The Мечты. Бес и ребро (СИ) - Светлая Марина

А потом всю троицу в который раз сразили наповал ярко-желтые подсолнухи, множившие солнце на кухне Андрея Малича, которого здесь, к сожалению, не было. А то послушал бы про себя все, что собирались обсудить Адамовы.

- Какой домой? – рассмеялась Стеша, пропуская их вперед и указывая на диванчик, с тем чтобы оказаться возле чайника и чашек и засуетиться у плиты. – Дел куча. И совсем незачем думать, что Андрей сидит сложа руки. Все обязательно наладится, и мою невиновность очень скоро докажут. Потому, пожалуйста, не выдумывайте! Мне ничего не нужно. Все у меня хорошо.

- Хорошо? Хорошо?! Рит, ну ты слыхала?! У нее все хорошо! Ее имя разве что в грязи не полощут, а у нее все хорошо!

- А у меня все хорошо!

- Чем тебе только твой дед мозги забил?!

- Стеш, ну правда, - снова подала голос Рита. – Что же ты ничего лучше совсем найти не могла? Ну не сложилось с Олегом… Но не так же… Ты же молодая, красивая. Я же вижу, как на тебя мужики смотрят. А тут…

Она развела руками и снова спряталась за мужем. Окончательно впадая в состояние ступора, Стефания, до этого бодро возившаяся у плиты, замерла. Потом медленно повернулась к невестке и, опершись пятой точкой о мойку, тихо спросила:

- На что это ты тут сейчас намекаешь?

- На то, что он тебе в отцы годится! – вместо Ритки ответил Марик и воинственно выпятил грудь. – Я с ним еще по-своему поговорю, о чем он думает! А то попала молодая женщина в беду, а он и рад стараться, старый хрыч, плечо подставлять! Просто пользуется твоей слабостью и все! Нет, поедешь к родителям как миленькая! Зря я вообще тебя здесь принял!

Ступор Стеша сморгнула в секунду. Эта же секунда отделяла ее от того бешенства, которое внезапно заполнило ее существо.

- Какой еще, к черту, старый хрыч! – заорала она так, что на столе зазвенела посуда, а Марта шуганулась в кусты, и Марк мог бы почувствовать себя отмщенным, если бы видел. – Это ты про кого сейчас сказал? Ты на себя-то посмотри! Добрый молодец выискался! Раскрасавец! Рита! Ты гляди! У него плешь и живот, он бухает по-черному, у него сердце шалит и сосуды ни к черту, а он туда же!

- Чего? – теперь была очередь Марика удивляться.

Рита следом за ним что-то булькнула, поначалу стушевалась, но потом все же ринулась в бой.

- Это совсем не отменяет того, что Андрей Никитич действительно годится тебе в отцы, - заявила она Стеше.

- Ну годится. Дальше что? Вот что дальше? – выкрикнула она.

- А то! – в ответ, уже не сдерживаясь, поднял голос и Марк. – Я, конечно, не знаю, какие там у тебя, у дуры, вкусы. И по какой пьянке ты сама в него вляпалась, а то семейные пороки у нас одинаковые. Но ты же баба! Хоть башку включи, Стеха! Сейчас он, может, и ничего еще как мужик. Ну пусть лет на пять его еще хватит. А дальше чего будет? Тебе сорок – ему шестьдесят. Тебе пятьдесят – ему семьдесят. Ты потом что? Станешь ему горшки выносить? Или памперсы менять?

- Себе поменять не забудь, идиот. Когда бухой валяешься! – огрызнулась Стеша и с некоторым усилием заставила себя сбавить тон. Все ж таки родичи. Какие-никакие. – Даже если и пять лет, даже если и год – это мои годы. И мы проживем их так, как хотим. Ясно? И уж точно получше, чем ты всю жизнь живешь, Марк Янович.

- А это к делу не относится!

- Еще как относится! Когда я впервые на свете встречаю нормальное, доброе к себе отношение. Любовь. Нежность. Все то, чего вы с Риткой друг другу так и не дали... Ты пытаешься убедить меня, что это ненормально?

- Ты уже один раз спутала любовь и нежность с чем-то другим. А потом что вышло? – ехидно выдал Марик.

- Как видишь, к возрасту это точно не относится! Владимир моложе Андрея. И я даже сравнивать их не хочу.

- На одной любви далеко не уедешь, - снова встряла Рита, наблюдавшая перепалку Марка и Стеши из своей засады. – Тебе еще жить и жить. В конце концов, завела бы себе ребенка, его хотя бы родителям показать можно. А этого своего – ты как им покажешь?

