Одна Ж в Большом городе - Голубицкая Жанна

Простой народ – хотя и не богат, не знаменит и без издержек – тоже периодически падает жертвой нашей сверхскоростной жизни с ее перегрузками. Граждане попроще не произносят, конечно, сложных сентенций про душевную организацию, а тихо-мирно получают свои антидепрессанты в лечебном заведении по месту прописки. В рехабах для бедных все куда прозаичнее. Но жизнь кипит и там.

Феномен страсти к рехабам интересовал меня давно. И я потихоньку собирала всевозможную информацию на этот счет.

Она врач, он больной

Окончательно я поняла, что рехаб – моя тема, когда наткнулась в Сети на сообщение, подтвержденное убедительной статистикой, что знакомство женщины и мужчины чаще всего перетекает в продолжительные отношения, если они встретились… в дурдоме!

Это точно, подумала я, вспомнив о дяде, который подцепил себе (и мне заодно) третью по счету тетю, находясь на излечении в больнице, где та трудилась медсестрой. Но дядя тогда лишь сломал ногу, а она накладывала ему гипс. В то время как наука социология пытается теперь убедить меня в том, что наиболее крепкие межполовые связи возникают в клиниках для душевнобольных. Дескать, от этого не застрахован даже пациент, бросающийся с кулаками на санитаров и искренне считающий себя Наполеоном Бонапартом. Но легче и прочнее всего знакомятся якобы люди, страдающие депрессиями, стрессами и неврозами. То есть не опасные для общества, а просто утомленные буднями граждане, ложащиеся в стационар подлечить расшатанные нервишки. Итак, кто же они?

Фауна в стрессе

В одной из саванн Южной Африки живет занятное племя слонов. Это очень добрые, разумные и дружелюбные животные. Вот уже много лет они все вместе мирно пасутся на одной и той же лужайке, периодически заводя маленьких слонят. Рядом с их пастбищем произрастает особый сорт деревьев, плоды которых имеют выраженный наркотический эффект. Но слоны абсолютно не интересуются ими, предпочитая здоровое питание подножной травкой. Они очень миролюбивы друг к другу и к человеку: позволяют приближаться к себе и с удовольствием фотографируются. Но один раз в год, в конце календарной осени (ибо фактической смены сезонов в Африке нет), эти милые звери будто сходят с ума. Они начинают носиться по саванне, сметая все на своем пути и отчаянно пожирая с деревьев наркотические плоды. Слоны катаются по земле, дерутся между собой и даже нападают на других животных!

Безумие длится около двух недель, а потом заканчивается так же внезапно, как и началось. Интересно, что самым достоверным признаком того, что слоников вскоре охватит бешенство, является то, что они… розовеют! За несколько дней до начала припадка шкура животных приобретает розоватый оттенок, а уши становятся ну прямо-таки ярко-розовыми! По окончании приступа слоны вновь приобретают свой нормальный серо-бурый цвет. По версии ученых, таким образом животные просто «выбрасывают» стресс и адреналин, накопившийся за год мирного топтания на лужайке.

Слоны не мы?

В последнее время вдруг я стала замечать, что и я сама, и все мои подруги, прямо как те самые розовые слоны, раз в год ни с того ни с сего впадаем в некое тяжелое состояние – кто в депрессию, а кто и в бешенство. И, казалось бы, на ровном месте. Кто-то винит во всем наш противный климат, кто-то – стрессы…

Но факт остается фактом: белый свет не мил, любимые не любимы и вообще хочется просто «лечь на обочину» этой опостылевшей жизни. Или выкинуть нечто такое, что нарушит монотонное однообразие будней. И вот уже «козырной» темой наших девичников все увереннее становятся жалобы на всяческие фобии, депрессии и неврозы.

Всякий раз очередная подружка, томно пригубив бокал вина, начинает печальную повесть о своих навязчивых состояниях. При этом явно любуясь собой – совершенно особенным существом с легко ранимой душой и тонко организованной психикой. Она не одинока: ей внимают такие же тонкие существа, ждущие своей очереди поделиться. Заветная околомедицинская тема норовит вытеснить из наших посиделок даже самую вечную боль – треп о наших мужчинах. Хотя, конечно, основной причиной любых неполадок в нашей нервной системе все равно остаются они, любимые – это подразумевается. Так в чем же дело? Неужели так сильно испортилась экология, углубилась озоновая дыра или же просто это мы сами дружно вошли в тот возраст, когда все пугает и ничего не радует?

