Бывшие. В поисках рая (СИ) - Ольга Ларгуз

– Я. Хочу. Замуж, – глядя в любимый глаза отчетливо произнесла Ева. – За. Тебя.

Руки медведя ощутимо подрагивали, когда он достал из кармана заветную коробочку. Он носил ее с собой долгие месяцы в надежде на то, что этот момент настанет, и вот…

На черном бархате – два гладких кольца из белого золота. Вечная классика.

– Я, Ева, – она аккуратно вытащила из прорези кольцо мужчины. – Беру тебя, любимый Евгений, в законные мужья. Клянусь любить своего медведя до конца своей жизни. Знаю, что со мной не просто, но в моем сердце всегда будешь только ты…

Она хотела сказать еще что-то, но голос предательски охрип и куда-то исчез, в синих глазах сверкнули слезы. Кольцо скользнуло по пальцу мужчины и село как влитое.

Горячие губы стерли с ее щеки соленую дорожку, невесомо коснулись виска.

– Я, Евгений, беру тебя, Ева, в законные жены. Все мое – твое. Сердце, душа, тело, – медведь сделал глубокий вдох, пытаясь справиться с эмоциями. – Я забираю тебя себе. Навсегда. Потому что люблю…

Тонкий ободок едва не выскользнул из одеревеневших от волнения пальцев мужчины, но все получилось. Символ его любви оказался там, где должен быть: рядом с бриллиантовым цветком, образуя идеальную пару.

Говорить долго и красиво – не его конек. Медведь предпочитал действовать.

– Почему?

Этот вопрос не давал покоя. Они уже лежали в постели. Ева, разомлевшая от любви, чертила пальцем на груди мужчины таинственные знаки, он перебирал ее светлые волосы, отливавшие в лунном свете чистым серебром.

– Что почему? – она оторвала голову от его плеча и встретилась взглядом с любимым.

– Почему именно сегодня? Это все из-за боя?

– Нет. Вернее, не совсем. Я поняла, что была эгоисткой и думала только о себе, а ты – о нас двоих. Господи, я была такой дурой! Я игнорировала твое желание, это было нечестно, – как на духу выпалила Ева. – И еще я захотела стать твоей женой. Очень! Жена Евгения Балуева – красиво звучит, правда?

– Кр-р-расиво, – рыкнул медведь, опрокидывая девушку на спину. – Евангелина Балуева. Мне нравится! Моя!

– Мой! – успела выдохнуть ему в губы Ева за миг до того, как ее поцелуем лишили возможности говорить. И думать тоже.

68

– Ева, ты слышала?! – взорвалась эмоциями Лиса, едва заметила подругу в холле клиники. – Весь город гудит, билеты на бой разлетелись как горячие пирожки, а для тех, кто не успел подсуетиться, будет организована прямая трансляция. Платная, разумеется.

Слышала ли она? Весь вечер и часть ночи в семье Балуевых обсуждалось приближающееся мероприятие. Ева едва не охрипла, пытаясь убедить медведя отказаться от боя, но мужчина оставался непреклонным.

– Этот «отмороженный» совсем берега потерял, надо с этим что-то делать, – Евгений удержал на груди блондинку, которая была готова выложить очередной аргумент «против». – Ев, это наши мужские разборки. Если мальчик ходит и нарывается на кулак, то пусть получит то, что хочет.

– Жень, но ведь это будет драка, бой, а не переговоры и не игра в шахматы, – прошептала девушка, ловя спокойный взгляд любимых глаз. – Будет боль, могут быть переломы, серьезные травмы… Женька, ну зачем..? Ради чего?

Он пять лет жил один, сам по себе, ни для кого не представляя ценности. Жанна не в счет, ту интересовал лишь его кошелек, а сейчас Ева сходила с ума от беспокойства. С одной стороны, это согревало душу, но с другой…

– Не волнуйся, он до меня не дотянется. Максимум – пара ссадин, но не больше. Ты – мой ангел-хранитель, а Федя – обиженный мужик, который так и не смог повзрослеть.

– Он – злой мужик и очень сильный, – отозвалась Ева. – Вбил себе в голову какую-то глупость про меня и никак не хочет включить мозг.

– Не волнуйся. Уверен, что к концу боя его мозг все-таки заработает. Все, душа моя, надо спать, а то тебе завтра на работу, – Балу укутал любимую одеялом и объятиями, аккуратно поглаживая по спине.

Воспоминание завершилось, возвращая блондинку в реальность, в клинику.

На громкий голос Василисы народ начал оборачиваться и перешептываться. Ева дернула подругу за руку.

– Лис, не кричи.

– Ой, какая красота! – Василиса перехватила запястье подруги и довольно цокнула. – Ев, ты замуж вышла? А свадьба будет?

Блондинка закатила глаза: иногда Лиса становилась невыносимой. Ну что за любопытство? Ева спрятала в карман плаща руку с обручальным кольцом и нахмурилась.

– Пока не знаю, мы с Женей еще не обсуждали свадьбу.

Им было не до этого. На первый план вышла задача отменить или расстроить поединок, на это Ева и бросила все силы, но, к сожалению, ее старания ничем не увенчались.

– Хамов надо ставить на место, – этой фразой медведь поставил точку в споре, и возразить было нечем.

Все закрутилось с бешеной скоростью. Работа, маленькие пациенты, встревоженные мамы…

Рабочий день подошел к концу. Ева вышла на крыльцо и зажмурилась, подставляя лицо теплому летнему солнцу.

– Ева…

– Да чтоб тебя…– чертыхнулась блондинка, заметив приближающегося подполковника. – Да, Макс. Что случилось?

Адашев выглядел усталым и постаревшим, словно за одну ночь прожил пять лет. Он сменил костюм на джинсы и рубашку поло. Женщины оборачивались, провожали взглядом спортивную подтянутую фигуру мужчины, а он смотрел только на бывшую жену. Чужое обручальное кольцо, появившееся на пальце, стало финальным аккордом их семилетней истории, а ее старое кольцо все еще висело на цепочке на груди Макса.

– Ева, я хотел с тобой поговорить. Можно?

Робость Адашева, его неуверенность в себе шокировали блондинку.

– Да, конечно. Что ты хотел узнать?

Подполковник сжал пальцами переносицу и на миг прикрыл глаза. Это была его последняя попытка… Попытка, заранее обреченная на провал.

– Ты говорила, что стерла меня из памяти. Расскажи, что у тебя осталось? Что ты помнишь?

Из клиники то и дело выходили люди. Оглянувшись, Ева направилась в сторону небольшого скверика, что располагался неподалеку, мужчина следовал за ней.

– Я даже не знаю, как тебе объяснить, Макс. Наверное это похоже на удаление зуба под анестезией. Я помню нашу семью, вечера, прогулки и поездки. Помню тебя и твои привычки, а потом – оп! – и пустота. Чувства исчезли вместе с тем самым «оп!». Был зуб, потом – укол, и