Дракон цвета любви - Галина Дмитриевна Гончарова

а она уж как-нибудь потерпит. Не впервой…

Глава 10

«Эсса Кордова!

У меня возникли некоторые трудности!

Если вас не затруднит присоединиться ко мне, податель записки проводит вас.

Это касается наших дел.

С уважением.

Раэн Ледесма».

Я пожала плечами.

Трудности?

Хм, может быть. Я, конечно, передала свои патенты на игры в пользу казначейства, но я же выговорила, чтобы в отношении Тьяго Ледесмы все осталось как было?

С другой стороны…

Вот-вот, что мы учли не все стороны. Я, Тьяго, казна, а как насчет гильдии? С ними должен был разобраться эс Ансельмо Малавия, но вдруг у них на этот счет свое мнение? Или им хочется чем-то поделиться?

Или чего-то попросить, предложить?

– Далеко нам ехать? – спросила я посыльного.

– На ярмарку, эсса.

Ну… если надо?

Это же ненадолго, и к Тьяго… честно говоря, так бы я не пошла. Сил просто нет, третий день выспаться пытаюсь – не получается. То к лекарям, то на кухню, то к драконам… хоть ты разорвись! Но раз уж так все сложилось – загляну.

А заодно посмотрю, может, раэн Мора тоже приехал? С ним мне бы тоже поговорить надо!

– Ладно. Едем.

Карета была небольшая, но вполне себе уютная, внутри никто не сидел, я видела. С собой у меня все есть, сумочка через плечо висит, самое главное в ней.

– Прошу вас, эсса.

Спутник подал мне руку, помог сесть в карету.

Лошади застучали копытами по дороге, я откинулась назад, на сиденье, прикрыла глаза… вот что за гадство? На драконе меня не укачивает, а вот на этой четвероногой и четырехколесной пакости – хоть ты убейся об стену кареты! Гр-р-р-р-р!

– Эсса Кордова…

– Да? – приподняла я веки.

– Простите…

На лицо мне легла дурно пахнущая тряпка. Дернуться я просто не успела.

* * *

Хорошо открывать глаза у себя дома, в спальне. Чувствовать запах кофе, булочек, знать, что впереди долгий и счастливый день.

Плохо открывать глаза и осознавать, что руки и ноги у тебя стянуты веревками, а впереди ничего хорошего не будет.

Все-таки попалась.

Какой-то дом.

Комната.

Дешевая обстановка, но не трактир, нет. Это чувствуется. Скорее, санторинцы сняли у кого-то дом. И я нахожусь в спальне.

Кровать, перина… кстати – тощая и жесткая. Спину разминать потом придется, неудобно положили.

– Эсса Кордова, простите…

Я кое-как повернула голову. Голова, кстати, почти не болела, так, слегка кружилась и «плыла». Словно я на карусели перекаталась.

Эс Ледесма. Увязанный, словно колбаса.

– Тьяго? Вы тут?

– Простите, эсса. Я вас подвел. Они меня схватили на ярмарке, и…

Эс всхлипнул.

Я посмотрела вниз, следуя за его взглядом, скрипнула зубами.

С-суки! Простите, собачки, за сравнение!

На одной ноге у раэна были выдраны ногти. И даже тряпкой никакой не замотали… с-сволочи! Он же так воспаление получит и заражение крови! Хоть бы промыли!

И судя по тому, как скорчился раэн…

– Они вас сначала били?

– Я молчал. Потом сломался. Простите, эсса…

– Надо было не доводить до такого, – жестко сказала я. – Эс Ледесма, вы понимаете, что сейчас вы даже сбежать от них не сможете?

Эс посмотрел на свою ногу, на меня, опять на ногу…

Дошло!

Конечно же! Могли бы и с руки начать, там тоже больно. Но нет, начали с ноги, чтобы мужчина никуда точно не убежал. И я его на себе не утащу.

Ничего! Виола наверняка не одна прилетит, в компании.

На драконе мы кого угодно и куда угодно довезем.

– Я… я…

– Они вам хоть промыли эти раны?

– Да. Морской водой.

Ну хоть что-то. За такое можно им позволить помолиться перед смертью.

– А не говорили, скоро явятся?

Раэн Ледесма всхлипнул. Хотел, наверное, вздохнуть, но больно же! Адски больно!

Он на эту ногу теперь полгода нормально не наступит! А вторую оставили целой. Продуманные… погорячилась я насчет молитвы.

– Нет, эсса.

– Хватит, раэн. Можно Каэтана и на «ты». Успокаивайтесь, пока вы в истерике, мы план побега обдумать нормально не сможем!

– Хм-м-м… какие интересные реакции. Я бы скорее ожидал их от мужчины.

В комнату вошел смутно знакомый мне человек.

Я сощурилась. Задумалась.

И – вспомнила!

Я его видела, я знала…

– Санджар Демир!

– Эсса, вы меня помните? Я польщен!

Помню? Ох, как я тебя помню! Или – тебе попомню! Все вспоминать буду! В деталях!

– Вы были у нас в академии. У меня хорошая память на лица.

– Да, я там был, эсса Кордова.

– А теперь решили… Собственно, зачем все это нужно? Не поделитесь?

– Поделюсь, эсса. Время у нас еще есть, корабль придет только после заката, так что нам ждать еще долго.

– Насколько долго? – быстро уточнила я.

Небо светлое, но… не разберешь! Пока солнца не видно, не определишь, сколько сейчас времени.

– Думаю, еще часа три-четыре, эсса Кордова.

– Можете называть меня просто Каэтана, – хмыкнула я. – К чему лишние церемонии?

– Хм-м-м… весьма интересно. Весьма.

– Мне надо орать, визжать и закатить истерику?

– Это было бы логично.

– Но чем это мне поможет? Лучше я потрачу время не на истерику, а попробую разузнать, зачем меня похитили, а при случае и перевербовать вас на свою сторону.

– А, вот оно что! – расслабился Санджар. – Все понятно. Но вам это не удастся.

– А разузнать, зачем вы нас похитили и чего хотите? Получится?

Я уже обдумала кое-что.

Судя по всему, нас похитили не просто так. А меня – не как драконария. Иначе здесь был бы кто-то из девочек, а не Тьяго Ледесма.

Чем мы можем быть объединены?

Я пока не знаю. А раз так, проще спросить.

Самое забавное, что злодеев действительно частенько тянет поговорить. Поиздеваться над жертвой. Симптом такой.

Не всех, конечно, но многих и часто. Вдруг этот из той же когорты?

В свите Баязета я почти его не видела, похоже, там его место было под плинтусом. А тут – он! Хозяин ситуации и господин всея положения. Кого положить, кого поставить… Как в такой момент не покуражиться? Как сдержаться?

– Вполне, – кивнул Санджар. – Вы нам особенно не нужны, вас мы просто отдадим его высочеству Баязету. А вот раэн Ледесма пригодится. Раэн, привыкайте к мысли о том, что вас могут казнить.

– Меня?! За что?!

– Ваши драконарий сорвали атаку химер на академию. Я пока не знаю, откуда они узнали, что надо делать и куда бить, но я еще разберусь. А пока его высочеству надо предъявить виновника. Вы – единственный настоящий ученый в этой куче грязи, так что я буду ходатайствовать за