Ловцы снов - Анна Аникина

догадками о том, что дочь Леслава не просто так зовут Беатой. Порадовало, что наличие семьи для бабушки — это плюс. И она не считает Цихановского молодым для роли отца и мужа. А они с Михалом почти ровесники.

— Теперь касательно нашего Виталия. Почему это он Олаф? Что за фантазия? И про какой "слоник" они все говорили?

Алиса улыбнулась. Надо же, у бабушки почти точно получилось произнести это слово.

— Олаф — это главный герой мультфильма. Помнишь, про двух сестёр? "Холодное сердце". Там ещё смешной снеговик Олаф и конь. Так нашего Вита в Москве на свадьбе Игоря назвали. Видимо, потому что волосы белые. А Слоник — это человек. Мальчик. Тоже из Москвы. Он просто очень крупный ребёнок. И это он назвал Михала "Чёрным ниндзей", а журналисты потом везде это разнесли.

Брови баронессы взметнулись вверх.

— Русский ребёнок сказал японское слово, польские дети повторили, а все немецкие газеты потом написали, — прокомментировала она.

Алиса представила, что надо будет объяснить, что Слоник это сын Слоненка, а Слоненок — сын Слона. По-немецки получалась ещё большая путаница, чем по-русски. Поэтому ограничилась общим описанием.

— Принцессу Эльзу я помню. Мы с дедушкой тебе привозили из магазина "Дисней" какой-то набор.

— Да-да! Куклы, фломастеры и раскраски. — Алиса пыталась вспомнить, когда же это было. Казалось, что совсем недавно.

— Тогда причём тут погода?

— Какая погода? — не поняла Алиса.

— Тайфуны и ураганы, — баронесса говорила серьёзно.

— Ой… Это, я думаю, про тот случай на пресс-конференции, когда дети вбежали прямо в зал, — Алисе не хотелось вдаваться в подробности. Это был не тот эпизод, который мог бы быть одобрен бабушкой, а портить репутацию младшим Зимовским совсем не хотелось.

— А гол Тухольскому? Это правда? — переключилась и чужих детей на правнука баронесса. Алиса выдохнула, что не последовало комментария о воспитании детей в семье у Тухольских.

— Абсолютная! Вит действительно забил.

— Это говорит о том, что наш мальчик талантлив? Или о том, что Тухольский не смотрел на мяч? — в голосе баронессы ясно читалась ирония.

— Я думаю, что Виту нравится футбол. А Тухольский очень любит детей. Поэтому позволяет им чувствовать себя чемпионами.

Баронесса ещё минуту молчала. Видимо, пыталась уложить в голове взаимосвязи во всей этой польской компании и новую информацию о собственном правнуке.

— Я пригласила Тухольских на ужин завтра.

— Как завтра? Почему завтра? Прием же в воскресенье?

— И на прием в воскресенье тоже пригласила. Завтра просто посидим по-семейному. Раз уж Михал Тухольский практически в открытую признается в любви моей внучке.

Лицо Алисы мгновенно стало пунцовым. Конечно, бабушка всё заметила. И то, как Михал смотрел на неё. И то, что говорил. Зная подтекст, сомнений у неё не могло быть.

— Скажи мне, Алиса Хельга фон Ратт, что самое главное в твоём Тухольском?

Алиса долго собиралась с мыслями и формулировала. Ей хотелось быть точной в формулировках. Эта пауза, наверное, могла бы значить, что ей нечего сказать. Но не для баронессы. У той хватало такта просто ждать.

— Он настоящий, бабушка. Не сказочный персонаж. Не выдумка журналистов. Он не играет роль. Просто живёт. И мне рядом с ним спокойно и радостно. Кажется, что всё равно, где быть. Везде будет одинаково, если рядом с ним.

Теперь молчала фрау Мария.

— Когда ты была маленькая, моя дорогая, ты была очень радостным ребёнком. Я знала, как звучит твой смех. И это напоняло моё сердце счастьем. Какое-то время назад ты почти перестала улыбаться. И вот сейчас рядом с этим парнем снова начала. И я слышала, как ты смеёшься рядом с ним. Есть ли для бабушки лучший критерий? Нет… Нам хочется, чтобы наши дети и внуки были счастливы рядом с теми, кого любят.

Глава 115

Утро после матча всегда давалось Тухольскому тяжело. Игра — это всегда некий результат твоей работы. После подведения итогов нужна пауза. В этот раз утро было особенно трудным. И Михал долго не мог понять причину.

Но теперь, кажется, практически все беды лечились одним единственным лекарством. Алисой рядом. Она будто меняла состав воздуха вокруг себя. И это был лучший обезбол на свете!

Просыпаться и не видеть её улыбку — это проблема. Полный дом народу. Вся семья рядом. А Алисы нет. Но Алиса фон Ратт, это не та девушка, которую просто можно пригласить вместе жить. О нет! С ней или в костёл, или не стоит даже мечтать. Она из той породы женщин, что не приемлет полумер. Всё делает на полную катушку.

— Михал, я не успела тебе вчера сказать, — мама подала Тухольскому завтрак, — Фрау фон Ратт вчера пригласила нас на ужин.

— Да, Алиса мне говорила, что в воскресенье приём по случаю дня рождения её брата Алекса, — Михал ещё до конца не проснулся.

— Мих, ты не понял. Это сегодня, — пощелкал ему пальцами перед лицом Владик, — Мы приглашены в Раттенбург на выходные. Ужин сегодня и прием в воскресенье. "Барон и баронесса фон Ратт имеют честь пригласить Вас в свое поместье", — пафосно и театрально вычитал Зимовский на приглашении, — В замки к акционерам "Баварии" нас ещё не приглашали.

— Клоун ты, Владик. Семья Алисы приглашает мою семью. Ты понимаешь? — до Тухольского на самом деле только что дошло, что происходит. И стало ясно, что Зимовский весельем прикрывает волнение. Фон Ратты — это большая величина по меркам Германии. И с дедом и дядей Владика Фридрих фон Ратт вполне мог пересекаться по дипломатической линии, — Дресс-код указан? — Михал прикинул, как раз ли ему черный пиджак от костюма. И где можно добыть бабочку. Ужин ещё куда ни шло, но на прием наверняка будет по меньшей мере "Black tie"[23].

— На ужин фрау Мария просила не думать о дресс-коде. Это просто семейная встреча, — Беата Тухольская уселась за стол напротив сына. Отхлебнула чай, — А вот на прием все же "Black tie". У фон Раттов мог быть и "White". А у нас мало времени. Так что, поторопитесь. Мы едем по магазинам.

У Михала хватило ума не спрашивать маму ни о чем. Уж кто-кто, а она точно знала все тонкости посещения подобных мероприятий и общения с людьми уровня фон Раттов. Хотя сам он ничего такого особенного не заметил. Да, вилок рядом с тарелкой было точно больше двух, и ели они в большой столовой. Но в остальном — обычные люди.

— Мы едем в замок? Настоящий? А Олаф что, принц? — налетели на Беату внуки.

Полдня в магазинах в компании мамы, папы, Марийки,