День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— В нашем квадрате обнаружены нарушители. Приказано задержать. Высажу вас за километр, чтобы не спугнуть.

Командир отделения только кивнул в ответ, передернув затвор лежавшей у него на коленях компактной штурмовой винтовки QBZ-95. Остальные солдаты тоже одновременно зарядили свое оружие — винтовки и легкие ручные пулеметы. Вертолет снизился, зависая над лесной прогалиной, окруженной со всех стороны древними елями, пронзавшими небо своими заостренными вершинами. Шасси Z-9 остались втянутыми в фюзеляж, лишь сдвинулся в сторону широкий люк в его камуфлированном борту, и девять бойцов Сорок третьей воздушно-десантной дивизии один за другим плавно спрыгнули вниз. Тотчас откатываясь в стороны, десантники заняли круговую оборону, направив стволы автоматов и пулеметов в сторону зловещего леса, пока вертолет не набрал вновь высоту, растворяясь в ночном небе.

— Рядовой Лю, — командир отделения подозвал одного из своих бойцов, и тот, прежде неподвижный, будто враз окаменели все мышцы в его теле, бесшумно скользнул к офицеру. — Рядовой Лю, в головной дозор! Вести наблюдение по ходу движения! Остальным — прикрывать фланги! Направление движения — запад!

— Есть!

Китайские десантники построились, сдвинули на лица очки ночного видения, мгновенно рассеявшие ночной сумрак, и, держа оружие наизготовку, двинулись вглубь чащи. Рядовой Лю двигался первым. Он шел бесшумно, не касаясь ни одной веточки, пробираясь сквозь встававшие на пути заросли, словно бесплотный дух. Ступни, сдавленные десантными ботинками, перекатывались с пятки на носок по устилавшему землю ковру опавшей хвои, листвы, обычного лесного мусора. Китайский солдат вел наблюдение посредством тепловизионного прицела, установленного на его полуавтоматической снайперской винтовке QBU-88, затыльник которой был плотно вжат в плечо бойца, готового открыть огонь.

Китайские солдаты из элитной десантной дивизии уверенно шли сквозь лес, с каждым шагом приближаясь к цели. Они были отлично подготовлены и действовали слаженно и четко, как части единого механизма, идеально пригнанные друг к другу. Но те, вокруг кого медленно, но верно смыкалось кольцо облавы, тоже не были новичками в дремучей тайге.

Двое мужчин, пробиравшихся по зарослям, тоже ступали беззвучно, по въевшейся в кровь и не раз спасавшей их жизни привычке стараясь не выдать своего присутствия. Тот, что шел первым, был бородат, кряжист, одет в затертую «горку». Его выглядевший моложе напарник, такой же крепко сбитый, оделся в старую армейскую «флору». Из-за плеч обоих торчали ружейные стволы. В какой-то миг бородач застыл, и второй тоже замер, будто вкопанный, шепотом окликнув спутника:

— Митрич, что чуешь?

— Вертолет, Потап, — выдохнул бородатый, касаясь ремня своей винтовки. — Где-то рядом кружит. Кажись, егеря!

Парень во «флоре» от души выругался, принявшись вертеть головой по сторонам. Едва слышный стрекот вертолетного винта, звук, который браконьер ни с чем бы в жизни не спутал, откатился куда-то за горизонт и затих, но что-то мешало расслабиться. Потап стащил с плеча свой верный, надежный и мощный карабин «Архар», охотничью версию знаменитого СКС, лишенную штыка, но снабженную креплением для оптического прицела, на оружии молодого таежника ныне отсутствовавшего. Оттянув назад рукоятку заряжания, он дослал патрон в ствол, испугавшись лязга затвора, прозвучавшего в лесной тишине настоящим набатом.

Покосившись на своего напарника, бородатый Митрич тоже стянул с плеча оружие, старый немецкий «маузер» калибра 7,92 миллиметра, доставший от давно покойного отца, прошедшего давнюю войну от Волги до Эльбы. Хорошо смазанный затвор бесшумно отошел назад и вернулся в исходное положение, запирая в стволе патрон, один из пяти, набитых в магазин. Охотники переглянулись, и именно в этот момент их увидел в окуляре своего прицела рядовой Лю из Народно-освободительной армии Китая.

— Двое мужчин с оружием, — произнес он в укрепленный возле уголка рта проводок-микрофон. — По виду — гражданские!

— Окружить! Открывать огонь при малейшей угрозе!

Десантники двинулись вперед, готовые обрушить на противника шквал пуль. Оружие их давно было взведено и снято с предохранителей, и оставалось только нажать на спуск, посылая во врагов свинцовую смерть.

— Чу! — Митрич, для которого жуткий лес был привычнее и роднее собственного дома в дальней деревне, вскинул карабин, услышав что-то, что заставило сердце замереть на мгновение. — Рядом есть кто-то!

— Охотнадзор, что ли?

— Эти красться бы не стали, — буркнул в бороду браконьер, а затем, резко развернувшись на пятках и вбив каблуки добротных кирзачей в землю, выстрелил. Он бил на звук, как умел еще с юности. Митрич, выбравшийся на охоту незаконно, без путевки, даже не имея охотбилета, не колебался, спуская курок. Неважно, кто укрывался в чаще, но добрый человек подкрадываться по-воровски не стал бы точно.

Громовым раскатом грянул выстрел. Пуля весом двадцать семь граммов пробила листву, ударив в верхнюю часть груди стоявшего за ней китайского десантника. Бронежилет частично принял на себя энергию, заключенную в небольшом кусочке металла, вылетевшего из ствола на скорости восемьсот метров в секунду, но спасти своего владельца не смог. Солдата чудовищным ударом сбило с ног, швыряя назад, в заросли пихты.

— Огонь! — прошипел в микрофон командир отделения и вдавил до упора показавшийся непривычно тугим спусковой крючок, привычно «поймав» плечом отдачу.

Семь стволов разом изрыгнули свинец, накрыв полянку стальной пургой. Несколько летевших намного быстрее звука «ос» калибра 5,8 миллиметра, выпущенных из китайских автоматов QBZ-95, впились в живот Митричу, а одна, расщепив приклад вскинутого к плечу «маузера», пробила шею. Браконьер, хрипя и захлебываясь в собственной крови, хлеставшей из разорванных артерий, повалился на землю.

Потап, услышав стрекот выстрелов, упал там, где стоял, и только поэтому уцелел под кинжальным огнем скрывавшихся в чаще противников. Откатившись в сторону и крепко прижав к груди карабин, высшую ценность, какую только можно было представить в подобной ситуации, охотник слышал, как пули с хрустом и визгом терзают древесину послужившей ему укрытием старой лиственницы. Ему не впервые приходилось оказываться под обстрелом, но никогда прежде — ночью, с трудом представляя, сколько рядом может быть врагов и вовсе не зная, где они находятся.

Стрельба прекратилась, и из кустов, что росли метрах в ста, послушался треск, сопровождавший чьи-то шаги. Не колеблясь, Потап вскинул карабин, открыв огонь в сторону источника звука. «Архар» в его руках норовисто дернулся раз, другой, третий, выплевывая под бок охотнику горячие гильзы. Он не мог видеть результаты стрельбы и не знал, что одна из выпущенных 9,7-граммовых экспансивных пуль калибра 7,62 снесла половину лица командиру китайских десантников, под подошвой ботинка которого предательски хрустнула мгновение назад сухая веточка.