Сага о копье: Омнибус. Том II - Маргарет Уэйс

— Он уже на пути к той роще к югу от города и собирается снова начать рыть.

Короткие темные волосы Фиттеринг покрывала бледно-коричневая глинистая пыль, в которую превратилась некогда плодородная почва полей, находившихся в трех днях пути от Палантаса.

Старейшина на некоторое время задумался, положив смуглые руки на потрескавшуюся столешницу. Когда-то стол был очень дорогим, но жара и сухой воздух разрушали его, так же как и все остальное ценное, что было в городе. Так же, как вообще все.

— Думаю, что ты права, Релдонес, — без всякой заинтересованности протянул Элотур. — Спасибо за новости.

Он снова наклонился вперед, возвращаясь к работе.

— Разве ты ничего не собираешься предпринимать? — пробормотала Фиттеринг.

— А что бы ты хотела, чтобы я сделал? — Старейшина разговаривал с ней, как с назойливым ребенком, — Я позволил последним стражникам уйти, чтобы они могли добыть хоть какие-нибудь крохи для своих семей. — Элотур вздохнул. — У всех, кого я знаю, есть неотложные дела. Я бы и рад что-нибудь сделать, но…

— Старейшина, я могу проследить за ним. Сейчас я совершенно свободна.

— Мне казалось, что ты заботишься о Дельфас, матери Гвиллара… Ах да, совсем забыл, что она так и не оправилась от болезни и умерла.

Элотур выглянул в щель между ставнями, защищающими его окно, и снова вздохнул. Небо, как обычно, было ярко-синего цвета, сделавшегося резким из-за пылающего солнца. За последние месяцы в нем появилось всего несколько облачков. Три года ужасной засухи довели всех, кого он знал, до отчаяния. Посевы на полях увяли и обратились в прах, потом начался падеж скота. Большая часть тел гнила там, где упала. Несколько долгих недель окрестности были охвачены зловонием, державшимся над Гернном несмотря на постоянные сухие резкие ветры, приносившие болезни, которые даже целители не могли распознать. Половина города заболела, и четырнадцать человек умерло, включая приемную мать Релдонес, Дельфас, и любимую жену Тарриса, Реньялен. Жители Гернна полагали, что она была последней связью старика с реальностью.

— Ну что же… — Старейшина повернулся к посетительнице. — Пока Таррис утверждает, что его посещают видения, и занимается поисками воды с помощью этой чудодейственной палки, он нуждается в присмотре. Всем будет лучше, если у нас появится хоть небольшой источник, ведь резервуар уже наполовину опустел. Думаю, запаса хватит самое большее на две недели. У тебя есть задание, Релдонес.

— Буду докладывать по нескольку раз в день, — отрапортовала та.

— В этом нет необходимости. Только важные события. И тогда приходи немедленно.

— Обязательно! Спасибо, старейшина.

— И вот еще что, Релдонес…

— Да?

— Постарайся уговорить старика засыпать те ямы, которые он выкапывает. Кто-нибудь может пострадать.

— Слушаюсь, сэр!

В контору входила городской глашатай, а под пекущее солнце вышла шпионка. Несмотря на свою хромоту, Фиттеринг двигалась быстро, сделав остановку в доме Гвиллара, чтобы позаимствовать бурдюк с водой и сумку с вяленым мясом и сухарями. Она заверила, что возместит все так быстро, как только сможет, не собираясь, впрочем, выполнять это обещание. Клятвы, которые она не сдержала в прошлом, никогда не беспокоили Релдонес. Не тратя больше времени впустую, она направилась на юг, к умирающей роще, куда пошел Таррис Кенрилан.

Еще до того как заметить самого старика, она увидела пыль, повисшую в воздухе от его рытья. Таррис уже по пояс был скрыт краем ямы и продолжал копать в бешеном темпе, что-то бормоча себе под нос. Каждый раз, когда он выбрасывал наверх полную лопату, вздымался столб коричневой пыли, подхватываемой раскаленным ветром, мчащимся над землей. Над Кенриланом стучали друг о друга голые ветки деревьев.

— Драконы сказали мне рыть здесь. Там, внизу, вода. Драконы сказали мне…

Релдонес, прихрамывая, подошла ближе. Таррис не обратил на нее никакого внимания.

— Добрый день, мастер ткач, — произнесла женщина. — У меня для тебя весточка от старейшины Элотура.

Зеленые глаза, ставшие еще более настороженными за последние долгие месяцы, оценивающе оглядели ее, когда старик поднял голову, опираясь на лопату.

— Я даже знаю какая, — на удивление быстро ответил он. — Старейшина хочет, чтобы я засыпал ямы. — Таррис снова начал рыть. — Передай ему, что мне очень жаль, но у меня нет времени… нет времени, которое можно тратить впустую.

