Дневник (1918-1919) - Евгений Харлампиевич Чикаленко

с. -децкой партии и идти в услужение к гетману, лишь бы строить свою державу. Теперь, когда германская мощь зашаталась, когда есть опасность, что на Украину придет Антанта, В.К. хватается за большевизм, думая с помощью Совдепии спасти Укр. державу. Но напрасные это надежды. Если действительно немцев разобьют наголову, и они уберутся с Украины, то большевики великорусские и наши недолго будут властвовать здесь, потому что их вскоре разгромит Антанта с добровольцами-монархистами. Тогда нам придется быть пересеянными раз через большевистское сито, а второй через — монархическое и от укр. интеллигенции не останется ничего. Говорят, что Раковский{358} уверяет Г.В., что большевики не тронут нашего языка, и вообще культуры, а также государственности, потому что убедились в демократичности укр. национального движения, но мы слышали о праве на «самоопределение, вплоть до отделения». Удивляюсь я В.К., разве он не видит того рая, который устроили большевики в Московии, а если он ему нравится, то разве В.К. не видит того, что большевистский рай будет только до тех пор, пока не придет Антанта, которая обступает Совдепию уже с трех сторон, а если высадит войска с Черного моря, тогда конец будет и Украине, и Совдепии. Но очевидно В.К. уверен в том, что социалистическая революция охватит всю Европу. Это возможно, но тогда я думаю, придет конец не только нашей государственности, но и всей европейской цивилизации и от нее потомству останутся только какие-то достопримечательности, как после египтян или ацтеков, потому что знатоки говорят, что западные народы гораздо более жестокие, чем «благодушный» русский народ и там соц. революция примет формы хуже, чем рус. большевизм.

Говорят, что В.К. настаивал, чтобы союз запретил украинцам входить в этот кабинет отдельными лицами, а добиваться замены всего кабинета кандидатами, намеченными союзом. А тем временем помощник Гренера Ярош в беседе с Никовским, Грековым и Марголиным{359} твердо сказал, что смена всего нынешнего кабинета сразу невозможна, потому что это выглядело бы как переворот, а намечена постепенная замена, сначала министра юстиции, культа и образования, а затем во вторую очередь — министра земельных дел, так как Колокольцов не соответствует видению ни гетмана, ни немецкого командования, потому что они требуют аграрной реформы, а Колокольцов, опираясь на крупноземельные круги и «Протофис», решительно выступает против всякой реформы, думая, как и Кистяковский, что земельные отношения сложатся сами собой через свободную продажу земли. Портфель юстиции немцы хотят отдать Шелухину, культа — Лотоцкому, а образование гетман передает П.Я. Дорошенко. Если бы большинство союза стало на точку зрения Владимира Кирилловича, то закрыта была бы дорога Шелухину и Лотоцкому в министерство, и поэтому союз высказался не так резко, а постановил не рекомендовать украинцам входить отдельными лицами в этот кабинет. Если действительно Шелухин получит портфель судебных дел, то он много сделает для украинизации судопроизводства, а Лотоцкий в министерстве культа ничего не сделает, потому что он человек робкий, нерешительный и побоится круто поступить с кацапами-архиереями; на этот портфель надо человека с другим характером, а Лотоцкий был бы на месте в должности государственного контролера, как специалист в этом деле.

Для нас необходимо в первую очередь передать портфели земельных дел и военных в укр. руки, чтобы быстрее провести аграрную реформу и организовать надежную армию, потому что Рогоза, как все говорят, человек более чем ненадежный, и армия под его руководством не защитит державу от Антанты и монархистов. Д-р Лукасевич говорит, что Мумм уже не вернется в Украину, а на его место должны прислать из Берлина Надольного, человека благосклонного к нам, может, тогда дело национализации кабинета пойдет быстрее. Но Скоропись, который приехал сегодня, говорит, что Надольный — поляк и наш убежденный враг.

5 октября

Сегодня я был в Укр. клубе на заседании Общества содействия и там услышал целый ряд новостей.

Оказалось, что мои хлопоты и беготня, чтобы составить список кандидатов в министры для ответа Кистяковскому, были напрасными, потому что на гос. секретаря пригласили Николая Могилянского, теперешнего помощника, очень слабого украинца, на гос. контролера — М.А.Славинского{360}, человека способного, но ленивого к работе; если надо сказать речь щиро украинскую, то Максим Антонович для этого самый подходящий человек, а как дойдет до работы, то М.А. неоднократно уклонится и скроется; в тяжелые времена для укр. движения о нем и слуху не было, а выплывал или выныривал он только во времена общего подъема. Так было с ним и в 1905 году, и сейчас. Портфель культа дают А.И.Лотоцкому, о котором я уже говорил, что это человек слишком угодливый и приторно сладкий перед «сильными мира»; говорят, что когда он был комиссаром в Буковине, то трепетал перед генералами, своими подчиненными, и боялся проявить минимальное украинство; К. Широцкий{361} без отвращения не может вспомнить об этой деятельности Лотоцкого, хотя к тому времени он с пиететом относился к нему, потому что Лотоцкий, действительно, искренний и неутомимый работник на культурном поле украинском и под псевдонимом Белоусенко сделал очень много. Но, к сожалению, у него какая-то на редкость неприятная, льстивая натура, то ли поповско-подольское воспитание, которое часто производит очень неприятное впечатление.

Хотя кабинет уже и пополнен украинцами, правда, второго или третьего сорта, но гетман через Д.И. Дорошенко официально пожелал поговорить с представителями Нац. союза и назначил на сегодня аудиенцию, на которую пойдут Винниченко, Никовский и Швец{362}. Гетман будет принимать Винниченко в том самом кабинете, в котором его когда-то принимал Винниченко. Как меняется судьба людей, их положение и мировоззрение.

Национальный союз, который в своем уставе на первом плане выставляет «борьбу за законную власть на Украине, подотчетную парламенту», то есть считает гетмана узурпатором, теперь посылает к нему председателя своего, эсдека Винниченко, чтобы объясниться, и эсдек охотно идет, чтобы спасти государство, точно так же, как германские эсдеки соглашаются на работу вместе с Вильгельмом.

Не представляю себе только того, о чем у гетмана с союзом будет речь, если Н. союз стоит решительно за то, что надо украинизировать весь кабинет, а гетман боится левизны украинцев.

Рассказывали в клубе и о заговоре россиян-монархистов во главе со Стеллецким, которые замышляли свергнуть и расстрелять гетмана и укр. часть правительства, а вместе с ними расстрелять как будто аж 1800 выдающихся украинцев, список которых нашли у заговорщиков. Не знаю, сколько в этом правды, но отрадно в этом то, что интеллигентных украинцев теперь уже считают тысячами, а не десятками, как до революции.

Еще слышал от