Ультиматум Борна - Роберт Ладлэм

— Нет, — ответил мафиози, медленно качая головой, — на персонажа по имени Джейсон Борн. Лучше убить того, кто уже мертв, правда?.. А так как мы только что сохранили для тебя полтора лимона, цена контракта составит пять.

— Пять миллионов?

— Стоимость устранения проблем среди больших рыб высока. А опасных рыб — еще выше. Пять миллионов, Альби, половина — как всегда задатком в течение двадцати четырех часов.

— Это просто грабеж!

— Тогда откажись. Но когда придешь снова, цена будет уже семь пятьдесят; а придешь еще раз — в два раза больше. Пятнадцать миллионов.

— А какие гарантии того, что вы его хотя бы найдете ? Ты слышал, что сказал ДеСоле? Он проходит под грифом «четыре нуля», а это означает, что он недоступен, находится в надежном укрытии.

— Ну так мы его откопаем и сами спрячем.

— Каким образом? Два с половиной миллиона — за одни только обещания это немало. Как?

Снова ухмыльнувшись, мафиози залез в карман и вытащил маленький блокнот, который ему вернул ДеСоле.

— Близкие друзья — лучший источник информации, Альби. Спроси тех негодяев, которые царапают колонки светских сплетен. У меня есть два адреса.

— Да ты к ним на километр не подберешься.

— Эй, перестань. Думаешь, тут перед тобой старые чикагские братки? Сумасшедший Пес Капоне или Нитти-трясущиеся-пальцы? Сегодня на нас работают профессионалы. Гении. Ученые, молодые талантливые электронщики, доктора. К тому моменту, когда мы закончим с привидением и вонючкой, они даже не поймут, что произошло. А мы узнаем, где Джейсон Борн, которого как бы и не существует, ведь официально он мертв.

Альберт Армбрустер кивнул и молча отвернулся к окну.

— Мы закроемся на шесть месяцев, сменим название, потом начнем новую рекламную кампанию в журналах, перед тем, как открыться вновь, — сказал Сен-Жак, стоя у окна, пока доктор колдовал над его зятем.

— Все уехали? — спросил сидящий в халате на кресле Борн и вздрогнул — канадец затянул последний шов на его шее.

— Как бы не так. Остались все семь чокнутых канадских парочек, плюс мой старинный приятель, который в данный момент тычет тебе в глотку иглой. Нет, ты представляешь, они хотели организовать отряд, чтобы отыскать этих сволочей.

— Это была идея Скотти, — мягко уточнил доктор, сосредотачиваясь на ране. — Я не в счет. Я слишком стар.

— Он тоже, только не знает об этом. Потом он решил объявить о награде в сто тысяч за любую информацию, которая помогла бы, ну и так далее! В конце концов мне удалось его убедить, что чем меньше будет рассказано, тем лучше.

— Лучше всего, если вообще никто ничего не будет рассказывать, — добавил Джейсон выразительно.

— Это немного трудновато, Дэвид, — отозвался Сен-Жак, не понимая, почему Борн так красноречиво на него смотрит. — Извини, но это так. На все вопросы местных мы отвечаем неправдоподобной историей об утечке пропана, а на это очень мало кто покупается. Конечно, для остального мира землетрясение здесь не стоит и шести строк на последней странице газеты объявлений, но по Подветренным островам поползли слухи.

— Ты сказал про вопросы местных… а что там с внешним миром? Оттуда что-нибудь поступало?

— Еще поступит, но не будет связано с Транквилити. Скорее, с Монтсеррат, и новость займет колонку в лондонской «Таймс» и, возможно, дюйм-другой в газетах Нью-Йорка и Вашингтона, но не думаю, что это как-то коснется нас.

— Кончай темнить.

— Поговорим об этом позже.

— Говори, что хочешь, Джон, — вмешался доктор. — Я почти закончил, так что все равно почти не слушаю, а даже если и услышу, у меня есть на это полное право.

— Расскажу вкратце, — произнес Сен-Жак и обошел кресло справа. — Ты был прав насчет королевского губернатора, во всяком случае, я так полагаю.

— Почему?

— Известие пришло, пока ты был занят. Обнаружили яхту ка-гэ — она разбилась о самые опасные рифы недалеко от Антигуа, на полпути к Барбуда. Никто не спасся. В Плимуте полагают, что это был один из тех грозовых шквалов, которые иногда налетают с юга, но в это верится с трудом. Вернее, шквал вполне мог налететь, но это еще не все.

— То есть?

