Изгнание и объятия - Кира Коул

Я ухмыляюсь и качаю головой. — Я не собираюсь в тебя стрелять.

— Ладно, ты можешь ударить меня ножом. — Он ухмыляется и проходит мимо меня, направляясь к ванне и включая воду. — Я видел, как ты пользуешься ножом.

Хотя шутка нездоровая, внутри меня закипает смех.

Это был долгий день, и все, что я хочу сделать, это расслабиться и забыть все, что произошло.

Я раздеваюсь и залезаю в ванну.

Финн проскальзывает ко мне сзади, притягивая меня обратно к своей груди.

Я вздыхаю и откидываюсь назад, закрывая глаза, пока пузырьки окружают нас.

Возможно, нам предстоит пройти долгий путь в наших отношениях, но это новое начало.

Глава 33

ФИНН

Доусон распахивает дверь ювелирного магазина из матового стекла, пока я раздумываю, не убежать ли в другую сторону.

Дело не в том, что я не хочу быть здесь. Хочу.

Дело в том, что я понятия не имею, какого кольца заслуживает Ава.

То, что я ей подарил, было прекрасным, но оно было продиктовано необходимостью использовать друг друга.

Кольцо, которое я подарю ей сейчас, будет отражать то, кем мы являемся.

Я хочу, чтобы она знала, что когда я покупал его для нее, я был безнадежно влюблен в нее.

Доусон посмеивается, когда я захожу в магазин. — Весь румянец отхлынул от твоего лица в ту секунду, когда ты увидел эти стеклянные витрины.

— Я не знаю, как это делается. В прошлый раз я просто выбрал то, что, как мне показалось, ей понравится. — Я запускаю пальцы в волосы. — Она носит золото и любит неброские вещи, но это все, с чем мне приходится работать.

Доусон достает свой телефон и протягивает его мне. — Ну, к счастью для тебя, я спросил Бруклин, что, по ее мнению, могло бы заинтересовать Аву.

— Я не знал, что вы с Бруклин поддерживали связь.

Доусон пожимает плечами. — Она была ценным приобретением для мафии. Киллиан нанял ее, чтобы она отмыла немного денег и перекрасила кое-какие вещи для него. Она более чем готова не высовываться и работать на него.

Я качаю головой, зная, что это только глубже затягивает Аву в мир мафии.

Хотя на данный момент все, с кем она разговаривает, преступники.

— Бруклин знает правду обо мне и Аве?

Я не хочу, чтобы Ава потеряла единственного друга, который у нее есть в Орегоне.

Он останавливается, чтобы заглянуть в высокий футляр с несколькими ожерельями. — Нет. Она понятия не имеет об этом. Киллиан решил, что Ава сама расскажет Бруклин то, что важно знать.

— Хорошо. Аве не нужно возвращаться домой и попадать в эту передрягу. Будет лучше, если она все объяснит Бруклин в свое время.

Хотя я думаю, что Аве нужно больше времени, чтобы отдохнуть и все обдумать, прежде чем рассказать правду своей подруге, половина меня думает, что это будет первое, что сделает Ава, когда вернется домой.

В течение последних нескольких дней с тех пор, как я спас ее от моей семьи, я напоминал себе, что она более способная, чем я думал.

Возможно, она и была в ужасе от того, что могли сделать с ней мой отец и Деклан, но она все еще была готова бороться.

Я вздыхаю и моргаю под ярким белым светом, глядя на золото и бриллианты, сверкающие на витрине.

По мере того, как я сравниваю кольца в футляре с описанием, присланным Бруклин, я расстраиваюсь все больше.

В первый раз, когда я выбирал кольцо для Авы, это было не так уж сложно.

Я возвращаю телефон Доусону, зная, что это мне мало поможет.

Один из продавцов стоит рядом с нами, наблюдая, как я перевожу взгляд с одного кольца на другое. Каждое кольцо выглядит так же, как и предыдущее. Ничто не бросается в глаза так, как принадлежность Авы.

Я вздыхаю и смотрю на Доусона. — Как, черт возьми, ты это сделал? Я знаю, что понравилось бы Аве, но ни одно из этих колец не подходит.

Мужчина за прилавком направляется к нам. — Чем я могу вам помочь?

Я бросаю взгляд на черные бархатные подносы в стеклянной витрине.

Там поблескивают несколько золотых колец, украшенных маленькими бриллиантами. — Я ищу что-то подобное, но более уникальное. Она не из тех женщин, которые любят бриллианты. В идеале я бы хотел, чтобы оно сочеталось с этим ожерельем, как если бы оно было частью одного комплекта.

Мужчина кивает, когда я вытаскиваю золотую цепочку из-под рубашки.

Он перегибается через прилавок, разглядывая звенья чуть внимательнее. — Думаю, у меня есть кое-что, что может подойти идеально. У нас только что появилась новая коллекция, которая должна появиться на витринах завтра.

Он спешит в заднюю часть, пока я смотрю на Доусона.

Я переминаюсь с ноги на ногу. — Что, черт возьми, я делаю? Я не думал, что когда-нибудь женюсь. А теперь посмотри на меня.

Доусон пожимает плечами и скрещивает руки на груди, синяя ткань на его бицепсах дразняще натягивается. — Ты уже был помолвлен с Авой, когда я встретил тебя. Насколько хуже это может быть?

— Намного хуже. Теперь она ожидает от меня большего. Теперь дело не только в выборе идеального кольца. Речь идет о том, чтобы оправдать те ожидания, которые она возлагает на меня.

Мой желудок скручивается в узел при одной мысли о нашем будущем.

Последнее, что я когда-либо хочу сделать, это разочаровать Аву, но я уже потратил целую жизнь, разочаровывая людей.

Мужчина возвращается с атласной коробочкой прежде, чем я успеваю зайти слишком далеко.

Мой рот захлопывается, когда он ставит коробку на прилавок и открывает крышку.

Внутри спрятано несколько колец, все золотые, с разными камнями.

Мужчина достает два кольца, одно с маленьким аметистом, а другое с сапфиром. Ленты изящные, достаточно большие, чтобы поддерживать камни, но достаточно маленькие, чтобы оставаться изящными.

Я беру тот, что с аметистом, и подношу его к яркому свету.

Золотое кольцо немного светлее другого, благодаря чему аметист выделяется как звезда на кольце.

Я возвращаю его мужчине. — Это то самое. Похоже на то, что она носит.

Мужчина ухмыляется и захлопывает коробку, прежде чем полезть под прилавок. Он достает белую бархатную коробочку, пряча в нее обручальное кольцо.

Доусон наклоняется, чтобы получше рассмотреть кольцо. — Ей понравится.

Я вытаскиваю бумажник, когда мужчина встает сбоку от кассы. — Надеюсь, что так.

Когда я расплачиваюсь за кольцо, мои мысли возвращаются к следующему пункту в моем списке дел.

Как, черт возьми, мне сделать предложение Аве?

На моих ладонях выступили