые супружеские пары. Маленькие дети на колясках и в рюкзаках родителей. Дети постарше, с криками бегающие туда-сюда.

Стайки подростков-старшеклассников, что пытались выглядеть крутыми взрослыми мужиками. Стайки старшеклассниц, что жевали жвачки, перешептывались и хихикали. И юные парочки, что гуляли, мило держась