Вентус - Карл Шрёдер

- Мне очень жаль, - проговорила она. Фермеры переглянулись.

- Вам седла тоже нужны? - спросил тот, что помоложе. Старший бросил на него негодующий взгляд.

Седла им действительно были нужны, но Мария не смогла перебороть сочувствие.

- Нет.

- Мария! - прошипела Каландрия.

- Никаких седел. Только кони. Спасибо вам.

К собакам вернулось зрение, и они, поскуливая, терлись у ног хозяев. Те неохотно подвели к Марии трех рысаков. Она не могла оценить качество коней и, наверное, отказалась бы взять самых лучших. Мужчины молча взнуздали скакунов и передали ей поводья.

- Езжайте! - Вот и все, что сказал старший, когда Мария повела коней от загона.

Она ощущала запах животных - сочный и по-своему приятный, однако несколько… антисанитарный. Мария поморщилась и помахала перед носом рукой.

Дорога до леса казалась бесконечной. Мария несколько раз обернулась на ходу. К фермерам присоединилась женщина; они все трое стояли, понурившись, и глядели, как уводят их скотину. Марии было так плохо, что она чуть не расплакалась.

- Что за глупости ты вытворяешь? - набросилась на нее Каландрия. - Если бы они напали на нас, тебя могли ранить.

- Я же говорила, что мой план лучше! - огрызнулась Мария. - И я предупреждала, что у тебя ничего не выйдет. Помнишь?

Ответить на это Каландрии было нечего.

- Ты с ума сошла! - сказал Аксель чуть позже той же ночью. - Он убьет нас.

- Нужно попытаться. - Каландрия шагала вокруг костра, надеясь согреть ноги. - Каждый день он становится все сильнее и все ближе к своей пели.

- Без «Гласа пустыни»…

- Он не так уж непобедим, как кажется, Аксель. Они все уязвимы.

- Но нет никаких гарантий, что мы уничтожим его! Ты сама говорила: каждая молекула его тела должна испариться.

Каландрия похлопала по ящику, который они прихватили с «Пан-Эллении».

- Этого хватит, чтобы лишить Армигера сил. А потом мы увезем его отсюда и позаботимся, чтобы от него ничего не осталось.

Мария устало следила за их спором, длившимся уже несколько часов. Невольно пришло сомнение: а может, лучше было попросить убежища у фермеров? Их она по крайней мере изучала. А эти двое хоть и были, как она сама, гражданами Галактики, но наемниками, и система ценностей у них совершенно иная.

Лагерь разбили в углублении обработанного ветрами холма. Ночью снова было очень холодно; Мария видела собственное дыхание. Ей никогда еще не приходилось мерзнуть так долго. Каждый день она сражалась с пронизывающим до костей холодом, с агорафобией, вызванной пребыванием на открытой всем ветрам поверхности планеты, и с таким количеством мелких физических неудобств, что они любого могли свести с ума.

Мало того: Аксель заявил ей, что сегодня ночью будет дождь. «А это больно?» - спросила она. При одной мысли о бесконечных крохотных водных снарядах, которые будут бомбардировать ее с высоты десять тысяч метров, Марию бросило в дрожь. Самого Акселя это, похоже, не волновало. Хотя, наверное, он просто красовался перед ней.

Мария покрепче запахнула тяжелую, неудобную одежду, которую Каландрия стащила для нее вчера. Марию учили, что изначально одежда служила средством прикрытия наготы в сексуальном смысле, однако люди, которые ее просвещали, выросли, как и она сама, в окружающей среде с идеальным климатом и гигиеническим контролем. Сейчас Мария ни за какие коврижки не рассталась бы со своей неуклюжей одеждой, потому что та помогала ей сохранять хоть какое-то тепло.

Спор у костра снова вернулся к тому, продолжать ли им попытки остановить Армигера или же постараться бежать с планеты. Аксель хотел послать с помощью имплантатов сигнал другим кораблям, которые могли находиться в системе; Каландрия категорически настаивала на радиомолчании. Похоже, она боялась привлечь внимание Ветров. И тем не менее именно она предлагала сразиться с Армигером, который, по словам Акселя, возможно, укрылся за стенами осажденной крепости. Они спорили, спорили и никак не могли прийти к согласию.

Аксель по дороге рассказал Марии об Армигере, хотя при этом старался не распространяться о степени их с Каландрией вмешательства во внутренние дела планеты. Тень на плетень наводил, не иначе. Похоже, генерал Армигер был полубогом из внешнего мира, а юноша по имени Джордан Масон каким-то образом мог видеть его глазами.

- Я слышала о войне с 3340, - сказала Мария. - Значит, Армигер действительно прислужник этого монстра?

Аксель кивнул.

- Причем дьявольски опасный. 3340 развращал целые солнечные системы. Он соблазнял людей, предлагая им бессмертие и почти безграничные возможности, - добавил он, взглянув на Каландрию Мэй. - Однако потом поглощал эти новые личности целиком, растворяя их в себе. Армигер, похоже, одна из его ранних жертв.

Значит, он когда-то был человеком? Марию эта мысль и удивила, и обеспокоила.

