Скорость побега. Чародей поневоле - Кристофер Сташеф

Лицо Вайти от улыбки покрылось сеточкой веселых морщинок.

— Старина Горацио!

Сэм стояла с широко открытыми глазами. Отец Марко часто моргал. Даже Лона не осталась равнодушной к этому известию. Дар огляделся по сторонам. А потом они все помчались вдогонку за Вайти.

Но их задержал мажордом:

— Простите, мистер Тамбурин…

Вайти обернулся:

— Что такое?

— Он был уж очень настойчив, сэр. Наши сотрудники будут вам крайне признательны, если вы ответите на вызов сразу же, как только войдете в свой номер.

— Хорошо. Я знаю, каков бывает Горацио, когда проявляет настойчивость, — отозвался Вайти со зловещей ухмылкой. — Не волнуйтесь, приятель. Как только поднимусь к себе, тут же свяжусь с ним. Можете передать на Терру, что я уже ответил.

С этими словами он провел рукой вдоль рукава ливреи мажордома. Тот взглянул на ладонь, и брови его взлетели вверх.

— Благодарю вас, сэр.

— Не за что. Вперед, мое войско!

Вайти поспешил к лифту.

«Войско» дружно тронулось следом за ним.

— А кто такой этот Горацио Бочелло? — поинтересовался Дар.

— Всего-навсего самый богатый человек на Терре, невежда!

— А еще точнее — во всей Солнечной системе. Истовый католик к тому же… — задумчиво проговорил отец Марко.

— Меценат и особый поклонник дедушки.

Дар сглотнул подступивший к горлу ком и прибавил шагу.

Когда Вайти распахнул дверь, экран интеркома уже светился, а сигнал вызова заливался вовсю. Вайти нажал кнопку «ответ» и снял чехол с камеры-приемника. Экран очистился от «белого шума», и на нем появилось худое, удлиненное, скуластое лицо. Седой венчик редеющих волос, острый нос, горящие глаза. Их взгляд сосредоточился на Вайти. Старик улыбнулся.

— Тамбурин, старый разбойник! Где тебя носило?

— По сотням баров на пятнадцати планетах, Челло, — усмехнулся в ответ Вайти. — Если ты жаждешь более точного ответа, ты мне должен назвать точку отсчета.

— По-моему, на этот раз ты ухитрился пропасть на пять лет. Почему ты мне не писал, негодяй?

— А ты приобрети мою писанину по своему книжному каналу, дружище. Ну, как там твоя империя?

Бочелло равнодушно-раздраженно пожал плечами.

— Что-то в плюс, что-то в минус. Дело произрастает само по себе.

Вайти кивнул.

— Без перемен.

— В Северо-Восточном Королевстве было повеселее.

— Понимаю. — Вайти радостно улыбнулся, глядя как бы вдаль сквозь прошедшие годы. — Там мы наряжались в самодельные доспехи и размахивали здоровенными мечами.

— А на вечеринки рядились, словно средневековые герцоги. Все, кроме тебя, конечно. Ты никак не мог решить, кем тебе больше по душе быть — рыцарем или трубадуром.

Дар приблизился к Лоне, имея для этого вполне обоснованную причину, и прошептал:

— О чем это они говорят?

— Обо всякой чепухе, — прошептала в ответ Лона. — О какой-то компании, в которую они оба входили в молодости. Резвились в парке по выходным и притворялись, будто живут в Средних веках.

— Я в конце концов сделал выбор, — более мягко улыбнулся Вайти. — Я стал-таки трубадуром, а ты наконец смирился с обязательствами, данными тебе от рождения, и превратился в барона.

— Да, только без титула, — кивнул Бочелло. И его взгляд затуманился. — Но это совсем не весело, Тод.

— Рано или поздно приходится столкнуться с реальностью, Челло. А ты хранишь летописи Старого Королевства?

Бочелло кивнул:

— Храню. Я по-прежнему его подданный. Время от времени заглядываю на ежегодные фестивали. И тебе недурно было бы как-нибудь заглянуть.

— Я и заглядываю, когда попадаю в Королевства. Но на колонизированных планетах их осталось не так много, Челло. Но ты крепче сжимай свой меч — он может тебе пригодиться.

Бочелло мгновенно изменился в лице.

— Так ты тоже замечаешь кое-какие знаки, да? Но я не думаю, что наступит хаос, Тод.

— Нет, — согласился Вайти. — Совсем наоборот. К власти придет не полководец, но диктатор. А ты ничего не мог бы с этим поделать, Челло? Ты, со своими деньгами?

Бочелло печально покачал головой.

— Я всегда смотрел на политику свысока, Тод… А теперь уже слишком поздно. — Он нахмурился, и взгляд его стал напряженно-пытливым. — Надеюсь, ты не собираешься вмешиваться? Не задумал встать на пути у беглого заговорщика?

— Романтика — это для молодых, Челло, — негромко отозвался Вайти. — Нет, просто у меня есть одна современная идея, вот и все.

— Да, я наслышан, — хитро усмехнулся Бочелло. — И мне эта идея нравится! Чертовски славная поэма, Тод! Чертовски славная!

Вайти проворчал:

— У тебя повсюду глаза и уши, да?

— Тод! — обиженно воскликнул Бочелло. — Я же владелец ОПИ. Если точнее, я владею пятьюдесятью одним процентом акций этой корпорации. Они там решили, что дельце слишком горячее, так что первым делом обо всем известили меня.

— Так это ты будешь решать, будет экранизирован мой эпохальный труд или нет?

Дар затаил дыхание.

Бочелло нетерпеливо пожал плечами.

— Да что тут решать? Если судить по тому, как распродавалась твоя последняя книга, мы никак не сумеем понести убытки при запуске в производство первого киносценария, написанного Тодом Тамбурином. Мне нужно знать единственное: как скоро ты управишься?

Вайти усмехнулся:

— Моя команда готова выступить в путь завтра.

— Превосходно. Но все-таки тебе понадобится некоторое время на кастинг актеров, разработку и монтаж декораций.

— Верно, но пока можно запустить документальный сериал. И вот еще что, Челло. — Вайти понизил голос. — Если мы решим показать в одной из первых серий Ассамблею МФ и Генерального Секретаря, лучше приступить к съемкам как можно скорее.

— Это я понимаю, — серьезно ответил Бочелло. — Весь твой сценарный план закручен вокруг истории МФ. — Он наклонился вперед и устремил на старого друга пристальный, горящий взгляд. — Надо торопиться, Год, пока весь наш проект не превратился в исторический документ!

Дар пристегнул защитные ремни и оглядел роскошный пассажирский салон шаттла.

— Это вам не буровой катер. А?

— Сюда таких бы два уместилось, — согласилась Сэм. — А может, и три.

Дар оглянулся на нее и с интересом спросил:

— Что-то ты какая-то задумчивая последние пару часов? В чем дело?

— Ни в чем, — решительно покачала головой Сэм. — Все в полном порядке.

Между тем взгляд у нее был отрешенный.

— Это все из-за звонка Горацио Бочелло, да? Но что в его разговоре с Вайти было такого ужасного? Ты не догадывалась о том, что в МФ дела настолько плохи?