Полное собрание стихотворений - Игорь Северянин

Апрель 1917

Гатчина

БАЛЛАДА XV

Блюдите фронт, но вместе с тем

Немедленно в переговоры

Вступите с немцами, затем

Надеждой озарите взоры.

Ни вам – немецкие позоры,

Ни немцам – русские, – нужны

Тем и другим полей просторы

И ласка любящей жены!

Зачем же ужас вам? Зачем

Боль ран, и смерть, и все раздоры?

Чем оправдаете вы, чем

Пролитье крови? Мертвых хоры

Вас не тревожат? Их дозоры

В час полуночной тишины

Не вызывают вас на споры

О слезах любящей жены?

Нет во вселенной лучше тем,

Чем тема: лес, поля и горы.

Кто с этим несогласен – нем.

Кроту милее солнца – норы.

А как пленительны озера,

Бубенчик-ландыш, плеск луны,

Улыбка в небесах Авроры

И взоры любящей жены.

Иль мы поэты, фантазеры,

И вам в окопах не слышны

Ни наши нежные укоры,

Ни голос любящей жены?…

Апрель 1917

Гатчина

БАЛЛАДА XVI

Жизнь человека одного -

Дороже и прекрасней мира.

Биеньем сердца моего

Дрожит воскреснувшая лира.

Во имя заключенья мира

Во имя жизни торжества,

Пускай из злата и сапфира

Пребудут вещие слова!

Да вспыхнет жизни торжество,

И да преломится рапира

От Бергена и до Каира,

От древнеперсидского Кира

И вплоть до человека Льва,-

Светлей счастливого Маира,-

Пребудут вещие слова.

Все для него, все для него -

От мелкой мошки до тапира,-

Для человека, для того,

Кто мыслит: наподобье пира

Устроитьжизнь, ивечно сиро

Живет, как птица, как трава…

Для светозарного эфира

Пребудут вещие слова.

Отныне в синеве эфира,

Волны святого волшебства…

И струй благоуханья миро

Пребудут вещие слова.

Апрель 1917

Гатчина

БАЛЛАДА XVII

Вселенец – антипатриот,

Но к человеку человечен:

Над братом он не занесет

Меча, в своем вселенстве вечен.

Он завистью не искалечен,

Не свойственно вселенцу зло,

Он мягок, кроток и сердечен,

И смотрит мудрый взгляд светло.

Я верю: мой родной народ

Вселенством душ давно отмечен.

Я говорю: старинный гнет

Моей страны навек отлечен.

Вознагражден, увековечен

Народ, забыв свое тягло.

Достойно день свободы встречен,-

И так надежно, так светло!

Я чувствую: уже грядет

Желанный мир (он обеспечен!)

Вновь немец русскому пожмет,

Как брату, руку, дружно встречен;

В музей поставит под стекло

Промозглых патриотов печень -

(Зародыш войн). Смиря светло,

Пошлет привет грядущей встрече

И озарит свое чело:

Вселенцы сходятся на вече,

Чтоб жить и мудро, и светло.

1917. Апрель

Гатчина

ТРАГИЧЕСКАЯ ПОЭЗА

О, что за ужасный кошмар:

Исполненные вольной нови,

Мы не хотим пролитья крови,

Но жаждет крови земной шар!..

Людскою кровью он набух,-

Вот-вот не выдержит и лопнет…

Никто не ахнет и не охнет,

И смерть у всех захватит дух.

Ну что ж! Пусть – коли суждено!

Но мне обидно за Россию:

Свободу обретя впервые,

Погибнет с миром заодно…

Хоть “на миру и смерть красна”,

Но жизнь-то, жизнь ее в расцвете!

Теперь бы ей и жить на свете,

Когда свободна и ясна.

Что ж, вновь за меч? Что ж, вновь в окоп?

Отстаивать свою свободу?

Лить кровь людскую, словно воду,

И, как в постель, ложиться в гроб?!

Я не могу, не смею я

Давать подобные советы…

Дороже этой всей планеты -

Жизнь неповторная твоя!

А если нет? А если нет,-

Как насмеется враг над нами,

Над женами, над матерями!

Тогда на что же нам и свет?…

Но вместе с тем не защищать,

Не рисковать – погибнуть все же,

Что делать нам, о Боже, Боже!

На нас – заклятия печать!..

Одна надежда, что солдат

Германский, вдохновляем веком,

Стать пожелавши человеком,

Протянет руку нам, как брат…

Так сбрось последнего царя,

Европа старая, с престола:

Забрезжит с легкостью Эола

Над миром мирная заря!

О, как ничтожен человек,

Хотя бы даже гениальный,

Пред мыслью глубоко-печальной

О мертвой жизни всех калек!

1917. Апрель

Гатчина

КАПРИЗ ЦАРЯ

Царь на коне, с похмелья и в дремоте,

И нищая красавица в лесу.

Развратница в забрызганных лохмотьях,

Похожая на рыжую лису…

Смеется царь: “Когда бы были седла!..

Но может быть ко мне вы на седло?”