— С ним не было еще двоих членов команды, с которыми он обычно выходил в море. Губернатор отпустил их еще в яхт-клубе, заявив, что хочет поплавать на яхте один, хотя Генри он сказал, что собирается в море за большой рыбой…

— А это значит, что ему обязательно понадобилась бы команда, — перебил канадский доктор. — Ой, простите.

— Да, именно так, — согласился владелец «Транквилити Инн». — Невозможно одновременно ловить крупную рыбу и управлять яхтой — во всяком случае, это задача не для ка-гэ. Он от карты-то всегда боялся глаза отвести.

— Но он разбирался в них, не так ли? — спросил Борн. — Он понимал морские карты?

— Ну, конечно, он не был таким навигатором, как капитан Блад, плававший в Тихом океане по звездам, но был вполне способен избежать неприятностей.

— Ему сказали выйти в море одному, — произнес Борн. — Приказали встретиться с другим судном в таком месте, где ему действительно пришлось не отводить глаз от карты.

Тут до Джейсона неожиданно дошло, что проворные пальцы доктора больше не касаются его шеи; вместо этого на шее появилась повязка, а доктор стоял рядом и поглядывал вниз.

— И как у нас дела? — поинтересовался Борн, взглянув вверх, и скривил рот в подобие благодарной улыбки.

— Мы закончили, — ответил канадец.

— Что ж… тогда, полагаю, нам лучше встретиться попозже и чего-нибудь выпить, что скажете?

— Как можно, вы же как раз добрались до самого интересного места.

— Это не интересно, доктор, совсем не интересно, и я буду очень неблагодарным пациентом, — а я им не являюсь, — если невольно позволю вам услышать вещи, которые будут вам неприятны.

Почтенный канадец посмотрел в глаза Джейсону.

— Вы ведь это серьезно, да? Несмотря на все происходящее, вы не хотите вовлекать меня дальше. И это не дешевый спектакль, не секретность ради секретности — вы действительно серьезно обеспокоены, да?

— Похоже, что так.

— Учитывая то, что с вами случилось, — а я не имею в виду исключительно последние события, в которых сам принял участие, — я про те шрамы на вашем теле, которые вы, судя по всему, получили ранее; так вот, это просто невероятно, что вы все еще способны заботиться о ком-то, кроме себя. Вы странный, мистер Вебб. Иногда вы ведете себя как два совершенно разных человека.

— Я не странный, доктор, — ответил Джейсон Борн, на мгновение крепко зажмурив глаза. — И не хочу казаться странным, необычным или диковинным. Я хочу быть таким же обычным и нормальным, как вот этот приятель, и я не шучу. Я всего лишь преподаватель, и им хочу остаться. Но с учетом сложившейся ситуации я вынужден делать то, что делаю.

— То есть я должен убраться ради моего собственного блага.

— Да.

— И если я когда-нибудь узнаю всю правду, то выяснится, что ваши указания были весьма полезны с образовательной точки зрения.

— Надеюсь.

— Чувствую, вы неплохой преподаватель, мистер Вебб.

– Доктор Вебб, — неожиданно поправил Джон Сен-Жак, как будто это уточнение было обязательным. — Мой зять тоже доктор. Как и у моей сестры, у него докторская степень; он владеет парой восточных языков и настоящий профессор медицины. Такие заведения, как Гарвард, МакГилл и Йельский университет годами охотятся за ним, но он не поддается…

– Замолчи, прошу тебя, — произнес Борн, готовый добродушно рассмеяться над жениным братом. — Мой предприимчивый молодой друг восхищается любыми приставками к имени, забывая о том, что, если бы я жил на свои собственные доходы, то смог бы позволить себе отдых в такой вилле не более чем на пару дней.

— Не набивай себе цену.

— Я сказал, свои собственные доходы.

— А вот тут ты прав.

— У меня богатая жена… Простите нас, доктор, это старый семейный спор.

— Вы не только хороший преподаватель, — повторил доктор, — но, под угрюмой внешностью, подозреваю, скрывается еще и довольно обаятельный человек.

Канадец подошел к двери, повернулся и добавил:

— Я еще напомню вам про обещанную выпивку, теперь я действительно хочу с вами выпить.

— Благодарю, — отозвался Джейсон. — Благодарю за все.

Доктор кивнул и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Борн обернулся к своему шурину.

— Он хороший человек, Джонни.

— Честно говоря, обычно он очень сдержан, но врач просто замечательный. Ни разу до сегодняшнего дня не видел, чтобы он вел себя так непосредственно… Значит, ты думаешь, что Шакал встретил королевского губернатора где-то недалеко от берегов Антигуа, получил от него всю информацию, убил, а тело отправил на корм акулам.