Сага Гарри Поттера - Джоан Роулинг

— Отдайте это мне!

— Гарри, ты не должен! — завопила Гермиона, поскольку Мундугнус начал синеть.

Гарри почувствовал, что его руки отлетели от горла Мундугнуса — это был удар. Задыхаясь, Мундугнус воспользовался моментом пока Гарри приходил в себя, и — БАМ-с! — он дезаппарировал.

Гарри закричал во весь голос, вращаясь на месте, чтобы увидеть, куда Мундугнус ушел.

— ВЕРНИТЕСЬ! ВЫ ВОР!…

— Нет никакого смысла, Гарри, — произнес голос, и из неоткуда появилась Тонкс — с мышиного цвета волосами, покрытыми снегом. — Сейчас Мундугнус вероятно в Лондоне, не имеет смысла так вопить.

— Он украл пряжку Сириуса! Он украл!

— Да, но, тем не менее, — сказала Тонкс, как будто была совершенно не удивлена этой новостью, — вам лучше не стоять на холоде.

Она проследила, как они вошли в «Три Метлы», а сама осталась стоять на месте. Но Гарри не сдержался, и вновь завопил:

— Он украл метку Сириуса!

— Я знаю, Гарри, но, пожалуйста, не кричи, люди смотрят, — прошептала Гермиона. — Иди и сядь за столик, я принесу тебя попить.

Гарри все еще кипятился, когда Гермиона вернулась к их столику несколько минут спустя, держа в руках три бутылки сливочного пива.

— Разве Орден не может управлять Мундугнусом? — потребовал ответа Гарри, говоря разъяренным шепотом. — Они не могут по крайней мере остановить его?

— Ш-ш-ш! — отчаянно зашипела Гермиона, озираясь по сторонам, чтобы удостовериться, что никто ничего не слышит; несколько колдунов, сидящих рядом, с интересом за ними наблюдали, и Забини, развалившись против столба, сидел недалеко. — Гарри, я не в себе! Я понимаю, он украл твои вещи, но…

Гарри хлебнул немного сливочного пива; на мгновение он даже забыл про Гриммаунд-Плейс, дом 12.

— Да, — это моя вещь! — сказал он. — Неудивительно, что он не был рад меня видеть! Ладно, я расскажу все Дамблдору, похоже, он и сейчас единственный, кого Мундугнус еще боится!

— Хорошая идея! — прошептала Гермиона, радуясь, что Гарри успокаивается. — Эй, Рон, что с тобой?

— Ничего, — сказал Рон, торопливо отводя глаза от бара с напитками. Но Гарри знал, что он пробовал попасться на глаза соблазнительной и привлекательной буфетчицы, мадам Розмерты*.

— Я предполагаю, что это твое «ничего» сейчас раздает огненное виски, — сказала Гермиона язвительно.

Рон проигнорировал насмешку, продолжая потягивать сливочное пиво так же беспечно, как если бы Гермиона ничего и не сказала. Гарри думал о Сириусе, и о том, как он ненавидел эти серебряные пряжки. Гермиона забарабанила пальцами по столу, ее глаза смотрели то на Рона, то на стойку. Гарри как раз допивал свое пиво, присматриваясь, осталось ли что в бутылке, когда Гермиона сказала: «Может, уже вернемся в школу?»

Оба парня кивнули; поездка в Хогсмид ни у кого не вызвала положительных эмоций, да и погода ухудшалась. Они надели плащи, повязали шарфы вокруг шей, надели перчатки, и последовали за Кэти Белл и ее подругой из паба на Главную улицу. Пока они тащились к Хогвартсу по замороженной слякоти, мысли Гарри вернулись к Джинни. Они не встретились, потому что Джинни вместе с деканом уютно уединились в магазине чая мадам Паддифот*, который часто посещают счастливый парочки. Нахмурившись, Гарри втянул шею, как бы прячась от наклонного снега, и продолжал идти.

Некоторое время спустя Гарри вдруг осознал, что голоса Кэти и ее подруги, доносившиеся ему с порывами ветра, вдруг стали пронзительными и более громкими. Возможно, их крики оправдывала та вещь, которую Кэти держала в руке.

— Ты ничего не понимаешь, Лин*, — услышал Гарри голос Кэти.

Друзья повернули за угол в переулке, откуда слышался голос и где снег хлестал еще сильнее, и стекла Гарриных очков быстро залепились снегом. Когда он поднял руку, чтобы вытереть их, Лин пыталась забрать пакет, который держала Кэти; но Кэти потащила его назад, и пакет упал на землю.

Сразу же Кэти поднялась в воздух, не так как Рон, комично повиснув вверх тормашками, а так, словно собиралась лететь. Но все же что-то было не так, присутствовало что-то жуткое… Ветер разметал ее волосы по лицу, но глаза были закрыты, а лицо ничего не выражало. Гарри, Рон, Гермиона и Лин остановились, с ужасом наблюдая.

Поднявшись на высоту в шесть футов, Кэти издала ужасный крик. Ее глаза открылись, но независимо от того, могла ли она видеть или чувствовать, лицо ее выражало ужасные мучения. Она кричала и кричала; Лин тоже закричала, но, схватив подругу за лодыжки, попробовала опустить ее на землю. Гарри, Рон и Гермиона кинулись помогать Лин, но прежде чем они успели схватить Кэти за лодыжки, та рухнула на них; Гарри и Рон сумели поймать ее, но она так извивалась, что они едва сдерживали ее. Поэтому они догадались опустить ее на землю, где она прекратила извиваться, но очевидно была не способна признать, кого бы-то ни было.

Гарри огляделся вокруг, но как назло переулок был пуст.

— Стойте здесь! — прокричал он. — Я сбегаю за помощью.

Он побежал к замку; вспомнив поведение Кэти, он осознал, что никогда не видел, чтобы кто-то вел себя также, поэтому он не мог понять, чем было вызвало подобное поведение. Он обогнул переулок, и вдруг столкнулся с чем-то большим, очень похожим на медведя, стоящего на задних ногах.

— Хагрид! — воскликнул Гарри.

— Гарри! — сказал Хагрид, в бровях и бороде которого, словно с ловушку, запутались снежинки, а на пальто были видны следы дождя. — Знаешь, закон не разрешает мне навещать Граупа, но…

— Хагрид, кто-то навредил нам, или использовал проклятие, или еще что-то…

— Что? — переспросил Хагрид, сразу стерев с лица добродушную улыбку, и стараясь сквозь гул ветра услышать, что говорит Гарри.

— Кого-то прокляли! — проревел Гарри.

— Прокляли? Кого? Рона, Гермиону?

— Нет, не их. Прокляли Кэти Белл. Там…

Вместе они побежали обратно к переулку. Уже через минуту они были на месте — небольшая группа людей обступила Кэти Белл, все еще извивающуюся и кричащую; Рон, Гермиона и Лин старались успокоить ее.

— Что-то случилось с ней, — рыдала Лин. — Но я не знаю что…

Хагрид посмотрел на нее в течение нескольких секунд, потом, ничего не сказав, наклонился, взял ее на руки, и понес к замку. Спустя минуту, пронзительные крики Кэти затихли, и единственный звуком был рев ветра.

Гермиона поспешила к рыдающей Лин, и обняла ее за плечи.

— Ты Лин, не так ли?

Девочка кивнула.

— Это случилось внезапно, или…

— Это произошло, когда тот пакет порвался, — сказала Лин, указывая на уже полностью промокший пакет из оберточной бумаги, с дырой на боку, в которой блестело что-то зеленоватое. Рон наклонился и протянул руку, но Гарри перехватил его и помешал поднять пакет.