Прометей № 3 - Альманах Российский колокол

и печать манифеста напоминали не нелегальное воззвание, а сообщение законного правительства.»[1]

29 декабря в оккупированной немцами Елгаве состоялся нелегальный I съезд Советов рабочих и безземельных Курземе. Съезд принял резолюцию в которой говорилось: «Съезд считает, что пролетариат сумеет успешно бороться за свои цели против латвийской буржуазии только под руководством Советского правительства рабочих, безземельных и стрелков, и поэтому съезд признает единственным органом власти в Латвии провозглашенное 17 декабря 1918 г. Советское правительство рабочих, безземельных и стрелков Латвии и посылает этой Латвии самый горячий братский привет. Съезд (…) считает нужным призвать рабочий класс Латвии вступить в ряды Красной Армии для борьбы против мировой реакции, за социализм. Долой диктатуру буржуазии! Долой Временное правительство и самозванный Народный совет! Да здравствует Красная Армия рабочих и безземельных крестьян и латышские революционные боевые сыны – стрелки! Да здравствует Советское правительство рабочих, безземельных и стрелков Латвии в Международной Социалистической Республике Советов!».[59]

Манифест стал одной из причин мятежа добровольческих рот временного правительства Ульманиса.

Мятеж ульманисовских рот

Стремительное продвижение Красной Армии к Риге вынудило Временное ульманисовское правительство Латвии задуматься об отправке добровольческих рот на фронт. Солдаты рот не собирались идти в бой против Красной Армии и им ничего не оставалось как взбунтоваться. Командиры рот заперли оружейные склады, а к казармам были подтянуты немецкие войска и местные белогвардейцы.

События сильно перепугали немецкое командование и латышскую буржуазию. Неужели это восстание, о котором говорят в Риге на каждом углу!?! О масштабах происходящего можно было только гадать!

Весь район, где находились мятежные роты был окружён, на улицах Риги почти на каждом углу расставили патрули. По просьбам временного правительства и немецких представителей на берег даже сошли матросы с британских боевых кораблей, а сами корабли сделали десяток выстрелов по казармам для «профилактики». Трудно сказать, куда именно попали британские артиллеристы – казармы находятся в плотной застройке в глубине города, далеко от набережной.

К счастью для буржуазии, всё закончилось достаточно «мирно». Бунтовщики видели, что в такой ситуации надеяться не на что – они были окружены и безоружны. Около 200 солдат, в основном из первой роты, были арестованы и брошены в тюрьму. Так как эти события не привели к каким-либо революционным волнениям буржуазия смогла немного перевести дух.

Вот что о тех событиях вспоминает Альфред Мурниекс: «Вечером 28 декабря 1-я охранная рота получила приказ немедленно отправляться на фронт. Солдаты отказались оставить Ригу и заявили, что не будут воевать против красных стрелков. 30 декабря около шести утра наши казармы на улице Суворова № 99[60] окружили части немецкого ландвера. Английские военные корабли открыли артиллерийский огонь по месту расположения роты.

В первое мгновение солдаты растерялись, а потом решили сопротивляться до конца. Однако вскоре стало ясно, что силы неравные. Поэтому комитет решил, что тем товарищам, которым грозят наибольшие репрессии, надо срочно вырваться из окружения и бежать.

Мне, Екабу, Меднису и другим – около десяти человек – удалось перелезть через забор казармы и незаметно уйти. С большими трудностями мы добрались до Агенскалнса и спрятались».[61]

Для части восставших события закончились трагически. После тюремных допросов и истязания арестованных были расстреляны 10 человек. Некоторых отпустили и отправили во вторую роту, но большая часть арестованных осталась в заключении до самого настоящего восстания рижского пролетариата, когда они были наконец-то освобождены.

Анализируя причины восстания ульманисовских рот, Я. Мирамс пишет: «Первая причина восстания заключалась в том, что в ротах, созданных буржуазным временным правительством для борьбы с пролетариатом, всеми трудящимся и Красной Армией, было множество рабочих, не понимающих задач своего класса.

Фото 43. Знамя Рижского Совета народных депутатов.

Второй причиной была деятельность нелегальной революционной СДЛ. Партия, не отступая от революционной теории В. И. Ленина, готовила пролетариат и весь трудящийся народ к вооруженному восстанию. Если в 1916 году господам Залитису и Гольдманису[62] как-то удалось обмануть менее сознательную часть латышского пролетариата и убить тысячи под видом свободы на Рижском фронте в пользу буржуазии, то господину Улманису это уже не удалось. Старания буржуазии и преступления против пролетариата, особенно во время войны, еще живо остались в памяти латышских трудящихся (например, избиение солдат за малейшее нарушение дисциплины, жестокое обращение с солдатами и офицерами, унизительные пощечины, постановка их под винтовку до потери солдатом сознания). Все это усугублялось «благами» немецкой оккупации: безработицей, голодом и дефицитом, барщиной, арестами, тюрьмами и смертной казнью. Все эти «сладости» латышский пролетариат носил на своих плечах и при царе, и при немецкой оккупации. Пролетариат был убежден, что буржуазия разных наций ничем не отличается.

Третья причина: боевая группа Латвийского ВРК работала так усердно, что была дезорганизована не только латышская буржуазия, но и вновь сформированные армейские части. Взорванные железнодорожные пути и мосты не могли не произвести впечатление на воинов ульмановских рот, которые думали, что за ними стоят боевые группы, численность которых они не могли определить.

Четвертой причиной был изданный 25 декабря Манифест латвийского правительства за подписями П. Стучки, Я. Ленцманиса и Ю. Данишевского, в котором рабочих призывали взяться за оружие и взять государственную власть, уничтожив буржуазию и ее сторонников там, где буржуазия не хотела бы добровольно отдать свою власть пролетариату.»[1]

Выступление революционных солдат добровольческих рот происходило стихийно, не подготовленно и без поддержки боевых сил ВРК и пролетариата Риги. В таких условиях оно было обречено на неудачу. Но час вооружённого восстания приближался, как приближалась к Риге Красная Армия.

Вооружённое восстание трудящихся Риги. Накануне восстания

С наступлением нового 1919 года подготовка к восстанию вступила в окончательную фазу – было необходимо провести реорганизацию штаба восстания, определить направления и время главных ударов.

Красная Армия приближалась к Риге. Когда начать восстание, чтобы удар по немецким и буржуазным войскам не был преждевременным? Какие цели первыми взять под контроль? Споры в Латвийском и Рижском ВРК о том, как сделать всё наилучшим образом велись очень горячие.

1 января временное буржуазное правительство Ульманиса бежало в Елгаву. Через Ригу потянулись обозы отступающих немецких войск, грабящих по дороге. Местная буржуазия была в панике. Рижские буржуазные газеты «Jaunākās Ziņas» и «Rigasche Rundschau» успокаивали своих состоятельных читателей, что из Германии придут новые силы, английский флот, уже вошедший в Даугаву, вмешается. Правительством Улманиса был издан приказ о мобилизации, в котором говорилось, что те, чьи фамилии начинаются с букв А-Г, должны прибыть в пункт призыва 3 января в 9 часов утра. Но время работало против временного правительства. Рижские городские буржуазные