- Если даже и был, от него как от личности ничего не осталось, - сказала Каландрия. Она обхватила себя руками, глядя на огонь костра. - 3340 поглотил миллионы личностей, а потом перемешал их и переделал их сознание так, как ему было выгоднее. Все, кого он поглотил, стали частью единой сущности. Быть может, 3340 создали инопланетяне, хотя он утверждал, что создал себя сам.

- Наш работодатель Хронос утверждает то же самое, - скептически хмыкнул Аксель. - Хронос - бывший человек, который перестроил себя на генетическом уровне и превратил в бога. Ему несколько столетий. Мы до сих пор расхлебываем последствия его войны с 3340.

Мария изумленно покачала головой.

- Я никогда не видела богов… если не считать Лебедей. - Она задумчиво ковырнула пожелтелую траву у костра. - Ветры - тоже своего рода боги, только ущербные. Они все осознают, но далеко не все понимают. Вот в чем трагедия.

- Они не боги, - со злостью воскликнула Каландрия, - а просто машины. Идиотские механизмы. Это видно по всему, что они делают.

- А что, по-твоему, они делают? - спросила Мария.

- Она имеет в виду Небесные Крюки, - сказал Аксель. - Они вели себя как взбесившиеся портовые роботы. Насколько мы можем судить, они и есть роботы - большие аэростаты, перевозящие грузы, необходимые для терраформирования.

Мария кивнула. Они видели сегодня блуждающую луну, как называли ее местные. Та медленно двигалась по небу, как настоящая луна, только с севера на юг, алея в лучах заката. Мария чуть не заплакала при мысли о том, что ничего бы этого не увидела, останься она на орбите. Пребывание на Вентусе вызывало в ней массу эмоций, она даже сама не понимала почему. Мария знала лишь, что стала чрезвычайно чувствительной.

Она посмотрела поверх костра на Каландрию Мэй. Наемница ответила ей ровным немигающим взглядом. Так, подумалось Марии, смотрят проститутки и нищие - вызывающим взглядом эмоционально ущербных людей. Мария никак не могла раскусить эту женщину. Она обладала массой талантов - и в то же время легко раздражалась. С какой стати ей приспичило спорить ночью о том, боги Ветры или нет?

- Ветры повсюду, - сказала Мария, внимательно наблюдая за Каландрией. - В воздухе, в камнях, в почве, в воде. Они не просто там сидят - они все время работают. Жизнь на Вентусе создана искусственным путем. Тысячу лет назад здесь не было ничего живого. Наши предки послали сюда семена Ветров на медленном субсветовом корабле. Семена проросли и превратили мертвую планету в живую. Бездумные механизмы не смогли бы этого сделать.

- Но они не узнали людей, кбгда те прибыли, чтобы колонизировать Вентус, - возразила Каландрия. - Когда колонисты приземлились, Ветры не поняли, что это за существа. Людей оставили в живых, поскольку, как организмы, они соответствовали искусственной экологии; они заполнили нишу, как и было предусмотрено. Но их машины казались Ветрам какой-то заразой, и поэтому они уничтожили все компьютеры, радио, нагревательные приборы и станки. Ветры отбросили людей в каменный век. Прошла тысяча лет - а люди и поныне топчутся на месте в пределах, дозволенных Ветрами. - Каландрия грустно покачала головой. - Ветры не могут обладать сознанием. Они действуют как своего рода глобальная иммунная система, очищающая планету от потенциальной инфекции вроде нас или Армигера.

Мария открыла было рот, но Каландрия ее опередила.

- Именно поэтому Армигер мог бы взять над ними верх. Их то ли обезглавили, то ли создали безмозглыми. В дизайне Вентуса изначально кроется какой-то порок. И Армигер решил этим воспользоваться.

- Исключено, - покачала головой Мария. - Ему пришлось бы перепрограммировать каждую пылинку на планете. Но если бы даже он мог это сделать, Ветры - разумные существа. Они не дали бы ему зайти слишком далеко.

- Ты думаешь, он безопасен?- резко спросила Каландрия и встала. - Ты так очарована своими прекрасными нанотехнологическими штучками, что даже не понимаешь, что на свете есть вещи куда более тонкие!

- Я не утверждала…

- Эта система не имеет ничего общего с настоящими богами! - сказала Каландрия. - 3340 говорил мне, что даже его мысли - наделенные сознанием сущности. Мыслящие мысли! - Она горько рассмеялась. - Тридцать три сорок был как целая цивилизация - целый вид - в одном теле. С историей, а не просто воспоминаниями. Он мог сотворить такую планету, как Вентус, за один день!.. Кстати, откуда нам знать: а может, именно он внес поправки в программу Ветров? Он мог это сделать тысячу лет назад - так сказать, посеять зерно, чтобы затем вернуться и собрать урожай. Но не успел, поскольку его отвлекла другая планета. Хсинг был куда более интересной игрушкой. Тем не менее он послал сюда Армигера. Откуда нам знать: а вдруг Армигер - семя воскрешения? Быть может, он намеревается превратить планету в гигантскую машину для воссоздания 3340? Это ему по силам. Ваши драгоценные Ветры в подметки Армигеру не годятся!