— Почему? — спросила Релдонес.

— Потому что влага забурлит из земли. Мои драконы обещали мне. И это случится уже очень скоро. Я должен быть наготове.

— К чему ты должен быть готов?

— Конечно же, к следующему видению. — Кенрилан, остановившись на мгновение, окинул ее любопытным взглядом, а потом выбрался из ямы и прислонил лопату к стволу дерева.

«Странно, — подумала Фиттеринг, — он пытается вести себя так, как будто совершенно нормален».

Вероятно, старик был наиболее сумасшедшим из всех. Жизнь в городе стала иной из-за бесконечной жары. Но Релдонес не изменилась, по крайней мере, не настолько. Просто у нее появился этот легкий зуд, жажда перемен. Она утерла пот со лба, оставив на коже грязные полосы.

— И когда тебя должно посетить следующее видение?

Смех Кенрилана казался таким же сухим, как ветер.

— Когда драконы скажут, тогда и придет время, — Он поднял свою ореховую палку-«искатель» и, мягко удерживая разветвленный конец в крючковатых пальцах, принялся медленно обходить рощу.

Палка была ошкуренная, отполированная, толщиной в большой палец старика. Она потемнела от частого прикосновения рук Тарриса. Ее прямой конец указывал точно вперед. Релдонес Фиттеринг не могла понять, как простая ветка может указывать на присутствие воды. И, тем не менее, она зачарованно наблюдала.

Палка из орешника задрожала. Старик остановился, отступил на три шага и прошел по тому же месту еще раз. Ничего.

Внезапно прямой конец палки нырнул вниз. Таррис сделал в пыли отметину пальцем, аккуратно положил «искатель» в безопасное место, взял лопату и начал копать. Пыль снова поднялась столбом в душном воздухе.

Заинтригованная Релдонес, прихрамывая, отошла к дальнему краю рощи и присела в тени, чтобы подумать. Могли ли видения старого глупца оказаться правдивыми? Была ли на самом деле под слоем пыли вода, которая могла спасти Гернн?

Особая сноровка Релдонес в умении делать выводы сработала еще раз. Она внезапно поняла, что не все деревья вокруг нее умирали, только те, что были наиболее удалены от места, где рыл Таррис. Это подразумевало наличие поблизости воды, поддерживавшей в них жизнь. Возможно, единственный ключ к Спасению Гернна и в самом деле содержится в видениях безумного старика.

Стараясь не привлекать к себе внимания, Фиттеринг ползком подкралась к краю первой ямы и заглянула.

Она не знала, что ожидала там увидеть. Поначалу ее ослепленные солнцем глаза не различили ничего, кроме теней. Набравшись терпения, женщина дала им время приспособиться. Дно ямы было темным… или все же… влажным? Релдонес со вздохом спустилась вниз.

— Жижа. — Она наклонилась и потрогала землю, чтобы убедиться в этом. — Настоящая жижа.

Влага и прохлада казались Фиттеринг чем-то чужеродным. Она скатала в ладонях доказательство слов старика в небольшой шарик, завернула его в потертый подол своего платья и только тогда задумалась, как будет подниматься.

Первые две попытки оказались неудачными, но, разобравшись, в чем ее ошибка, Релдонес, наконец, выбралась из ямы, поднялась на ноги и с предельной скоростью захромала обратно к городу.

Элотур хмуро сидел в конторе, обхватив голову руками. Он медленно поднял на Фиттеринг взгляд, словно не желая сталкиваться еще с одной проблемой.

— Новости? Уже?

Она заговорила, заново переживая случившееся, и в её голосе звучала гордость.

— Я убедилась, что палка Тарриса указывает на воду! — закончила Релдонес. — То, что он говорит, правда. Взгляни на это! — Она вынула комок из подола и протянула старейшине. — Не все деревья в этой роще умирают. А если вода есть в одном месте, то, конечно, должна быть и в других.

— Полагаю, что это возможно… — Элотур потыкал комок, убедился в его реальности и удивленно завертел в руках. — Однако у меня есть и другие новости. — Его лицо вновь превратилось в печальную маску. — Тинборг Скопас сегодня упал в одну из ям Тарриса. Он ушибся и требует, чтобы я разобрался.

— Созови городское собрание к полудню, — сказала Релдонес, дрожа от нетерпения, и добавила про себя: «В это время жарче всего, и люди будут в нужном расположении духа». — Когда услышат мое сообщение, на Тарриса посмотрят новыми глазами!

— Очень хорошо, — ответил старейшина. — А сможешь привести ткача, чтобы он не опаздывал?

Таррис не отличался пунктуальностью с тех пор, как умерла его жена.