Бесстыдница расхохоталась подло,

Смотря в глаза вульгарно, но светло:

“У вашего величества есть кони,

И если не с собой, то при дворе…

Выих непожалейте дляпогони,-

Тогдамойтрупнастигнутназаре.

А я… А я ни за какие средства

Не смею сесть в одно седло к царю:

Я – нищая, и я порочна с детства,

И с Вами мне не место, говорю”.

Царь запылал и загремел он: “Падаль!

Как смела ты разинуть рабский зев?”

С коня он слез и – поясненье надо ль?-

Царь взял ее, как черт, рассвирепев.

Он бил ее, он жег ее нагайкой,

То целовал, то рвал за волоса…

И покраснело солнце над лужайкой,

И, как холопы, хмурились леса.

А нищая, в безумьи от побоев,

Громила трон царя до хрипоты:

– Моя болезнь взята самим тобою,-

Страдай, дурак, меня не понял ты!

1911. Село Дылицы

ПОЭЗА ИСТИНЫ

В ничем – ничто. Из ничего – вдруг что-то,

И это – Бог.

В самосозданье не дал Он отчета,-

Кому б Он мог?

Он захотел создать Себя и создал,

Собою прав.

Он – Эгоист. И это так же просто,

Как запах трав.

Бог создал свет, но не узнали люди,

Как создан свет.

Ипоэтично льгрезит намо чуде,

И Бог – поэт!

И люди все – на Божие подобье:

Мы – богодробь.

И если мы подвластны вечной злобе,

Отбросим скорбь:

Не уничтожен Богом падший ангел,

Не умерщвлен.

Он – в женщине, он в бешеном мустанге,-

Повсюду он.

Так хочет Бог. Мечты Его пречисты.

И взор лучист.

Природа, Бог и люди – эгоисты:

Я – эгоист!

1912. Лето

Веймарн

ПОЭЗА ОПРАВДАНИЯ

Я – Демон, гений зла. Я Богом пренебрег!

За дерзостный Мой взлет Бог возгордился мною,

Как перлом творчества, как лучшею. мечтою,

Венцом своих забот, венцом своих тревог.

Я – Демон, гений зла. Я Богом пренебрег!

Но я Его люблю, как любит Он Меня:

Меня ожизнил Бог, экстазом осиянный!

И ныне Я Его приветствую “Осанной”!

Я Демон, гений тьмы, пою Поэта дня

И я Его люблю, как любит Он меня!

Меня вне Бога нет: мы двое – Эгобог.

Извечно Мы божим, но Нас не понимали.

О, человечество! В подсолнечной эмали

Начертаны слова, как упоенья вздох:

“Нет Бога вне меня! Мы двое – Эгобог!”

l912. Лето

Веймарн

ПОЭЗА НЕ ДЛЯ ПЕЧАТИ

Федору Сологубу

Остритесь, ядовые иглы!

Плетись, изысканный тернец!

Мы зрить Антихриста достигли,

Свой оголгофили конец.

Грядет иллюзно опобеден,

Как некогда Христос, Протест,

И он исстраждал, чахл и бледен

Жених незачатых невест…

Наш эшафот – не в Палестине

У плодоструйных жирных вод,

А в отелесенной пустыне

В столице Культры эшафот.

Moderne-Голгофа измельчала:

Не три креста, а миллиард,

Но там и здесь – одно начало,

Одно заданье и азарт.

Мы, двойственные изначально,

Растерянно даем вопрос:

“Антихрист у Христа опальный,-

Не псевдонимный ли Христос?”

1918

НАЧАЛЬНИКИ И РЯДОВЫЕ

Начальники и рядовые,

Вы, проливающие кровь,

Да потревожат вас впервые

Всеоправданье и любовь!

О, если бы в душе солдата,-

Но каждого, на навсегда,-

Сиялаблагостнои свято

Всечеловечности звезда!

О, если б жизнь, живи, не мешкай!-

Как неотъемлемо – твое,

Любил ты истинно, с усмешкой

Ты только гладил бы ружье!..

И если 6 ты, раб оробелый,-

Но человек! но царь! но бог!-

Души своей, как солнце, белой

Познать всю непобедность мог.

Тогда сказали бы все дружно!

Я не хочу, – мы не хотим!

И рассмеялись бы жемчужно

Над повелителем своим…

Кого б тогда он вел к расстрелу?

Ужели всех? ужели ж всех?…

Вот солнце вышлои запело!

И всюду звон, и всюду смех!

О, споры! вы, что неизбежны,

Как хлеб, мы нудно вас жуем.

Солдаты! люди! будьте нежны

С незлобливым своим ружьем.

Не разрешайте спора кровью,

Ведь спор ничем не разрешим.

Всеоправданьем, вселюбовью

Мы никогда не согрешим!

Сверкайте, сабли! Стройтесь, ружья!

Игрушки удалой весны

И лирового златодружья

Легко-бряцающие сны!

Сверкайте, оголяйтесь, сабли,

Переливайтесь, как ручей!

Но чтобы души не ослабли,

Ни капли крови и ничьей!

А если молодо безумно

Иеслипир, иесли май,

Чтоб было весело и шумно,

Бесцельно в небеса стреляй!

5сентября 1914

Мыза Ивановка