Греческие боги. Рассказы Перси Джексона - Рик Риордан

— Хорошо получилось! — объявил он.

Дионис назвал свое творение вином. Наполнив фляжку, он в тоске обернулся в последний раз на то место, где умер Ампел. Из земли на сумасшедшей скорости вырастали виноградные лозы, они оплетали деревья, пышно цвели и тут же плодоносили новыми сочными гроздьями.

Дионис удовлетворенно кивнул. Если пойдет так, как он задумал, весь мир оплетут виноградные лозы на вечную память Ампела.

Он вернулся в пещеру на Нисе и продемонстрировал свое открытие одной из своих приемных мам, нимфе Амброзии. (Да, ее назвали в честь пищи богов. Понятия не имею почему. Но то было куда лучше какой-нибудь Печеньки или Крекеры.)

Амброзия отпила вина, и ее глаза пораженно расширились.

— Это невероятно вкусно! А где Ампел?

— О… — Дионис повесил голову. — Он умер, упал с дерева.

— Ужасно! — Амброзия сделала еще глоток. — Но эта штука — просто потрясающая!

Вскоре она поделилась вином со всеми своими подругами-нимфами. Подоспели сатиры, решившие узнать, из-за чего стоит такое хихиканье. Прошло совсем немного времени, и всю гору охватила мощная вечеринка с плясками, песнями, кострами и огромным количеством вина. Дионис, не останавливаясь, производил напиток и пускал его по рядам. Он просто не мог отказать неиссякаемому потоку просьб. Наконец он обучил виноделию сатиров и нимф, и к концу ночи все жители горы стали настоящими экспертами в производстве вин.

Сатиры очень быстро обнаружили, что от слишком больших возлияний вина они пьянеют, то есть не могут ясно мыслить, четко видеть и идти по прямой. Странно, но открытие их развеселило, и они продолжили пить.

Один из сатиров постарше, Силен, приобнял Диониса рукой.

— Да ты, сир, бог! Нет, серьезно! Бог… как, говоришь, ты назвал эту штуку?

— Вино, — ответил Дионис.

— Бог вина! — икнул Силен. — А еще есть?

А теперь, детишки, пришла пора еще раз напомнить вам, что вино — для взрослых! На вкус оно настоящая гадость и может серьезно испоганить вам жизнь. Даже не приближайтесь к нему, пока вам не исполнится минимум сорок лет!

«Но Перси! — взвинченно воскликнете вы (взвинченно — уловили?), — по твоим словам выходит, что сатиры веселились от вина!»

Может, и так, детишки. Но сатиры подчас те еще тупицы. (И вновь, без обид, старик Гроувер.) Плюс вы не видели этих же сатиров следующим утром, когда они, держась за раскалывающиеся рогатые головы, брели, покачиваясь, в сторону леса, чтобы вывернуться наизнанку.

Все же нимфы и сатиры остались в восторге от изобретения Диониса и решили, что тот, должно быть, был богом. Вот как сильно зацепило их его открытие.

Вы же, наверное, полагаете… Ну да, вино. Подумаешь. Как по нему можно было судить о божественности Диониса? Если я, к примеру, изобрету салат с тунцом, меня что, тоже нарекут богом?

Но дело было в том, что вино стало настоящим переворотом в производстве напитков.

Нет, конечно, люди и до него пили воду, вот только вода могла тебя убить. Особенно в городах, где в ней буквально кишели бактерии и другие отходы жизнедеятельности… Ну, не будем углубляться. Скажем так, вода была той еще гадостью. В то время еще никто не успел изобрести газировку в банках, да что там, никто еще о чае и кофе не слышал, так что выбирать приходилось между водой и молоком. Но и с молоком стоило поторопиться, пока оно не испортилось, холодильников же тоже не было.

И тут появился Дионис со своим вином, которое не портилось, пока ты хранил его в запечатанных емкостях. Иногда его вкус даже улучшался с годами. Его можно было разбавить водой, снизив крепость, но алкоголь все равно убивал микробы и прочих мелких вредителей, так что пить его было куда безопаснее, чем просто воду. Можно было экспериментировать со вкусом, добавляя для сладости мед или добиваясь новых оттенков, используя разные сорта винограда.

В общем, вино стало главным напитком Древней Греции.

Но и это еще не все. Вино в малых количествах расслабляет, в больших — заставляет тебя хихикать и вести себя как безумный. Некоторые утверждают, что в состоянии опьянения они видят богов. (Опять-таки: даже не пытайтесь повторить это дома. Греческих богов вы не увидите, зато можете в подробностях рассмотреть собственный унитаз, когда вас будет в него тошнить.)

