Ловцы снов - Анна Аникина

у себя дома был милейшим человеком. И смотрел на свою супругу с нескрываемой любовью.

"Дракон" и поборница традиций фрау Мария светлела лицом, когда на пороге появился сначала её сын с женой, потом Алекс, Тори и Вит. И тепло улыбнулась Алисе. А всех Тухольских встречала как близких и дорогих людей.

Аннушка с Анджеем первые минуты держались так, будто вдохнуть — вдохнули, а выдохнуть не могут. Очень старались держать спины прямо, а рот на замке. Видимо, Марийка с Владиком провели по дороге большую разъяснительную работу. Сам Владик от волнения дёргал манжеты. Хотя на переговорах с самыми сложными клиентами всегда был увереннее всех.

Алиса сидела рядом с Михалом. Он разглядывал её тонкий профиль, веснушки на носу и длинные ресницы. Алиса же заметила, как внимательно на них с Михалом смотрит бабушка.

Стол оказался вполне традиционным. Никаких сложных блюд. Пожалуй, немного разнообразнее, чем на праздничном столе обычной немецкой семьи. Салаты, овощи, кнедли, тушеное мясо, домашний хлеб и сыр.

Тухольский не сразу понял, где он буквально сегодня утром видел такое меню. Он ещё раз внимательно посмотрел на стол и повторил про себя названия блюд. Глянул на маму. Та была увлечена беседой с Кирой и Йохеном. Обсуждали проблему изучения иностранных языков детьми и взрослыми. Следующий взгляд был на баронессу. Та посмотрела прямо на Тухольского. И он мог поклясться, что подмигнула!

— Скажи, пожалуйста, а кто составлял меню? — очень тихо спросил Алису.

— Обычно это делает бабушка. Что-то не так? Тебе не нравится? — испугалась та.

— Нет-нет. Очень вкусно, — успокоил её Михал, — Очень по-домашнему.

— Сегодня просто ужин, вот завтра будут полные столы. Переплюнуть мою бабушку могут, разве что, те бабушки из поселка. Иногда мне кажется, что соседи приезжают на наши приёмы, чтобы поесть, — улыбнулась Алиса.

А до Михала в этот момент дошло, где он видел ровно этот список блюд. В своём индивидуальном меню, составленном командным врачом! Вот это "дракон"!

— Мне всегда нравился русский стол, — рассказывал барон, — Много лет назад всем немецким коллегам очень нравились приёмы в советском посольстве. Русский салат, пироги, блины с икрой! И мы с Марией стали делать нечто подобное у себя. И в этот раз на свадьбе в Москве это было потрясающе! Столько вкусной еды!

Тухольские понимающе закивали.

— Особенно удались пирожные. С ягодами, — хохотнул Алекс и посмотрел на детей. Те уже немного изнывали за взрослым столом.

— Кстати о пирожных. Дети, если хотите, можете идти к себе. Десерт и фрукты вам подадут туда, — распорядилась баронесса.

Упрашивать всех троих не пришлось. Их как ветром сдуло.

— Виталий рассказал мне на днях о своем новом русском друге Слонике, — улыбнулся барон.

Фрау Мария, услышав знакомое загадочное слово, удивлённо уставилась на мужа.

— О да! — рассмеялся Роберт Тухольский, — это и правда очень забавно. Когда мы только познакомились, был только Слон. Это такой большой парень. Зовут Константин. На самом деле он юрист. Потом у него родился сын, и его прозвали Слоненком. Сергей тоже такой крупный. Сейчас Слоненок уже сам взрослый мужчина. И у него тоже есть сын. Как вы думаете, как его называют?

— Слоник? — по-русски произнесла баронесса, — Вот уж не знала, что таким словом называется внук слона!

Глава 118

После ужина Алиса утащила Михала гулять. Летняя ночь была чудо как хороша. Жалко было упускать возможность побыть вдвоём.

На скамейке возле пруда она уютно устроилась в объятиях Тухольского. Так бы и сидела всю ночь, чувствуя биение его сердца, тепло его рук и нежность губ на своих губах.

Выдержка Тухольского трещала по швам. Здесь, в доме Алисиных бабушки и дедушки, он не позволит себе ничего лишнего. Завтра день рождения Алекса. И это тоже не время привлекать к себе внимание. Но посоветоваться с родителями, как именно перейти на следующую ступень их с Алисой отношений, стоит. Причём не откладывая.

Алиса почти задремала в сладкой неге.

— Давай я тебя отнесу, — Михал подхватил её на руки. Алиса обвила его шею руками. Уткнулась носом в плечо.

— Стой. Сколько времени? Полночь уже, да? — вдруг проснулась Алиса.

— Нет. Без десяти. А что? — Михал поставил её на ноги.

— Побежали. Должны успеть!

— Куда?

— На кухню!

— Зачем?

— Сейчас увидишь.

Запыхавшись, они примчались к кухне без одной минуты полночь.

— Ну где вы ходите? — неожиданно сказал по-русски Йохен, совершенно не удивившись появлению Алисы за руку с Михалом.

— Йохен, дверь! — Кира несла торт со свечками, — Алиса, Михал поджигайте!

В четыре руки они с Алисой зажгли свечи на торте. Йохен открыл дверь. В кухне обнаружились Алекс и Тори в домашней одежде. На столе были чайные чашки. Михал пересчитал. На него тоже явно рассчитывали.

— С днём рожденья те-бя! С днём рожденья те-бя! — запели все хором по-русски. Хотя вечером за столом говорили только по-немецки, — С днём рождения, А-лекс! С днём рожденья те-бя!

Выражение лица у Алекса было совершенно счастливое! Он обнял всех по очереди.

— Алиса, наливай чай.

Михал помогал подавать всем чашки.

В коридоре послышался топот нескольких пар детских ног.

— Он же спал! — всплеснула руками Тори.

— Папа! — в кухню ввалился Вит в пижаме и втащил за собой Аннушку и Анджея, закутанных в пледы, — Мы поздравляем тебя! Вот! Смотри! Мы все вместе сегодня доделали! Я бы сам мог не успеть.

Анджей достал из-под пледа картину "по номерам".

— Ого! — искренне восхитился Алекс, — Цусима? Спасибо, ребята! Это очень круто! Повешу в кабинете.

Алиса достала ещё три чашки. Тори резала торт и где-то добыла домашнее печенье.

— Мы всегда поздравляем в полночь, — прошептала Алиса на ухо Михалу.

Она прикинула, что есть вероятность, что у неё появится возможность поздравить Тухольского с днем рождения именно так, как принято у них в семье.

Большого труда стоило Михалу, отправив по кроватям племянников, довести до её комнаты Алису и, поцеловав её, не зайти.

Ночью ему снова снилась целая поляна одуванчиков и Алиса в веночке.

— В Раттенбурге цветут одуванчики? — спросил Михал Алису утром.

— Одуванчики? Здесь? — Алиса оглядела близлежащий пейзаж, — Тебя интересует производство каучука? Хочешь купить акции?

Михал не знал, что ответить. У него в голове красивая жёлтая поляна была исключительно романтическим символом. Он и не знал, что цветы имеют отношение к производству резины. Видимо, выражение его лица было достаточно растерянным.

— Понимаешь, в Германии выращивают одуванчики на специальных плантациях. И делают потом, например, велосипедные шины. Но не у нас. На северо-западе. А наш садовник борется с ними всеми силами. Хотя мне лично одуванчики нравятся. Бабушка Майя