Как закалялась сталь - 2057. Том 4 - Елизавета Огнелис

Динь-Динь и Гектор поспешили к товарищу. Толстяк стоял посредине помещения, и с удивлением глядел в окно. За окном быстро смеркалось. Такое ощущение, что это было не окно, а экран видеовизора, на котором меняли картинку. Вот солнце садиться за горизонт, плескается морской закат, и вот уже небо темнеет, и на нем можно разглядеть звезды.

- Ой, как хорошо, - восторженно захлопала в ладоши Динь-Динь. – Вы смогли изменить реальность. Так быстро. У вас хорошо развитая фантазия, Том.

- А что произошло? – спросил Гектор. – Разве это не запрограмированно?

- Тут ничего не запрограмированно, - отозвалась Фея. – Тут все зависит от вас. Вы не в виртуальном мире. И не в реальном. Это их симбиоз. Но, по сути, в том мире, который мы привыкли называть реальным – то же самое. И будьте осторожны. Думайте, что делаете.

- А мне здесь нравится, - вдруг заявил Том. – Я, пожалуй, останусь.

- Ну и замечательно, - захлопала в ладоши Динь-Динь. – А вот я, пожалуй, полечу.

И с этим словами она распахнула окно, из которого сразу же пахнуло ночными запахами, свежестью и раскатами поющих цикад.

- Мы увидимся?

- Этого я не знаю… может… как-нибудь.

С этими словами Динь-Динь соскользнула с подоконника, и пропала в темноте ночи. Будто ее и не было.

- А знаешь, друг и товарищ Гектор, - задумчиво произнес Том, оглядываясь. – Кажется, я влюбился.

Том чувствовал это. Ему как-то сразу глянулся, и показался привычным и этот пейзаж, и мир, его окружающий. Словно бы это так и надо, что они вошли в здание, где из всех окон льется солнечный свет, но одно выходит на ночную поляну. Конечно, там, на задворках сознания, он вроде бы понимал, что все это и не по-настоящему. Вполне возможно, что он сейчас, даже когда идет по траве или поднимается по лестнице – на самом деле стоит на месте. Все вокруг – это только способ воздействия на его чувства. Но там, в так называемом «реальном» мире? Разве там, точно так же как и здесь, нет воздействия на его чувства?

Там, в том реальном мире, в его теле есть всевозможные устройства, позволяющие переводить речь на десяти тысячах всевозможных языков и диалектах. Там есть приборы, которыми он пользуется, чтобы позвонить, приготовить еду, встретиться удаленно с друзьями. А здесь он может это делать в реальности, без всяких устройств, стоит только захотеть.

Да, ему определенно здесь нравится. Том уже понимал – обратно он не вернется. 

***

Двести лет - это много или мало? Вот даже взять по земным меркам. И если отмерить от дня рождения Христа... Например, через двести лет после этого события некто александриец Антоний ушел в пустыню, и стал первым христианским монахом. Или это случилось не через двести лет? Да, так и есть... на самом деле - через триста.

Первые годы, как только открылись порталы в Тринадцатый кластер, туда буквально повалили сотни тысяч людей. Половина возвращалась, в первые же дни. Для многих было просто шоком то, что человеческая жизнь там не ценилась. Нисколько. Первый же существо, встретившиеся на пути, при малейших признаках агрессии могло броситься в атаку, с летальным исходом. Игра, можно сказать, была на равных.

Естественно, это вызвало бурную реакцию на всех уровнях. Созывались собрания, партийные и людские съезды и сходы. Было много мнений о том, что стоит оградить входы в порталы. Однако на этом этапе вышел конфуз. Как только у портала появлялась своеобразная стража – сразу же возникал другой (при этом первый оставался на месте). Если поставить охрану и у него – возникало два новых. Стоило заблокировать и эти – и сразу же поступали сообщения, что в разных точках кластера появились аж восемь голубых зеркал.

Однако стоило снять наблюдение – и «лишние» переходы в Тринадцатый кластер исчезали.

Тем более, как ни странно, на всеобщем голосовании люди решили, чтобы оставить все как есть, и не пытаться контролировать то, что контролю не подлежит.

Часть исследователей осела в Тринадцатом кластере. Часть возвращалась. Те, кто приходили – приносили с собой всевозможные новые способности. Иногда они были совсем простыми – телекинез, пирокинез, левитация, трансформация собственного тела. Подавляющее большинство имели серьезные физиологические изменения и вообще переставали зависеть от любого труда. Почти каждый мог долгое время обходиться без воздуха, воды, еды. Даже если такому человеку захотелось поесть, то он мог просто зачерпнуть горсть придорожной пыли и съесть ее, иногда уже в преобразованном виде – то есть превратить грязный песок в кусок хлеба или мяса.

Но были и куда сложные способности. Например, способности к творчеству. Это было совершенно естественно. Каждый человек стремится к самосовершенствованию. И переход в Тринадцатый кластер, где по сути материя и энергия подчинялись фантазии – стремительно развивали самые сокровенные желания. Произошла очень странная трансформация. Если ранее вопрос «кем я хочу стать» был равнозначен вопросу «как мне встроиться в существующее общество чтобы получить свой кусок хлеба», то теперь тот же самый вопрос становился ребром: «чем я могу быть полезен обществу». Произошло то самое, что происходит в любой команде. Люди постепенно осознали, что они и в самом деле находятся на одном космическом объекте, единым коллективом, каждый со своими способностями, которые можно легко выявить и развить.

Конечно, было в достатке и агрессивных… особей. Но мир Тринадцатого кластера, если требовалось, мог быть еще агрессивней. Тот, кто думал и считал, что можно поднять свой статус, свои возможности убийством «монстров» - очень быстро умирали от столкновения с этими самыми монстрами. Тем более, что в отличии от людей, эти существа по сути были выдуманными и бессмертными. И после победы человека очень быстро «воскресали», и уже куда более опасными.

Тем не менее, большинство с нетерпением ждали прибытия Терры к месту назначения.

Новый мир. Новые возможности. Новые сложности.

Шли серьезные споры. Многие справедливо считали, что способности людей, полученные на Терре, по прибытии сразу исчезнут. Хотя находилось немало тех, кто считал, что именно полет на таком странном космическом объекте, под руководством еще более странных Капитанов – есть ни что иное как подготовка человечества к новой жизни. Чтобы не начинать с нуля. Чтобы иметь какой-то карт-бланш. Не проходить заново все эти безумные кровавые этапы рабства, дворянства, чадящих заводов, гниющих свалок.

Когда до прибытия осталось буквально несколько лет, население Терры охватило