Психо? Сома!

Честно говоря, сама себе я всегда казалась вполне психически устойчивой и уравновешенной личностью. Но, чтобы не заниматься голословной критикой ближнего, начала тем не менее с себя. После подробного штудирования брошюры о нервных расстройствах и анализа собственного поведения пришлось признать – увы, я полный псих! Во-первых, не зря я никогда прежде не брала в руки книг по медицине и даже журнал «Здоровье» не читала: все описанные в брошюре симптомы заболеваний немедленно нахожу у себя – прямо по О’Генри. Во-вторых, я никогда не езжу в лифте с незнакомцами, потому что когда-то в детстве меня напугал сосед. В-третьих, когда я ношусь по дому, хватаюсь за все сразу и кричу на домашних, – это у меня не плохое настроение, а «синдром безотчетной тревоги». В-четвертых, когда я полночи пишу статью, выкуривая зараз пачку сигарет, это не необходимость срочно сдать материал, а «истерическое расстройство сна», осложненное «страхом последствий».

К тому же у меня боязнь толпы, паническое неприятие насекомых, навязчивые мысли о нехватке денег, и еще я терпеть не могу, когда стучат вилкой об нож, – повышенная раздражаемость. В той же брошюре я вычитала, что первый шаг к решению проблемы – не отмахиваться от нее, а признать ее наличие как факт. Следующие шаги в исцелении – обратиться к специалисту и, получив помощь, по возможности помочь и товарищам по несчастью. Придавленная багажом новых знаний, я, прежде чем запереться на остаток жизни в палате № 6, решила поближе присмотреться к обитателям «дурок».

Изучив специальную литературу, пришла к выводу: синдром «розового слона» касается не только женщин. По свидетельству специалистов, при сегодняшнем ритме жизни все больше практически здоровых, социально адаптированных людей становятся пациентами разнообразных клиник неврозов. Диагноз у большинства из них – стресс, депрессия, отсутствие интереса к жизни, семье, работе. Часто расстроенные нервишки сказываются и на физическом состоянии: массово вылезают различные болячки. Получить квалифицированную помощь можно сегодня двумя путями: в платных анонимных заведениях и в обычных «государевых дурках» – психосоматических отделениях больниц, существующих на бюджетные деньги. И туда, и туда люди приходят сами: по закону сегодня никого не лечат принудительно.

Для справки:

Психосоматика – психо (Psyho – лат.) – душа, сома (Soma) – тело. Психосоматическими называют заболевания, где некое душевное расстройство влечет за собой и физические последствия в организме. Психосоматика – отрасль медицины, изучающая связь человеческой психики с физическим состоянием организма.

Кадриль в элитной дурке

Не обходит стороной синдром «розового слона» и людей по-настоящему успешных, богатых, а порой и знаменитых. Но они, конечно, обращаются за помощью в строго анонимные платные заведения, вход в которые простым смертным заказан. Что же это за загадочные места, берущиеся восстановить душевный покой небедных людей? И с кем там, интересно, можно познакомиться для «продолжительных» отношений? И вот уже я, запасясь достоверными симптомами нервного расстройства и нехилой суммой, отправляюсь в самый потаенный уголок отечественной психиатрии – в московскую дурку для элиты.

Выписка из истории болезни пациентки Ж. Г.:

Жалобы: общая подавленность, психомоторная заторможенность, трудность концентрации; резкое снижение аппетита с сопутствующим изменением веса тела; нарушение сна; беспричинное чувство самоосуждения и чрезмерное неадекватное чувство вины; навязчивые мысли о смерти; учащенное сердцебиение; тремор и онемение в конечностях.

Диагноз: Аффективное расстройство, сопровождающееся угнетением эмоционального фона и снижением общего уровня активности. Депрессивный эпизод средней тяжести. Циклотимия (подверженность цикличной смене настроения).