Странные игры - Майк Омер

и оставшийся слева дом. Кругом лес… Да где же вырезанная секция сетки? Надо идти вдоль ограждения, пока не удастся ее нащупать. Она не может быть…

Над головой прогремел могучий раскат грома, и все ее тело содрогнулось. Робин от страха застыла на месте, не в силах пошевелиться.

Где Кан?

Она бросила взгляд вправо, влево. Не видать… Ее до сих пор трясло, да и дождь лил не переставая – тут ничего не разглядишь и не услышишь. Кан может быть где угодно…

Робин шаг за шагом шла вдоль забора, пытаясь не обращать внимания на пульсирующую в руке боль и собственное надсадное хриплое дыхание. Что-то вцепилось ей в лодыжку, и она взвизгнула от ужаса. Черт, ветка!.. Робин отшвырнула ее ногой и пошла дальше.

Снова темноту на миг разорвала вспышка молнии, и прямо перед Робин – в каком-то футе – выросла фигура Кана.

Неверный свет тут же сменился тьмой, однако она успела разглядеть зияющие, сочащиеся кровью язвы на лице убийцы и отставшие от щек лоскуты кожи. А его ноги… Господи… Да как он стоит? Как умудряется передвигаться?

Еще и бежит…

Робин развернулась и бросилась в сторону, Кан – за ней, выкрикивая неразборчивые проклятия. Она наткнулась на препятствие, упала, вновь поднялась и метнулась вперед. Снова вспыхнула молния. Вон и знакомый валун – дыра в заборе должна быть прямо напротив. Только бы добежать…

Она угодила ногой в заполненную водой яму и рухнула в грязь. Попыталась встать, но пронзительная боль в щиколотке вынудила ее ползти на четвереньках. Быстрее, быстрее, к валуну… Кан издал сзади жуткий звук – безумный, кошмарный, нечеловеческий смех.

Робин рванулась к валуну, сознавая, что убийца вот-вот ее нагонит. Зашарила пальцами по скользкой грязи. Черт, да где же дыра…

И вдруг наткнулась на горлышко разбитой Клэр бутылки из-под пива.

Кан вцепился грязными пальцами в ее ногу. Робин зажала в пальцах стекляшку, развернулась и, описав рукой в воздухе широкую дугу, закричала.

«Розочка» вонзилась убийце прямо в щеку, и тот, взвыв, отпустил лодыжку Робин, а затем отшатнулся, схватившись руками за изуродованное лицо.

Новая молния осветила согнувшегося Кана, прижавшего ладонь к остаткам щеки. И все же с окровавленной, покрытой кровью и ошметками отслоившейся плоти физиономии на Робин продолжал смотреть немигающий глаз.

Кан поднял руку, и над его головой блеснул нож. Защититься Робин не могла никак, лишь отползла на полметра, и убийца бросился вперед.

Раздался грохот, сопровождаемый яркой вспышкой, и Кан рухнул лицом в грязь.

Снова поднялся, не выпуская из руки нож.

Грохот раздался снова, и на этот раз убийца, упав, больше не встал.

Робин не осмеливалась оторвать от него взгляд; дыхание выходило из ее легких судорожными толчками. Сделав над собой усилие, она подняла глаза.

Навстречу шагнула темная фигура. Ее выхватила из мрака очередная молния, и Робин увидела перед собой Натаниэля, целящегося в неподвижно лежащего в луже маньяка.

Глава 49

Робин попробовала пошевелиться. Темно, все тело болит… Что случилось?

Память тут же услужливо подбросила мешанину ужасающих образов. Кан… Он где-то здесь? Куда она попала? Кровать чужая… Робин зашарила в темноте руками в поисках оружия. Все что угодно – лишь бы защититься…

– Робин? Робин!

Голос Мелоди пробился сквозь волны окутывающего ее ужаса. Робин вздохнула, судорожно вцепившись пальцами в простыню.

– Что? – хрипло спросила она. – Где я?

– В больнице, – дрожащим голосом успокоила сестру Мелоди. – Ты в безопасности.

– Что со мной? – прошептала Робин.

Говорить было больно – так саднило горло.

– Ты надышалась испарениями гидроксида натрия.

Теплая ладонь легла на ее запястье, и Робин напряглась, чтобы инстинктивно не отдернуть руку.

– Мои глаза… Я не могу…

– Это просто повязка. Глазам тоже досталось – им нужен отдых. Но доктор сказал, что все будет нормально. Через несколько часов повязки снимут.

Робин охватила паника.

– Точно ничего страшного? Я ведь ничего не вижу…

Мелоди нежно сжала ее руку.

– Уж поверь. Доктор меня обнадежил. Я не выпускала его из палаты, пока не получила полный отчет о твоем состоянии.

Робин кивнула в ту сторону, откуда доносился голос. Ей приходилось наблюдать Мелоди в деле – например, когда Эми госпитализировали с острой ушной инфекцией. Медсестра пыталась отделаться от назойливой мамаши общими фразами – вроде как все будет хорошо, – однако та в ярости едва не перевернула больницу вверх тормашками. В итоге прибежали два врача и посвятили Мелоди во все подробности лечения дочери.

– Горло болит, – пробормотала Робин.

– Ну да, гидроксид натрия. Говорят, ожог гортани довольно легкий. Еще у тебя пострадала рука – там все похуже. Рану обработали, но шрам останется.

Робин потребовалось некоторое время, чтобы осознать информацию. Мысли путались.

– Кан… Человек, который меня похитил…

– Он мертв.

– Разве? – Она вздрогнула. – Я помню… он шел за мной, а я никак не могла от него убежать…

– Он убит, Робин. Его застрелил детектив Кинг. Сказал, что Кан совсем мертв – что бы это ни значило.

Робин слегка расслабилась, и сестра погладила ее по руке.

– Сколько времени?

– Половина пятого ночи.

– О… А что ты тут делаешь? Почему не дома?

– Шутишь? – Мелоди фыркнула. – Как я могла оставить тебя здесь в одиночестве?

Робин вдруг напряглась.

– Менни! Он был со мной в парке…

– Менни у меня, спит в комнате дочери. Эми в восторге, можешь не сомневаться. Подозреваю, что пустила его в кровать. Он вышел вечером к кафе Джимми. – Голос Мелоди дрогнул. – Я была просто в ужасе! Кинулась к тебе домой, открыла дверь в присутствии копов, но тебя и след простыл. Полиция нашла в парке твой телефон…

Сестра всхлипнула, и Робин, пошарив вокруг, нашла ее руку.

– Успокойся, я ведь жива.

– Ага, – прошептала Мелоди и шмыгнула носом. – Надо сказать детективу Кингу, что ты очнулась.

– С этим вполне можно подождать до утра.

– Он сидит в зале для посетителей. По-моему, лучше сообщить сейчас.

– А, вот как…

Мелоди осторожно высвободила руку и встала. Робин прислушалась к ее удаляющимся шагам. Открылась дверь, затем захлопнулась, и Робин осталась в одиночестве.

В душу вновь вполз страх. Одна, в незнакомом месте… Глаза завязаны, все тело болит. Сейчас ее можно взять голыми руками – сопротивляться она неспособна.

Но… Кан ведь мертв? Совсем мертв…

Ее сердце бешено заколотилось. Черт, надо быстрее отсюда убираться. Все равно куда, лишь бы оказаться в безопасности…

– Робин…

Натаниэль?

Она судорожно выдохнула.

– Привет…

– Слава богу, вы в норме, – тихо сказал он.

– Мелоди говорит, Кан мертв… Вы уверены?

– Да, на все сто.

– Ладно… – Робин попыталась умерить