Оружие Кроноса - Александр Петровский

Афродита, погасив окурок в пепельнице, вскочила со стула и запела. Слова были непонятными, но мелодия завораживала. Елубай немедленно надел наушники плеера и включил себе на полную громкость хит группы «Металлика». Мерлин встал с кресла и шагнул в сторону возлюбленной, но та властным жестом отправила его обратно. Ромуальдовна щелчком швырнула в лицо богине любви горящую сигарету, изрядно при этом промахнувшись.

— Поёшь ты тоже хреново, — сообщил Жора.

— Что вы тут, по-вашему, делаете? — недоумённо поинтересовался Сатана, появляясь из стены с большой дымящейся джезвой в руках.

— Вагиня вообразила себя Монсеррат Кабалье и решила выступить перед нами с гастролью, — пояснила Ромуальдовна.

— Вы знакомы с творчеством милейшей Монсеррат? — изумился Сатана. — Вот уж ни за что бы не подумал. Ну, а если серьёзно, Афродита? Кому ты поёшь песнь любви? Мерлину? Мне? Вряд ли, ведь мы для тебя, как мужчины, бесполезны. Саре Ромуальдовне? Не думаю. Даже если она надумает сменить ориентацию, это ничего не даст. Её ненависть к тебе не того свойства, при котором до любви один шаг. Абраму Альбертовичу? Это заведомо бесполезно. Выходит, Елубаю Нуртасовичу?

Сатана безумолчно болтал с единственной целью — отвлечь и тем самым удержать Мерлина и Афродиту от схватки со смертными, в которой неизбежно погибнут Жора и Ромуальдовна, и очень вероятно, что Елубай — тоже.

— Абрам Альбертович — это Жорик? — уточнила богиня любви.

— Точно. Когда-то им был.

— Так почему заведомо бесполезно его привораживать?

— Как? Неужели я, Сатана, должен объяснять богине любви тонкости приворотной магии? Это же элементарно, любезнейшая Афродита! Никого невозможно приворожить повторно. Я думал, это всем известно, хотя бы по сказкам.

— Забыла, — призналась Афродита. — Ладно, смертная баба, забирай себе этого никому не нужного козла.

— Зелен виноград, как сказал старик Лафонтен, — едва слышно прокомментировал происходящее Елубай, впрочем, Жора и Ромуальдовна хоть его и услышали, но всё равно не поняли.

— Хорошо, в половых взаимоотношениях членов нашей команды, имею в виду членов вне зависимости от пола, мы более-менее разобрались, а теперь, достопочтенные, самое время выслушать милейшую Афродиту.

Богиня любви достала из воздуха чашку и налила в неё горячий кофе из джезвы. Она вознамерилась сделать глоток, но вместо этого внезапно разразилась возмущённым визгом. Не переставая визжать, она протянула чашку Сатане. Тот уставился на этот предмет сервировки непонимающим взглядом.

— Что тебя не устраивает, отрада очей моих? — поинтересовался Князь Тьмы. — Ты ведь даже не попробовала на вкус приготовленный мною благородный напиток, а уже возвращаешь его обратно. А зачем ты положила в чашку окурок?

— Это не я, — заявила Афродита, перестав, наконец, повизгивать.

— А кто, я? На окурке след помады. Я не имею привычки подкрашивать губы, если ты не заметила.

— Но и я сейчас без косметики!

— Ну, раз так, тогда это окурок милейшей Ромуальдовны. И цвет помады совпадает. Хобби такое у женщины. Когда мы гостили у Яхве, она мне в кофе струшивала пепел. Сейчас вот выкинула целый окурок. Выбрось эту чашечку, возьми новую, и налей ещё раз. Зачем так шуметь по столь незначительному поводу?

— Окурок был не в чашке, а в турке!

— Что ж, в таком случае тебе не повезло. Я не пойду заваривать повторно, ты это сама понимаешь. Сядь, успокойся и рассказывай. Время не ждёт, как сказал старина Лондон. Позволю себе его процитировать, раз уж мы находимся в Лондоне.

— Время ещё ждёт, Люцифер. У тебя в распоряжении полторы недели. Ты это поймёшь, когда я всё тебе расскажу.

Ромуальдовна молча удивлялась, как её окурок попал в кофе. Она же явственно видела, что он врезался в стену и упал на пол, но теперь на полу его уже не было. Сатана (разумеется, это именно он из хулиганских побуждений, которые называл невинным озорством, переместил окурок Ромуальдовны в джезву) тем временем сел к столу, поставил перед собой высокий бокал с ледяным апельсиновым соком и приготовился внимательно слушать. Афродита не замедлила начать своё повествование.

Как вам известно, я дочь Зевса. Имя моей матери вам ни к чему, она была трёхмерной и умерла много тысяч лет назад. Всеми божественными делами в то время заправлял Кронос, он ещё называл себя титаном, что бы это ни значило в его устах. Об оружии Кроноса вы, конечно же, наслышаны. Вот именно этим оружием он и держал всех в страхе. Представляло оно из себя заклинание, которое убивало конкретного бога, никак не затрагивая остальных.

Считалось, что все без исключения боги были детьми Кроноса, кроме него самого, разумеется. Но это было не так. Он внимательно следил за своими детьми, однако не учёл, что богом может стать и кто-то из его внуков. Зевс и был таким внуком. Его отца Кронос убил, так что добрых чувств к деду внучок отнюдь не питал. Зевс знал, что заклинание записано на пергаменте, и предполагал, где примерно оно хранится. А может, и не на пергаменте, а на папирусе, я их постоянно путаю.

Требовалось этот документ выкрасть. Вот только как? Кронос почти постоянно находился в нужной нам комнате, а если бы он застал там вора, убил бы без малейших сожалений. Не забывайте, что мы тогда даже понятия не имели, что в смертельном заклинании требуется указать имя жертвы. Кронос Зевса не знал вообще, не говоря уж об имени. Но наш план исходил из того, что в случае неудачи мы непременно погибнем. Может, это и к лучшему. Папа продумал всё так тщательно, что риск для нас был почти полностью сведён к нулю.

Прежде чем я расскажу, как мы это проделали, пару слов о теории магии. Заклинания основаны на языке атлантов, по-настоящему его знал только Кронос, последний бог-атлант. Но составлять их можно было и не зная языка. Отец говорил, что из атлантического произошли древнегреческий, со всеми его диалектами, и минойский, но тут я ничего сказать не могу. Сама не в курсе. Знаю только, что заклинания основаны на слоговой азбуке, то есть, у атлантов толкового алфавита ещё не было. Вижу, что никто из вас меня не понимает, так что на этом с лингвистикой закончим, и перейдём к разновидностях заклятий.

Во времена атлантов использовались заклятия покорности, приворотное, сонное и смертельное. Именно смертельное называют оружием Кроноса. Значительно позже появилось заинтересовывающее. Не могу не похвастаться, разработала его я. Это синтез покорности и приворота. По лицам Мерлина и Люцифера вижу, что для них это новость. Что же касается наших трёхмерных товарищей, на их лицах читается скука. Или они всё это знают, или им всё это по хрену. Что ж, в таком случае, от теории перехожу к практике.