Алхимик - Евгений Алексеевич Гришаев

– Ну и что мне теперь с тобой делать Рил?

Девочка не ответила, лишь отвела взгляд. Ей сейчас было всё равно, что с ней будет, она видимо настолько устала от всего, что смерть считала избавлением от этого проклятья.

– Есть два варианта выхода из этой ситуации, которые могу предложить. Сейчас озвучу, но ты не спеши с выбором, спокойно подумай сначала, прежде чем ответить. И так, вариант первый, он, правда, мне не нравиться, но он имеет место быть. Мы тебя убиваем, тело сжигаем и навсегда забываем о том, что ты когда-то жила. Вариант второй, мы с тобой, то есть ты и я, а не все мы, договариваемся, и ты дальше живёшь.

– О чём-то договариваемся, чего ты от меня хочешь?

– Хочу в принципе не так уж и много. Ты больше никого не убиваешь и во всём слушаешься меня. За это я помогу тебе обуздать твою вторую звериную сущность. Разумеется, мы наш договор закрепим кровью, чтобы никто не смог его нарушить, - добавил я, не представляя, как это можно сделать, но как говориться, было бы желание, придумать и провести обряд потом не проблема.

– Не обманываешь?

– Я вообще никогда не обманываю, по крайней мере своих друзей, врагов обманывать не запрещается.

Девочка думала около минуты и в итоге, согласилась на второй вариант, желание жить перевесило желание умереть. Пока она думала, я придумывал ритуал кровавой клятвы, так как был уверен, что она согласиться на второй вариант. Сложный ритуал придумывать не стал, посчитав, что, чем проще, тем лучше. Сделав порезы на своей ладони и её ладони, мы пожали руки, тем самым смешав кровь. То что после этого произошло, я предугадать не мог. Между наших ладоней появилось яркое свечение, просветившее ладони насквозь, я даже смог свои кости увидеть. У девочки от ладони по всему телу пробежала световая волна, после чего она на несколько секунд потеряла сознание. Я испугался сначала, думал, что не смогла пережить ритуал, но она вскоре пришла в сознание.

– Что это было?

– Клятва на крови принята, как я и обещал, - успокоил я её, стараясь не показывать собственного испуга после произошедшего.

– Теперь вставай и одевайся, а то как-то не прилично передо мной тут голышом лежать. Как оденешься, вернись на своё место возле Айхи, никто не должен знать, что тут происходило, пока все спали.

– А твоё лицо? – напомнила она мне о рваной ране на щеке.

– Придумаю что-нибудь, ты главное себя не выдай случайно.

Ближе к утру я ушёл в лес, чтобы потом разыграть сцену ночного нападения на лагерь и моего героического поступка, благодаря которому все остались живы. Моему сольному выступлению было не суждено состояться, как только я отошёл от лагеря на несколько десятков метров, почувствовал себя плохо. Всё тело стало жечь так, словно меня на костре сжигали, было так больно, что я даже закричать не смог. Несколько минут меня корёжило от боли, было желание снять с себя огненную кожу и потом прыгнуть в ручей с ледяной водой. Разумеется, ничего из этого я не сделал, тело мне не подчинялось и кроме как тихо выть, я больше ничего не мог. Не знаю, сколько это всё длилось и что было после того, как потерял сознание, но очнулся я в лагере и уже поздним вечером. Снова горел костёр, возле которого, молча, сидели все члены моего отряда. Чувствовал я себя нормально, только сил, чтобы самостоятельно передвигаться не хватало, понял это, решив почесать щеку. Ладонью по травмированной щеке попал не с первого раза, но когда всё-таки попал, ощутил под пальцами уродливый шрам. Кожа затянула рану, но не так чтобы там не осталось шрама.

– Странно, все порезы заживали за несколько минут не оставляя следов, а тут такой подарочек, да, ещё и на самом видном месте, - подумал я и тяжело вздохнул.

– Очнулся? – возле меня почти мгновенно появились Нисвер и Айха. – Что с тобой произошло, кто на тебя напал?

– Точно не могу сказать, кажется, это был медведь, хотя может и волк, только большой.

– И куда он потом делся? Мы всё вокруг осмотрели и не нашли никаких следов.

– Откуда мне знать, куда он делся, я вообще ничего не помню что было после того, как он появился.

– Ты видимо не вкусный, поэтому он тебя и не съел, - предположил Нисвер.

– Наверное, я пить хочу.

Пить мне хотелось действительно сильно, во рту было сухо почти как в пустыне, жар из тела ещё не до конца ушёл, продолжая меня подогревать изнутри.

Утром моё самочувствие пришло в норму, я жутко хотел, есть. Не дожидаясь, когда все члены отряда проснуться, позавтракал. Съел вдвое больше, чем обычно, но чувствовал, что в этом завтраке чего-то не хватало, вот только чего именно, понял несколько позже, когда один из воинов стал разделывать пойманного зайца. Мне не хватало мяса, причём свежего, не жареного, а сырого. Догадка меня испугала, я даже незаметно проверил, не вырос ли у меня хвост, пока я отлёживался. Хвоста не оказалось, что радовало. Потом я также незаметно проверил зубы, на предмет появления у меня клыков. Такого аксессуара тоже не обнаружил, после чего окончательно успокоился.

– Побочный эффект после клятвы на крови, - подумал я и посмотрел на Рил. Девочка в отличие от меня, чувствовала себя прекрасно, она даже начала разговаривать со всеми в отряде, правда, кроме меня. Со мной она старалась даже взглядами не встречаться. Рил видимо боялась, что по взглядам кто-то может догадаться о том, что мы с ней уже кое о чём договорились позапрошлой ночью.

Через пару часов после завтрака мы покинули красивую поляну в лесу, и пошли дальше, до возвращения домой оставалось приблизительно два дня пути.

За несколько часов пути, мы шли пешком по причине нехватки лошадей, я стал чувствовать себя ещё лучше. У меня появилась какая-то легкость во всём теле, а ещё у меня явно прибавилось физической силы. Я это проверил, бросив камень размером с голову метров на пятьдесят. Хорошо что этого никто не видел, иначе пришлось бы придумывать что-то, чтобы как-то объяснить такой далекий бросок.

– В кровосмешении есть определенный плюс, я стал сильнее, главное