- Молча. Возьму и покажу. И не его, а их друг другу. После бабушки Фани они вполне должны быть готовы, что мне могут мужчины постарше нравиться!

- Стеха, да он же дед, а не мужчина! – снова безапелляционно выдал Марк. И для внушительности еще и кулаком по столу слегка треснул. Рита даже подпрыгнула на месте.

- Еще хоть одно слово в таком духе, и можешь валить! – яростно выдала Стефания. – Куда хочешь! У тебя вариантов много. К Рите. Или к Рите. Или, может быть, к Рите?! Потому что кому ты, к черту, еще нужен со всеми твоими закидонами? Если, конечно, она тебя пустит! А она все равно пустит. Ей же так нравится быть жертвой – словами не передать. Да, Рит? Потом вы чуток поживете нормально. И снова начнете друг другу за что-нибудь мстить, это у вас лучше всего получается. Ну вот и займитесь собой, а в мою жизнь не лезьте! Ребенка завести? Это вы двоих завели! А что с ними делать – не знаете. Аська от вас в Польшу свалила. Эдька – в свой компьютерный мир. А я если решу рожать – то и рожу. И уж вас точно спрашивать не стану, нравится ли вам кандидат!

- Ну ты и вывернула, - всхлипнула Рита, вскочила на ноги и махнула рукой. – Делай что хочешь!

- А вы? Вы соображаете куда и зачем вы лезете? Кажется, я ни разу ни одному из вас не указывала, как вам поступать!

- Девки! Спокойно! – попытался перебить их Марк. – Еще давайте подеремся! Вы чего?

- А ты чего? Сам меня сюда приволок.

- Ну Ритка! Откуда ж я знал!

- Знал что? – выдала Стефания. – Что я могу и сдачи дать? Ну так быстро ты детство забыл!

- Да мы за тебя, за балду, переживаем! Стеха! Ну ты же не всегда понимаешь, чего творишь! Тебя же запутать раз плюнуть!

- То есть я еще и слабоумная?

- Да я не то хотел сказать!

- Ну все правильно, что уж. Из нас троих в психиатричку только я угодила. Вот только никогда я еще не была так уверена в своих поступках и решениях, как сегодня!

- В каких еще решениях? – мрачно спросил Марк, впрочем, кажется, догадываясь.

- Мы с Андреем планируем пожениться. Как только все решится с Олегом.

- Вот так сразу? – опешила Рита. – Вы сколько знакомы? Обалдеть… Правда, что ли?

- Нет, блин! Шучу! – развела руками Стефания и сердито отвернулась к плите, продолжив колдовать над чаем и бухтеть: - Сами же сказали, что будет через пять лет. Вот мы и торопимся. Времени ж охренеть как мало. Он же прям завтра собрался помирать от старости. Ну вы нормальные, а?! Как-то никому не приходило в голову, что бабушка Фаня прожила прекрасную жизнь с дедом. И до самой смерти его любила. А у них разница была еще больше нашей с Андреем.

- Так это когда было-то, Стеш! – вяло возразил Марик. – Конечно, дед на фоне ее деревенских алкашей выигрывал.

- А Андрей тоже выигрывает. Уж мне-то можешь поверить.

- Фу, Стеха!

- Тебе чай с сахаром? Рит?

- Не хочу чая, - вздохнула невестка. – Жарко.

- Сегодня грозу обещали. В холодильнике компот есть, будешь?

- Ну давай компот.

Через минуту перед Марком стояла чашка чаю, а перед Риткой – стакан с вишневым компотом. Его Стешка варила сама. Как раз на жару. Марик придирчиво разглядывал чашку. Потом обвел взглядом все помещение кухни – надо сказать, впервые за все время пребывания в этой квартире. Потом едва заметно хмыкнул.

- Нравится? – зачем-то спросила Стефания.

- Да главное, чтоб тебе нравилось.

- А мне и нравится. Правда нравится. Родителям я сама потом скажу, когда улягутся страсти с Панкратовым. Но мы очень надеемся, что там все скоро разъяснится. Этим занимается зять Андрея, Роман Моджеевский. Слыхали?

- Это кто? – не поняла Рита, весьма далекая в своей среднеобразовательной школе от сильных мира сего или даже их солнечногорского мира.

- Кто-кто? – опешил одновременно со своей половиной Марик, пытаясь поднять челюсть со столешницы. Видимо, он как раз был осведомлен о том, кто такой Роман Моджеевский. Поди таксист. Много чего перевидал и переслыхал.