Долг воина - Джульет Маккенна

— Нет. Люди Тор Канселина болтали, что парень сбежал с поводка только потому, что эсквайр Камарл развлекался в саду с барышней Ирианной. Была небольшая перебранка, когда один из наших парней поинтересовался, успел ли эсквайр сорвать лепесток-другой.

— И это должно снять Тор Канселина с крючка? — с досадой возразил я. — Когда их эсквайр женился в прошлое Солнцестояние, думаешь, я пе слышал, как они шептались по углам о Камарле, который никогда не появляется с девушкой? Намекали на его не совсем рациональный взгляд на женщин!

— И то, и другое сразу невозможно, — согласился Столли. — Да, барышня, чем могу служить?

Он занялся первым наплывом гостей, прибывающих на утренние приемы, а затем каретами, которые подкатывали к сторожке, чтобы развезти младших членов Имени на встречи по всему городу. Я покорно помогал, держал веера, подавал руку, закрывал дверцы, следя, чтобы не помять при этом дорогие шелка и перья. В промежутках я наблюдал за людьми, расхаживавшими взад и вперед перед открытыми воротами. Несколько женщин из казенных домов прошли мимо, и среди них — жена Столли. Если я хочу подняться до испытанного, сьер должен видеть мое лицо, и я должен находиться рядом, чтобы оказать ему какую-то услугу. Это значит запрячься в ярмо на добрых несколько сезонов, подавая, принося и изо дня в день доказывая мою верность. Я представил себе Ливак среди этих безмятежных жен и решил, что здесь она будет выглядеть так же, как лесной жаворонок в курятнике.

Наконец, как раз когда с колокольни били четвертые куранты дня, к воротам с грохотом подъехала карста мессира. Гнедые лошади были подобраны строго в масть, отполированное дерево и упряжь ярко блестели на солнце, и ливрейные лакеи спрыгнули с запяток, чтобы открыть дверцу и опустить подножку. Едва стихло эхо курантов, появился сьер, а с ним — эсквайр Камарл, Темар и барышня Авила. Несмотря на полноту, сьер двигался быстро и решительно, а от его зорких мигающих глаз ничто не могло укрыться.

Лицо Темара выражало упрямство. Он шел со своим мечом и, когда приблизился, протянул его мне.

— Я решил, что он пригодится тебе для сегодняшних схваток.

— Спасибо, эсквайр. — Я взял меч в ножнах и поклонился сначала Темару, затем Камарлу, который смотрел, сдерживая досаду, как я снимаю собственный меч и отдаю его Столли на хранение. Камарл подарил мне этот клинок на Зимнее Солнцестояние, и я принял его с радостью тем большей, что знал и кузнеца, и кузницу, где его ковали, и поклялся бы, что никакие беспокойные тени не витают вокруг него. Но я не мог отвергнуть великодушное предложение Темара, верно?

— По крайней мере ты подышишь свежим воздухом в фехтовальной школе, — добродушно заметил сьер. — Закончи поскорее с этой чушью, Райшед. Пусть народ повеселится, но не рискуй своей шкурой, пытаясь доказать, что ты — самый лучший. — Мессир одарил меня теплой улыбкой.

Подъехал еще один экипаж, и позади нас появился старший брат сьера. За ним шли несколько клерков, обремененных гроссбухами, а за ними — младший сын мессира. Сьер обернулся.

— Фрезил, пошли ко мне Майреда, если начнется эта ерунда по поводу суммы Земельного налога. И я хочу сразу знать, кто стоит за каждой попыткой ужалить нас из-за Келларина в наступающем году.

Брат кивнул, блеснув лысой макушкой, и лицо его стало непримиримым. Мы все поклонились, когда эсквайр Фрезил сел в свою карету, сжимая в старческой руке обвязанный лентой документ, который подводит баланс Дома до последней медной монеты.

— Твой дядя не допустит, чтобы Д'Олбриотов закатали в перга-менты, верно, Камарл? — Сьер улыбнулся с удовлетворением. — Если Фрезил научит твоего кузена хотя бы половине того, что знает сам, то из Майреда выйдет достойный преемник тебе в помощь.

Впервые мессир так близко подошел к тому, чтобы объявить Камарла своим назначенным.

— Не думаю, что нам нужно чересчур волноваться из-за происходящего сегодня в суде, — непринужденно продолжал мессир. — Мы с Долсаном изучали потенциально спорные темы в течение всего предлета. У нас полно тетивы к нашему луку. — Лицо его стало холодным, и, обернувшись, я увидел Казуела, сбегающего по лестнице резиденции. — Но мы не хотим, чтобы люди задавались ненужными вопросами. Райшед, скажи тому докучливому магу, чтобы держался сегодня подальше.

Я тотчас направился к Казуелу.

— Мы уезжаем в суды, мастер маг, поэтому сьер не нуждается в твоих услугах. — Я старался говорить беспечно.

Маг выглядел пришибленным и одновременно подозрительным.

— Но почему не напомнить всем, что у Д'Олбриота в союзниках Верховный маг? Разве это не укрепит его позиции?

— Ты же знаешь людей, Казуел. — Я пожал плечами. — Адвокат увидит тебя и поднимет вопрос о магии, только чтобы запутать дело.

— Планир должен разобраться с этим глупым предрассудком раз и навсегда. — Казуел вспыхнул от раздражения. — И что мне делать сегодня? Плевать в потолок?

— Навести Велиндру, узнай, что она думает о приключении Аллин и Темара, — предложил я.

Сьер щелкнул пальцами, и я поклонился.

— Увидимся позже, Казуел.

Мессир первым сел в карету, указав мне на место напротив. Я услужливо отодвинул меч Темара, чтобы садившаяся рядом Авила могла расправить юбки. Когда к нам присоединился Д'Алсеннен, сьер откинулся на оливковую бархатную обивку.

— Спасибо, Райшед. Было бы крайне неуместно появиться на людях в обществе мага.

— Боюсь, этого не избежать, — возразил Темар, едва сдерживая возмущение. — Ведь барышня Тор Арриал — самый опытный практикующий Высшего Искусства в этом городе.

Юноша был одет по самой последней моде — в роскошный темно-рыжий шелк. На горле — застежка, сложный золотой узел с гранеными камешками, вокруг обшлагов — золотые цепи, скрепленные гранатовыми запонками. Пусть это одолженное богатство, но после сегодняшнего дня никто из тех, кто толпится на улицах, не поверит слуху, будто эсквайр Д'Алсеннен — просто какой-то умытый нищий. Его единственным кольцом была сапфировая печать — резкое нарушение гармонии цвета, которое, наверно, заставило мастера Дедерика рвать на себе ухоженные волосы. Но я был рад, что Темар носит что-то свое среди всей этой заимствованной роскоши.

Авила смеялась.

— Я — единственный практикующий, насколько могу судить. Но парень прав, Гальел. Вчера только о том и говорили, что Высшее Искусство исцелило его раны.

Мессир кивнул.

— Верно, но это не магия стихий. Со временем постепенно мы заставим людей понять разницу.

— Так с какой целью мы будем выставлять себя напоказ в сегодняшнем суде? — вежливо спросила Авила после короткого молчания.