Слухи о новом напитке быстро распространились. Нимфы и сатиры с горы Ниса отправились по округе, рассказывая всем, кто соглашался их выслушать, о крутости вина и боге, что его изобрел, Дионисе. Они разбивали на обочинах дорог дегустационные палатки, предлагали наборы для начинающих виноделов, включающие горшочек с виноградной лозой, инструкцией по строительству винного пресса и доступ к бесплатной горячей линии службы поддержки.

Дионис стал знаменитым. Даже обычные смертные стали каждую ночь собираться на Нисе на очередную сумасшедшую вечеринку, где они много пили и буянили, но одним развлечением дело не заканчивалось. Последователи Диониса объявили себя приверженцами новой религии и стали называть себя вакханы — почитатели Вакха (как по-другому звали Бахуса), и для них вечеринки были своего рода хождением в церковь. Они верили, что так становятся ближе к богам, ведь Дионису было судьбой уготовано стать одним из двенадцати олимпийцев.

Как ко всему этому относился сам Дионис?

Его пробивала нервная дрожь. Он был все еще очень юн и неопытен и не знал, являлся ли он на самом деле богом или нет. С другой стороны, он был счастлив видеть, как люди радуются его новому напитку. А распространяя знание о вине, Дионис решил, что делает благое дело для всего мира, и это облегчало боль после всех выпавших ему испытаний — смерти матери еще до его рождения, насланного Герой на его приемных родителей безумия и, разумеется, гибели его лучшего друга Ампела.

И вот каким-то днем его окружили последователи и предложили:

— Пора переходить на новый уровень! — заявил один из сатиров. — Нужно отправиться в ближайший крупный город и привлечь на нашу сторону местного царя! Ты можешь предложить им стать их богом-покровителем. Они построят для тебя храм, и слава о тебе широко разойдется!

Ближайшим царем оказался Ликург, управляющий городом у подножия горы Ниса. Сатиры решили начать с него, поддержать местного производителя и все прочее.

Дионис не был уверен, что готов для выхода в свет, но его почитатели кипели энтузиазмом. Ответа «нет» они бы ни за что не приняли.

— Это отличная идея! — заверили они его.

Но вскоре Дионис узнает, что идея эта была кошмарная.

Ликург был тем еще отъявленным злодеем.

Он обожал сечь кнутом беспомощных животных — собак, лошадей, хомяков, да вообще всех, кто оказывался у него на пути. Он даже приказал сделать ему для этого особый хлыст — десять футов черной кожи, перевитой железной «колючкой» и усыпанной осколками стекла.

Если поблизости не было хомячков, он сек своих слуг. А иногда, исключительно ради забавы, он бил и посетителей, пришедших к нему с какой-то просьбой.

— Мой повелитель — ай-яй-яй! Мой сосед убил мою лошадь — ой-ёй-ёй! Я хочу потребовать компенсации… Ай-яй-яй! Ой-ёй-ёй!

Посещения никогда не затягивались.

Но Дионис и его последователи не имели о том ни малейшего понятия. Все свое время они проводили в вечеринках на горе, так что в город они спустились веселым парадом, раздавали встречным виноград, лозы и стаканы с вином, били в цимбалы, пели песни и врезались в прохожих. Дионис заметил мрачное выражение лиц горожан. Почти на всех можно было разглядеть шрамы от кнута. Дионису это очень не понравилось, но его почитатели уже объявили его богом, распевали хвалебные песни и кружили вокруг него в танце. Они одели его в дорогущие пурпурные одежды и водрузили ему на голову корону из плюща. Ему полагалось вести себя как новый олимпиец, мастер вина и глава вечеринок. Попробуй он сбежать — и впечатление наверняка смажется.

Они добрались до царской резиденции.

Ликургу нечасто приходилось встречать в своем дворце развеселую толпу из сотен сатиров и нимф, так что на несколько секунд он в растерянности окаменел.

Дионис подошел к трону, мысленно повторяя заготовленную речь.

— Царь Ликург, — сказал он. — Я Дионис, бог вина, а это мои последователи.

Царь молча уставился на него. На вид этому парню было около четырнадцати-пятнадцати, черные длинные волосы и симпатичные — чуть ли не девичьи, как подумалось Ликургу, — черты лица.

— Ты бог, — сухо сказал царь. — Ясно. А что такое это твое вино?

Последователи Диониса салютовали поднятыми чашами. Кое-кто выставил у трона горшки с виноградными лозами и бутылки с вином.

— Вино — это новый напиток, — пояснил Дионис. — Но это больше, чем просто напиток. Это начало новой религии!

Дионис пустился в объяснения других полезных свойств вина, но Ликург поднял руку, призывая его замолчать.